Патриарх Константинопольский Варфоломей в синагоге «Парк Ист»
Тёплые отношения связывают патриарха Варфоломея с иудейским сообществом. В 2005 году совместно с уже не раз упомянутым нами главным раввином нью-йоркской синагоги «Парк Ист» Артуром Шнайером он выступал в качестве организатора стамбульской «Конференции за мир и толерантность», а 28 октября 2009 года посетил синагогу «Парк Ист», в которой выступил с речью, посвящённой братским отношениям между иудаизмом и христианством[725].
Патриарх Варфоломей активно вовлечён в мирскую общественную деятельность и известен как активный борец за экологию, автор природоохранных инициатив и создатель богословия отношений человека и природы. Защита окружающей среды — та тема, которая позволяет ему общаться с любой аудиторией, вне зависимости от религиозного вероисповедания. Как пишет исследовательница В.Н. Филянова, «эту природоохранную нишу для создания позитивного образа в секулярном мире Вселенский патриархат как «экстраординарный институт» занял первым. Теперь патриарх Варфоломей — отец и пастырь не только для всех православных или для «всех детей Бога», как называет его Хилари Клинтон, но он человек и священнослужитель, который берёт на себя инициативу организовать заботу о природе — «о всём творении Божием»»[726]. За свою деятельность на экологическом поприще он был награждён Золотой медалью Конгресса США «Борец за охрану Планеты Земля», а бывший вице-президент А. Гор присвоил ему титул «зелёного патриарха».
Крайне близкие отношения патриарха Варфоломея с США объясняются рядом причин.
Во-первых, как мы уже подчёркивали, именно в Америке сосредоточена основная паства Константинопольской церкви, составляющая 476 тысяч человек. Это самая крупная из всех православных юрисдикций в США, объединяющих в целом 800 тысяч православных. Как пишет исследовательница В.Н. Филянова, это лидерство «ошибочно воспринимается политической элитой США и как лидерство патриархата во всём православном мире. Можно предположить, что эта Поместная церковь необходима Соединённым Штатам (впрочем, как и Ватикану) не только в качестве средства подчинения многосоставного Православия в мире (15 канонических церквей и масса раскольнических структур), но и в качестве центра притяжения на территории США для православных эмигрантов из разных стран, который мог бы стать ключом к вселенскому Православию (выделено автором)»[727].
Во-вторых, патриарх Варфоломей, как и вся Константинопольская церковь, глубоко интегрирован в западный, и в первую очередь американский, культурный мир. Патриарх последовательно отстаивает ценности США, которые, по его мнению, фундаментальны для всех цивилизаций, и поддерживает идею «богоизбранности» Америки, представляя её как наследницу и преемницу Византии, особенно в вопросе о «служении в защиту прав и человеческого достоинства всех детей Бога», а себя — как посланника США, освящающего их идеологию авторитетом 2000-летней Церкви[728]. Так что его миссия полностью вписывается в рамки мировой американской политики. Исходя из этого и работая на протестантскую аудиторию, Варфоломей совершил глубокую идейную диверсию, обосновав родство либерализма и православного богословия тем, что представил человеческую личность как самодовлеющую. «В его рассуждениях о свободе личности, — пишет В.Н. Филянова, — присутствуют два пласта: один — для православных, где свобода предстаёт как «неотступная» задача, дар, достигаемый большими духовными усилиями (аскетической дисциплиной, постом и молитвой, послушанием), состоящая в исполнении воли Божией; и второй — из совсем «другой оперы», богословски не обоснованный, но выдаваемый в США за православное учение о том, что «приверженность» делу свободы означает неустанную борьбу во имя «бедных мира сего, за угнетённых, за бесправных, за всех жертв дискриминации и насилия». Таким образом, патриарх пытается искусственно сделать прививку либеральной идеологии древу православного вероучения и выдать наследие протестантизма в качестве плода Православия»[729].
В силу сказанного выше патриарх Варфоломей представляет особую ценность для американского руководства, которое рассматривает его как проводника американской идеологии в православном мире и благодаря которому Константинополь и сохраняет своё влияние. Из США идёт финансовая и политическая поддержка. В 1998 году американцы приняли закон о защите Константинопольского патриархата, который обусловил позитивное отношение последнего к американским операциям в православных государствах (Грузия, Украина). Большое внимание американцы уделяют также проекту восстановления богословской школы Константинопольского патриархата на острове Халки (у юго-западного побережья Турции), существовавшей до 1971 года и представлявшей собой международный образовательный центр, сотрудничавший с англиканами. С ней Варфоломей связывает возможность подготавливать миссионеров-богословов для ведения активного экуменического «диалога». До недавнего времени такую роль играл Институт повышения квалификации при Православном центре Константинопольского патриархата в Шамбези (Швейцария), объединяющего пять православных приходов (именно в этом Центре проводились встречи в рамках православно-католического «диалога»). Институт был основан в 1996 году Константинопольским патриархатом, католическим факультетом Фрибургского университета и протестантским факультетом Женевского университета и готовил аспирантов разных конфессий[730].
