– Вы разрешите с ней увидеться?
– Она приехала за вами. Нам вы больше не нужны.
– Вы имели в виду «пока»? – язвительно уточнил аватар.
– Я имел в виду то, что и сказал. По вашим же показаниям, в плену вы почти все время находились под влиянием различных веществ, опасных для здоровья и психики. Замкнутые помещения, даже безопасные, как эта комната, вызывают у вас галлюцинации. Сожалею, но Ковен не может рассматривать всерьез ваше заявление.
В ответ Вилль от души расхохотался, не пряча клыков. Флокс так и шарахнулся, однако мгновенно взял себя в руки:
– Идите домой, Арвиэль.
– А вы – лесом!
Ищейка заверил, что непременно последует совету и вообще займется здоровьем на досуге, а пока приглашал пройти в кабинет за мундиром. Оружие обещались вернуть на выходе. Отлично! В кабинет и так нужно было попасть, а теперь не пришлось выдумывать предлога. К собственному благоспокойствию, маг не видел, как за спиной ухмыляется бывший потерпевший, а ныне – «агрессивный парень, страдающий расстройством психики». Не то с места рванул бы на лесной променад, не дожидаясь досуга…
Застегнув мундир на все пуговицы, Вилль сразу почувствовал себя при исполнении, а значит, уверенно втройне. Нимало не смущаясь хозяина кабинета, открывшего рот как окунь, обошел стол и выдвинул верхний ящик из трех.
– Винтерфелл, что вы делаете?! Я позову охрану! – с истеричной ноткой возговорил окунь.
– Зовите, – широко улыбнулся агрессор. – Я же невменяемый. Вот оторву вам и им головы, и ничего мне за это не будет.
Эта вопиюще бесстыжая наглость сработала не хуже заклятия немоты. Флокс, свесив руки, просто беспомощно наблюдал, как нахальный нелюдь копается в его столе. Искомое нашлось почти сразу, в среднем ящике – куколка с пуговичными глазами, сшитая из бежевой дамской перчатки. Сунув игрушку за пазуху, аватар рассыпался в благодарностях за оказанное при обыске содействие, картинно расшаркался и пошел восвояси.
Флокс наконец отмер:
– В ваши россказни о призраке никто не поверит.
– Я никому не скажу. – Аватар повернул ручку.
– Винтерфелл!
– Н-да?
– Я хочу дать вам совет. Повстречав на дороге карету, путник свернет к обочине. Запомните это.
– Я запомню, – серьезно кивнул гвардеец. – Но что, если путник вырыл на пути кареты колею?
Алесса намеряла версты по проходной, не давая Миранде сосредоточиться над очередным крестословом. Аватар прикрыл дверь и распахнул объятия.
– Ви-и-илль! – Подруга бросилась ему на шею, для надежности обвив талию ногами.
В карете Вилль с хрустом потянулся, как пес, выбравшийся из будки на солнышко. Теперь бы помыться да переодеться в свежее, и можно считать, что день удался. Да, когда вымоется, сменит костюм, тогда и переговорит с Тай-Линн начистоту. Невооруженным глазом было видно: девушку что-то беспокоит, и серьезно. Однако на прямой вопрос она с беззаботной улыбкой пожала плечами – мол, соскучилась.
– О Дане и принцессе ничего не известно? – риторически спросил Вилль.
Алесса мотнула головой:
– Их скоро найдут, вот увидишь. Дан не первое десятилетие путешествует, и Ирэн за ним как за каменной стеной. Не волнуйся.
Нахмурившись, аватар отвел в сторону шторку. Не волноваться не получалось. Выходило переключаться, да и то лишь на время.
