При изучении финансов Ватикана особый интерес представляет рассмотрение деятельности Банка Сантандер — главной финансовой группы Испании, занимающей одно из ведущих мест в Великобритании и ряде стран Латинской Америки и 37-е место в списке крупнейших компаний по версии Forbes за 2016 год, в том числе 20-е — по активам.
Бывший глава банка Сантандер Эмилио Ботин
Это тот самый банк, итальянский филиал которого возглавлял Готти Тедески. Во-первых, Сантандер также близок к «Опус Деи»: с ним был связан тогдашний президент Банка миллиардер Эмилио Ботин[862](скончался 9 сентября 2014 года), чья жена Палома О’Шеа является супернумерарием ордена (считается, что именно Ботин ввёл Готти Тедески в ближайшее окружение Бенедикта XVI)[863]. Во-вторых, Банк входит в важнейшую ротшильдовскую структуру — Интер-Альфа группу, созданную ещё в 1971 году, как раз когда в США было отменено золотое обеспечение доллара, что положило начало демонтажу бреттон-вудской системы.
Интер-Альфа группа представляет собой банковский консорциум, возглавляемый Королевским банком Шотландии (RBS) и объединяющий 11 контролируемых Ротшильдами ведущих европейских банков, среди которых нидерландский ING Group, французский Société Générale, ирландский AIB Group, итальянский Intesa Sanpaolo (представитель которого А. Фалека как раз и присутствовал на банковском симпозиуме в Москве), португальский Novo Banco, Национальный банк Греции и другие[864]. Королевский банк Шотландии, сумма активов которого в 2008 году составляла 3,5 миллиарда долларов, обслуживает королевскую семью Великобритании и входит также в Европейский круглый стол по вопросам финансовых услуг (ЕКСФУ), который в своих отчётах в эти годы активно отстаивал концепцию создания единого надзорного и контрольного органа (the lead supervisor concept) в качестве наиболее продуктивного средства интеграции европейских финансовых рынков. Данный орган должен стать «мегарегулятором» деятельности всех трансграничных финансовых организаций.
Вот что пишет исследователь Д. Хёфле о деятельности этой группы: «Реальная власть Интер-Альфа Труп не в банках как таковых, а в изменениях, которые Интер-Альфа Труп навязала мировой экономике. Интер-Альфа превратила мировую финансовую систему в гигантское казино, площадку для игр инвестиционных банков, спекулятивных отделений коммерческих банков, хеджевых фондов и других, так что они могут играть как своими, так и чужими деньгами. Это казино прямо или косвенно контролирует до 70 % всех мировых банковских активов. В здоровой и регулируемой банковской системе коммерческие банки помогают развитию местной и региональной экономики… Олигархия, ярким примером которой является Интер-Альфа Труп, действует наоборот. Сеть её банков высасывает капитал из регионов и направляет его на мировые рынки, где его можно использовать для спекуляций, манипуляций и подчинения народов планеты. Такие банки не кормят своих клиентов, они их грабят. Интер-Альфа Труп и породившая её империя создали величайший финансовый пузырь в истории. Создан огромный долг; этот долг потом использован как актив для раздувания пузыря деривативов на триллионы долларов. Эта огромная масса фиктивной стоимости привела к раздуванию финансовых рынков, которые сегодня владычествуют в мировой экономике. Игра казалась такой прибыльной, что деньги со всего мира всасывались пылесосом в машину деривативов, а на поддержание реальной экономики оставались крохи. Остатки экономики засыхали с предсказуемо ужасными последствиями для народа. И всё это время рост казино выдавался как подтверждение роста экономики. Но это не так: росла опухоль, пациент умирал»[865].
Действительно, со многими из упомянутых банков связаны различные скандальные истории. Так, португальский Banko Espirito Santo известен как «сверхпреступный банковский и страховой гигант»[866], а итальянский Intesa Sanpaolo наряду с Банком Ватикана пребывал в эти годы в центре расследования итальянской прокуратуры. Что же касается банка Сантандер, то имя его президента Ботина не раз всплывало в связи с торговлей наркотиками. Так, в сентябре 2004 года постоянный подкомитет Сената США по расследованиям вынес строгое предупреждение банкам Сантандер и HSBC за слабый контроль за соблюдением мер по предотвращению отмывания денег и за получение подозрительных переводов на 35 миллионов долларов от лица, подозреваемого в наркоторговле из Экваториальной Гвинеи[867].