Основная часть работающих в Константинопольской патриархии — это американские греки, применяющие вахтенный метод. Между тем, высокопоставленное греческое священство Американской архиепископии тесно связано с американским истеблишментом. Наиболее яркой в этом плане фигурой является протопресвитер Александр Карлуцос, директор по связям с общественностью архиепископии, выполняющий роль связующего звена между патриархом Варфоломеем и американскими влиятельными кругами, контролирующего большую часть средств, идущих из США в Константинополь (именно он координировал и первый визит Константинопольского патриарха в США в 1990 г.)
Главный «сборщик» патриарха Варфоломея, протопресвитер Александр Карлуцос
В своё время Карлуцос был исполнительным директором учреждённого архиепископией эндаументфонда Leadership 100, который в 2003 году вручил награду за выдающиеся достижения тогдашнему главе ЦРУ Джорджу Тенету, выходцу из семьи греческих эмигрантов[731]. В 2005 году Карлуцос стал почётным советником фонда «Вера: эндаументфонд в поддержку Православия и Эллинизма», созданного американскими бизнесменами греческого происхождения для финансирования греческой архиепископии и выступающего вместе с тем в качестве проводника американского влияния в Греции (через него обеспечивается связь между ведущими греческими и американскими политиками, как это было в случае с Ципрасом)[732].
Карлуцос известен своей приверженностью концепции иудео-христианства[733]. Вместе с тем через него Варфоломей связан и с проживающим в США известным исламским проповедником, лидером движения «Хизмет» («Служение») Фетуллахом Гюленом, находящимся в оппозиции к нынешнему президенту Турции Эрдогану. Известно, что целью Гюллена является установление в Турции шариатского режима через проникновение в государственные органы и что его курируют специалисты ЦРУ[734]. Карлуцос поддерживает связи и с протеже Дж. Сороса и американских спецслужб, гражданином Греции Алексом Рондосом, основателем, исполнительным главой (в 1992–1996 гг.) Международной православной благотворительной организации (ЮСС) под эгидой Константинопольского патриархата, занимающейся в интересах США сбором нужных сведений и подготовкой почвы для организации «цветных революций» в православных странах (как это было с Югославией, Грузией и Украиной)[735].
Патриарх Варфоломей в окружении Фетуллаха Гюлена и Александра Карлуцоса
Так что, говоря о фигуре патриарха Варфоломея, надо понимать, что в антироссийской стратегии США он призван сыграть уникальную идейно-политическую роль сокрушителя Православия.
Бенедикт ХVI и патриарх Варфоломей на мессе в католическом соборе Святого Духа, Стамбул, 1 декабря 2006
Такая же роль ему предписана и Ватиканом, который назвал его «ключом для добрых отношений» между православными и католиками. Связи между патриархом Варфоломеем и папой Бенедиктом XVI зашли так далеко, что они участвовали не только в совместных молитвах, но и в совместной службе, при которой имя папы Римского поминалось первым[736].
Занимая прокатолическую и проамериканскую позицию, Варфоломей, как и его предшественники, стал навязывать Православию заимствованную у католицизма идею «восточного папизма», позволяя называть себя «Первопрестольным Православия», и с его именем связана резкая активизация претензий на лидерство.
Наиболее полно концепция «восточного папизма» была изложена секретарём Константинопольского патриархата архимандритом Елфидофоросом Ламбриниадисом. В соответствии с ней первенство этой кафедры воплощается в личности каждого конкретного константинопольского патриарха. То есть источником первенства является личность первоиерарха, и осуществляется это первенство в определённом месте Поместной церкви, то есть географическом регионе, над которым первоиерарх главенствует. По Ламбриниадису, «невозможно согласиться с утверждением, как это часто говорится, что единство в Православной церкви гарантируется либо общим правилом веры и молитвы, либо вселенскими соборами как институтом. Оба этих фактора внеперсональны, в то время как в нашем православном богословии принцип единства — всегда личность… Таким образом, на всеправославном уровне принцип единства не может быть идеей или институтом, но должен быть, чтобы соответствовать нашему богословию, личностью»