Возле чьей-то изгороди, увитой кованными из чугуна растениями и через пику украшенной золочеными шарами, он попросил остановить. Одолжив у кучера огниво, выкопал в сугробе ямку и положил туда куклу. Набитая ветошью перчатка вспыхнула с первой искры, точно была облита маслом. На пару мгновений дрожащий посеревший воздух очертил фигуру темноволосой голубоглазой девочки, прижавшей игрушку к груди. Бродяжка улыбнулась… и исчезла. На снегу остался только пепел, которым уже никто никогда не сможет воспользоваться, чтобы удержать, подчинить и заставить призрак исполнять волю смертного. Что ж, всему в мироздании отведено свое место.
Помимо прочих украшений, на изгороди росла шикарная гладкая сосулька размером с сортовую морковь. Аватар вернулся в карету, и дар природы звонко хрупнул на волчьих клыках. Вкуснотища!
К дворцу подъехали, когда уже сгущалась вечерняя акварельность красок и разбавленная лазурь неба постепенно переходила в насыщенно-чернильную синеву. Сосулька подействовала, как сливки на кота: глаза у Вилля замаслились и начали слипаться. Захотелось сменить ипостась, да чтобы Тай-Линн взяла частый гребень… Алессе пришлось турнуть друга в бок, дабы пробудить от радужных мечтаний. В парк попали через служебный вход, причем часовые, плюнув на постовые правила, с чувством и расстановкой намяли вызволенному сослуживцу бока. Услышав натужный хруст ребер, сминаемых в могутных объятиях пары орчин, девушка чуть в обморок не хлопнулась.
Силльмиеллонский л’лэрд безошибочно поджидал за дверью черного хода. Оглядев подчиненного с головы до ног, он недовольно поджал губы:
– Должен вам сообщить, Винтерфелл, что с сего дня вы находитесь в отпуске по состоянию здоровья. Однако это вовсе не повод для того, чтобы являться ко двору в нечищеных сапогах. Это – первое и последнее предупреждение.
Тай-Линн вполне успешно замаскировала смех внезапным приступом кашля, даже по спине пришлось стукнуть пару раз. Вилль криво ухмыльнулся:
– Поздравляю, Шантэль. Это был гениальный план!
Высокий л’лэрд заломил бровь, но в глазах светилось довольство:
– О чем вы, Винтерфелл? И для вас я по-прежнему капитан Тир.
Выделенная «спаленка» размерами могла поспорить с малым университетским спортзалом, а убранством напоминала оперный театр. Обойдя помещение по периметру, Вилль уверился, что здесь лучше голос не повышать, иначе от эха оглохнешь. В смежной комнатке находилась огромная овальная ванна, уже подготовленная для гостя. Златокосая служанка, назвавшаяся Фленой, в последний раз тронула воду локтем, долила кипятка из кувшина, раскланялась и удалилась, наказав звать, ежели что.
Ох, Пресветлая! Прозрачная, чистая, горячая водичка! Итак, как там расслабляются высокородные господа?..
Вилль свесил через золоченый край ванны обе руки и пятку вдобавок, но власть имущим себя не почувствовал. Было неудобно лежать, распластавшись морской звездой, когда бортик давит в щиколотку и под мышки, но аватар терпел, стремясь постичь сокровенную суть таинства омовения. Десять минут спустя барское блаженство оставалось недосягаемой целью, зато все затекло. Меняя позу, Вилль макнулся с головой. Отфыркался. От воды волосы закурчавились пуще прежнего, и огромное, на полстены зеркало, обрамленное золоченым же вьюном и какими-то хохлатыми воробьями, отразило скептически настроенного покрасневшего парня с прической «мама – барашка, папа – коняшка, а я не уродился».
В теплом свете канделябра на двенадцать магических шаров заманчиво мерцали разнообразные банки-скляночки, флакончики и крохотные, с ноготок, пузырьки. Вилль взял с тумбочки маленькую банку жемчужного цвета.
– «Крем после бритья «Дивный». Делает вашу кожу гладкой, как колено девственницы».
