Завершая дело своих предшественников, понтифик пошёл, наконец, на такой беспрецедентный шаг, как изменение официальной позиции церкви в отношении масонства. За это ратовали уже многие церковные руководители, исходившие из того, что латинское масонство уже эволюционировало в сторону более слабого антиклерикализма, а церковь — ко всё большей открытости[596]. И вот 25 января 1983 года понтифик утверждает новый Кодекс канонического права, из которого исключили действовавший 200 лет канон 2335, запрещавший католикам под страхом отлучения от церкви пребывание в масонских ложах. Он был заменён каноном 1374, в котором говорится, что «тот, кто называет себя ассоциацией, работающей на подрыв Церкви, будет наказан справедливым наказанием; тот, кто продвигает или руководит такой ассоциацией, будет наказан интердиктом». То есть масонство уже не упоминается в качестве конспирологической организации, но и не разъясняется, что такое «ассоциация, работающая против Церкви».
Правда, чтобы подстраховаться от обвинений в промасонских симпатиях, Конгрегация доктрины веры выпустила 26 ноября того же года декларацию, в которой указывалось, что католикам запрещается членство в любых масонских организациях (запрет был подтверждён Ватиканом в марте 2007 г.)[597]. Однако в силу того, что в самом Кодексе уже отсутствовали слова «отлучение» и «франкмасонство», упомянутые запреты не имели значения, так как не предусматривали никакого наказания. Так что не случайно масонство высоко оценило этот шаг, а великий мастер австриец А. Жьез писал по этому поводу: «Если в ноябре 1983 г. масонство больше не описано и не представлено в качестве врага Церкви, в соответствии с новым каноническим правом, Кодекс которого скоро вступит в силу, это должно стать проявлением позитивных отношений, которые Католическая церковь…, полная гуманности и терпимости, смогла установить со всемирным союзом франкмасонов»[598].
Начало свершаться то, о чём писал посвящённый «пророк» Элифас Леви ещё в 1862 году: «Придёт день, когда папа, вдохновлённый Святым Духом, заявит, что все отлучения сняты, что все анафемы отменены…»[599].
Выводы масонства из Акта 1983 года были вполне определёнными: 1) Католическая церковь признаёт существование внутри масонства двух течений: регулярного и нерегулярного масонства; 2) католик может вступить в регулярное масонство, однако ему следует испросить на это епископского благословения через своего приходского священника, но не для получения разрешения, а для точного выяснения регулярности или нерегулярности избранной им юрисдикции; 3) католик, принадлежавший ранее или в настоящее время к регулярной ложе, больше не должен считать себя отпавшим от лона церкви и не нуждается в покаянии; 4) католик, ранее отошедший от своей религиозной конфессии ради вступления в ложу, теперь должен искать способ возвращения в лоно церкви[600].
Истинное отношение к «братьям» ясно проявлялось в позиции самого понтифика, который назначил кардиналами двух фигурантов масонского списка Пекорелли в 1978 году — Фьоренцо Анджелини и Вирджилио Ноэ и оставил масона Вийо на должности госсекретаря, назначив после его смерти на это место масона кардинала Казароли. Но наиболее показательным стало назначение теологом Понтификального дома и главой Международной теологической комиссии крайне симпатизировавшего масонам швейцарского доминиканца Жоржа Котье (скончался весной 2016 года). В мае 1986 года Котье выступил с двумя лекциями в Брюссельском свободном университете, в которых осветил своё отношение к проблеме масонства. Текст лекций под названием «Католические взгляды на масонство» был напечатан в журнале Revue Nova et Vetera за 1987 год, а в 2012 году издан отдельной брошюрой[601]. В этом исследовании Котье высказывается за «диалог и сотрудничество» между церковью и масонством не только в сфере общих задач, стоящих перед человечеством и касающихся культуры, выживания, войны и мира, но также и в сфере нравственных ценностей и «в плане строго доктринальном» в целях совместного «поиска истины».
Папа разрешил допущение к таинствам франкмасонов без их предварительного отречения от масонства. Так, бывший великий магистр Великой ложи Франции Ришар Дюпюи и бывший великий магистр Великого Востока Франции были похоронены в соответствии с католическим обрядом.