С самого своего основания в 1857 году финансовая структура Сантандер находится в сфере влияния группы Ротшильдов, с которой связаны представители семейства Ботин, изначально возглавлявшие данный банк. Благодаря этим связям ему удалось осуществить крупномасштабное расширение своей сети сначала по всей Испании, затем провести финансовую экспансию в Латинскую Америку (Аргентину, Мексику, Бразилию, Чили и др.), в которой ему принадлежат 10 % всех банковских активов[868], и, наконец, закрепить своё присутствие в Европе, заключив стратегический союз с Королевским банком Шотландии, под управлением которого он фактически и находится в настоящее время. Учитывая, что с британскими банковскими домами и с Ротшильдами крепкие исторические связи имеет и другой крупнейший банк Испании — Бильбао Визкайя Архентария (BBVA) и что вместе с банком Сантандер в 2010 году он контролировал 56 % испанского банковского капитала, можно считать, что банковская система Испании, по своей сути, как пишет известный американский экономист Л. Ларуш, является филиалом Лондона[869]. Не случайно, когда в условиях финансового кризиса Еврокомиссия потребовала от Шотландского банка в обмен на финансовую помощь выставить на продажу 700 его филиалов, именно банк Сантандер предложил выкупить 318 из них, хотя он уже владел 1,3 тысячи различных подразделений RBS. Данный вопрос до сих пор является предметом переговоров между банками[870].
В своих отчётах банк Сантандер предстаёт в качестве процветающего банка. В 2009–2010 годах он опережал по годовой прибыли Bank of America, JP Morgan, Union Bank of Switzerland и тот же RBS. Между тем, вся империя банка Сантандер представляет собой, по выражению исследователя Д. Смолла, лишь «огромных размеров куклу без серьёзных основательных активов»[871]. Главные свои прибыли Банк получает за счёт раздувания огромного спекулятивного пузыря в Бразилии, Великобритании и Испании. В Бразилии — от операций по «кэрри-трейд» с бразильскими государственными обязательствами, представляющими собой громадную финансовую пирамиду, а в двух других странах — от операций с деривативами на недвижимость, в результате которых у Сантандера накопились огромные токсичные активы, приведшие к резкому возрастанию невозвратных долгов в испанской банковской системе[872]. Однако Эмилио Ботин никогда не видел никаких проблем и стремился превратить свой банк в первый по величине банк Англии по объёмам рынка, прибыльности и рентабельности. Как написал Д. Смолл, «таким трофеем Ботин и его английские покровители будут гордиться, даже если бы вся мировая финансовая система одновременно отправилась в небытие. Но синдром Сантандера — смертоносное жульничество, от которого патриоты России, Китая, Индии должны держаться подальше»[873].
Именно к этим странам банк Сантандер проявил особый интерес, выразившийся в разработке Фондом М. Ботина (личным фондом семейства Ботина) своего собственного проекта БРИК, в соответствии с которым с 2006 по 2009 год в штаб-квартире Фонда в Мадриде проводились ежегодные встречи с представителями политических кругов Китая, Индии, России и Бразилии для частных обсуждений вопроса о том, какой должна быть ориентация той или иной страны. В 2009 году семинар, проводимый Фондом, был посвящён стратегическому и экономическому курсу России.
В 2009–2011 годах банк Сантандер развил в нашей стране необычайную активность, действуя через своё подразделение «Сантандер Консьюмер Финанс, С.А.». Хотя его специализацией являлось автомобильное кредитование клиентов, главным направлением его деятельности стало совсем другое: Сантандер вполне заменил собой фонд Сороса, сконцентрировавшись на научно-образовательных проектах.
Дело в том, что в банке Сантандер существует отдельное глобальное подразделение, называемое «Университеты Сантандер», отвечающее за реализацию программы сотрудничества с академическими сообществами в различных странах мира (главным образом, в Латинской Америке). Данное подразделение осуществляет поддержку университетов, с которыми у Банка имеется соглашение о сотрудничестве, и проводит различного рода поощрительные мероприятия: предоставление стипендий на обучение, организацию проектов для преподавателей и исследователей, поощрение развития отношений между университетами и бизнес-сообществом. В период с 1996 по 2008 год на эти цели было направлено около 590 миллионов евро, а в 2015 году — 160 миллионов евро, и банковский проект охватывал 1198 образовательных учреждений в 20 странах, со многими из которых он поддерживает тесные партнёрские отношения[874]. Банк финансирует также социальный проект «Универсиа» для университетов испаноязычного ареала, в рамках которого осуществляется сотрудничество по трём направлениям: мобильность студентов, мобильность преподавателей и совместные научные исследования. Ректоры университетов-участников ежегодно собираются на конгрессы. В частности, на Конгрессе 2014 года в Рио-де-Жанейро одним из самых обсуждаемых стал вопрос активного использования