Войти в новую жизнь с лысой головой, это, конечно, смело, но если она будет похожа на коленку…
Над флаконом с надписью «Вишневые грезы» Вилль гадал довольно долго. Потом рискнул понюхать. Все ясно – настойка с ароматом пьяной вишни. Надышишься, лежа в горячей воде, и уплывешь в вишневые грезы навечно, даже булькнуть не успеешь. В объемной фарфоровой плошке обнаружилось нечто густое, вязкое, цвета недельной утопленницы.
– Это, хозяин, глина – моррду мазать, – подсказал вкрадчивый голос свыше. – На белилах они, понимаешшь ли, экономят.
– Так она ж синяя!
Домовой материализовался на лепестке бортика, бесцеремонно скинув на пол мыло, тут же скакнувшее под ванну лиловой лягушкой.
– Э-э, хозяин, это наука тонкая! Одна девка мажжется, а вторая пужжается, покуда не побелеет. Хозяйка давеча зеленой обмазалась, так меня чуть инффырркт не хватил. Вон даже хвост посседел! – Кот свесил под хозяйский нос угольно-черную конечность, присыпанную белой пудрой.
Вилль присмотрелся:
– Это, друг ситный, мука. Твой нос… тьфу, хвост и здесь из всех кастрюль торчит?!
– А шшто? Должжность ответственная, а при дворе, можжно сказать, так и вовсе опассная.
– Ладно, дегустатор-смертник… – Аватар с некоторой опаской капнул из очередного флакона и, поболтав рукой, взбил сразу воротник пены. – Давай о покушении рассказывай.
Кот почесал лапой за ухом:
– А шшто рассказывать? Чай, Повелитель уж вссе рассказал…
– Так он вкратце, а ты подробности выкладывай… Симеон?! – Вилль приподнял бровь. Ох, нечисто что-то…
– Да я ужж и не помню…
– Симка, что за мужики приходили с магом?
– Ой! У меня ж пирог горит! – Домовой схватился за голову… и пропал.
Гвардеец, не мигая, уставился на опустевшую полку. Просто слов нет!!!
Значит, в отпуск отправили? Со всеми вытекающими?! Доступ к информации перекрыли?!! Отстранили от дел наглухо?!! Симку подговорили?!!
Спасибо, Винтерфелл, что поработал мешком песка для вражьих кулаков, а теперь наслаждайся заслуженным отдыхом и не суй мокрый нос в дела начальства!
– O-ohh, Thie narrash Shantelle, nort’festea…[17] – Злющий северный волк ушел под воду с головой, и непечатный конец фразы потонул в бульканье. Вынырнул в шикарной пенной шапке. Вот тебе и эльф в мыле!
Черное бутылочное горло, лукаво глядящее пробкой из тазика с колотым льдом, привлекло внимание сразу, но пару месяцев назад Вилль сам для себя утвердил сухой закон. Теперь можно снять табу, тем паче что повод выдался отменный. А Шантэль… Чем больше и бестолковей дергаться, тем изворотливей становится правда. А если целенаправленно красться тихой сапой, ответы сами повылезают из всех щелей.
Лед уже подтаял, и поймать мыльной рукой скользкую бутылку оказалось непросто. Острый клык впился в затычку, подцепил…
Усилий не потребовалось. Пробка с оглушительным грохотом вылетела пулей, едва не прихватив клык вместе с резцом; срикошетила о синехвостую русалку на потолке, пририсовав морской деве добавочный пупок; щелкнула по лбу обалделой физиономии в зеркале; свистнула над макушкой пригнувшегося Вилля, прострелив «шапку» насквозь; впечаталась в стену и наконец успокоилась в компании прыгучего мыла. Пена меж тем брызгала фонтаном, привнося в атмосферу распаренной комнаты легкий оттенок спирта. Когда извержение закончилось, напитка осталось две трети. В самый раз! О, да, в самый раз для молодого гвардейца-аватара, если этот аватар хочет отпраздновать, а не напиться вдребезги и провести последние минуты жизни на дне дворцовой ванны.