Кардинал Жорж Котье
Понтифик никогда не стеснялся своих контактов с высокопоставленными членами парамасонских организаций. В апреле 1983 года, напомним, он принял у себя всех членов Трёхсторонней комиссии, являющейся одной из структур невидимого сетевого мирового правительства. В ноябре 1982 года по случаю приезда папы в Палермо, столицу Сицилии, газета II Giorna di Sicilia написала: «Иоанн Павел II гостеприимно принял членов Масонской комиссии Площадь Иисуса, среди которых находился масон Жозеф Манфаларинелла в качестве Великого суверенного командора и великого мастера ордена. Белую машину папы вёл Анджело Сиино из Коза Ностра». Об этой поездке упоминается и в книге «Торговцы из Ватикана»: «Поскольку речь шла о «брате», франкмасоны Тринакрии[602] приняли понтифика в соответствии с «тройными почестями» масонской организации»[603].
Так что неудивительно, что и о Французской революции, реализованной масонами, Иоанн Павел II говорил, что «это историческое движение было вдохновлено религиозными чувствами и желанием необходимых реформ». Неудивительна и его приверженность доктрине «прав человека», которую он демонстрировал в своих выступлениях, делая акцент на «фундаментальных свободах», которые предоставляет политическая и экономическая организация, основывающаяся на демократических началах. Так, в одной из речей он заявил: «По сути, достижения таких организаций, как ООН, хорошо показывают, что уважение прав человека, потребность в демократии и соблюдение закона являются теми основами, на которых должен строиться бесконечно сложный мир…»[604]
Экуменическая «Молитва о мире» в Ассизи, 27 октября 1986 г.
Апогеем экуменической открытости Иоанна Павла II стало его обращение в 1986 году к представителям ведущих религий мира организовать 27 октября Всемирный День молитвы о мире, выбрав для этого уникального события церковь св. Петра в Ассизи. На это событие прибыло около 60 различных делегаций (130 представителей), и, чтобы это событие не оказалось единичным, папа призвал продолжить эту традицию, а инициативу проведения ежегодных встреч «в духе Ассизи взяла на себя Община св. Эгидия. Показательно, что, чтобы не смущать гостей, папа не допустил установления в церкви Фатимской статуи Божией матери, зато согласился поставить статую Будды на дарохранительницу (!) (табернаклем), в которой хранятся Святые Дары.
Это фактически масонское действо, в котором присутствовали иудеи, мусульмане, буддисты, индуисты, зороастрийцы, сикхи, анимисты, вуду и другие, вызвало возмущение даже некоторых протестантских пасторов, один из которых, пастор Байерхауз, заявил:
«В таком межрелигиозном молитвенном единении мы видим преступление первой заповеди апостольского исповедания веры, которое может привести к стиранию границы между истинной и ложной верой и, таким образом, расчистить путь к будущему всемирному синкретическому объединению всех религий»[605]. Сам Иоанн Павел II проговорился, когда по случаю 10-летия встречи в Ассизи заявил: «Я желаю, чтобы «дух Ассизи» не угас, но продолжал «заражать» мужчин и женщин»[606].
«Дух Ассизи» был высоко оценён «братьями», которые в изданной по этому поводу Декларации написали, что «франкмасоны Великой национальной французской ложи желают всем сердцем присоединиться к экуменической молитве, которая соберёт 27 октября всех представителей всех религий в защиту мира во всём мире»[607]. А в декабре 1996 года великий мастер Великого Востока Италии (аффилированного с Великим Востоком Англии) присудил Иоанну Павлу II свою высшую награду — медаль «Галилея» (изображающую учёного в центре треугольника, окружённого цепью), отметив заслуги последнего в деле утверждения «взаимопонимания между народами в целях укрепления мира и реализации ценностей универсального масонства: братства и терпимости»[608]. И хотя заместитель официального представителя Св. Престола отец Сиро Бенедетти заявил, что маловероятно, чтобы понтифик её принял, это никоим образом не умаляет значения данного события, продемонстрировавшего истинное отношение масонства к деяниям понтифика.
Интересен и такой факт, что в июне 1979 года папа принял в Ватикане делегацию международного клуба «Ротари Интернешнл» (это было не единственное посещение), а в 1981 году получил из рук его президента награду Пола Харриса (Paul Harris Fellow — PHF), вручаемую за крупные пожертвования организации. Между тем, вплоть до II Ватиканского собора Католическая церковь запрещала быть членами или участвовать в собраниях «Ротари Интернешнл», за его тесные связи с франкмасонством, цели которого совпадают с целями ротарианцев. Масоном был и сам Пол Харрис, чикагский адвокат, основатель этой организации, которую католики-традиционалисты называют не иначе, как «кадровым резервом» для масонских структур или «инструментом масонства»[609]