Раввин Шеар Иешува Коэн на заседании Синода епископов
Действительно, показательно, что именно на этом заседании Синода в главном докладе было указано, что «отношения между христианами и иудеями должны стать объектом, касающимся не только специалистов «диалога», но и всех христиан» — то есть была выделена как раз та задача, решением которой был так озабочен уже цитированный нами Поль Жиньевски — «просвещать» и мобилизовать католические «низы», не знакомые с теоретическими новшествами богословов. Было подчёркнуто, что это требует конкретного поведения: всегда говорить об иудеях в настоящем времени, считать выживание иудейского народа духовным фактом, принять универсальное значение иудаизма, избегать любой теологии замещения в христианском чтении, при христианском прочтении Ветхого Завета оставлять место для иудейского прочтения и разделять вместе с иудеями эсхатологическое ожидание.
Всё это свидетельствовало о том, что, в соответствии с планами Жюля Исаака, Католическая церковь окончательно перешла к «учению уважения» и начинает готовить мир к приходу иудейского Машиаха.
Пользуясь крайне толерантным отношением к себе со стороны понтифика, иудейское руководство позволило себе активно вмешиваться уже во внутренние дела Св. Престола. Примером этого стала история с британским епископом Ричардом Уильямсоном, одним из четырёх епископов Братства св. Пия X, с которых в январе 2009 года Бенедикт XVI снял отлучение. Однако буквально накануне этого события шведское телевидение показало интервью с Уильямсоном, снятое ещё в ноябре 2008 года (!), в котором последний заявил, что нацисты во время Второй мировой войны не использовали газовые камеры для истребления евреев, а само число погибших в концлагерях евреев сильно преувеличено и составляет в реальности 200–300 тысяч человек. Было ли совпадение этих двух событий случайно или оно было специально организовано, неизвестно, но решение папы о снятии отлучения с Уильямсона тут же вызвало резкое негодование широкой еврейской общественности и руководства иудейских общин. Главный раввинат Израиля в знак протеста решил разорвать официальные отношения с Ватиканом, поставив под вопрос планируемую поездку папы в Израиль, а директор раввината Одед Вейнер заявил, что «без публичного извинения и пересмотра (решения папы. — прим. О.Ч.) будет трудно продолжить диалог».
Епископ-лефеврист Ричард Уильямсон
Всё это вынудило Бенедикта XVI долго оправдываться и объясняться за свой поступок. Папа велел Уильямсону «безоговорочно и публично» отмежеваться от своих позиций, заявив при этом, что он был не в курсе заявлений епископа и что считает его взгляды совершенно неприемлемыми и решительно их отвергает. Официальный представитель Ватикана Федерико Ломбарди выразил надежду, что после заявлений понтифика главный раввинат пересмотрит своё решение и продолжит «плодотворный и умиротворённый» диалог. Однако уже известный нам главный раввин Хайфы Коэн подчеркнул в интервью газете Jerusalem Post, что для возобновления отношений с израильской иудейской общиной Уильямсон должен публично отказаться от своих предыдущих заявлений о Холокосте. «Я разделяю усилия папы, направленные на восстановление единства в Церкви. Но он должен понимать, что таким образом он косвенно обидел евреев. Мы ждём, что он сделает всё от него зависящее, чтобы исправить ситуацию», — отметил Коэн[819].
Более определённо высказаться о неприемлемости отрицания Холокоста призвала папу и Ангела Меркель. Это произошло в условиях, когда прокуратура Регенсбурга завела уголовное дело на епископа Уильямсона, а многие немецкие католики заявили о своём выходе из Церкви. После длительного разговора с Меркель Бенедикт XVI снял Уильямсона с поста главы католической семинарии Да Реха в Буэнос-Айресе. Как передала Deutsche Welle, в ходе конструктивного разговора понтифик и Ангела Меркель подчеркнули важность «постоянного напоминания» о трагедии Холокоста. Наконец, 12 февраля Бенедикт XVI принял еврейскую делегацию из глав 60 крупнейших объединений и вновь заверил их в своей абсолютной преданности курсу на сближение с иудаизмом.
Между тем, епископ Уильямсон, хотя и извинился за то, что создалась сложная ситуация, от взглядов своих не отказался[820], что вызвало горячую дискуссию внутри Церкви, так что Бенедикт XVI вынужден был через два месяца после начала скандала обратиться с объяснительным письмом к епископам. В нём говорилось, что он вынес из этого события важный урок, поскольку снятие отлучения должно было быть лучше организовано, и выражалась благодарность «еврейским друзьям, которые помогли устранить недоразумение»[821]. Папа сместил с занимаемого поста кардинала Дарио Кастрильона Ойоса, принявшего решение вернуть в лоно церкви епископа Уильямсона, и решил оставить решение об отлучении в силе, пока епископы-лефевристы не будут готовы проявлять уважение к другим конфессиям[822]. Только после этого состоялась встреча папы с представителем главного раввината Израиля Давидом Розеном, положившая конец напряжённости в двусторонних отношениях.
В мае 2009 года состоялась, наконец, самая трудная поездка понтификата Бенедикта XVI — «паломничество с политическим уклоном» (как её назвали журналисты) на Ближний Восток, в ходе которой он посетил Иорданию, Израиль и Палестину, встретившись и с политиками, и с религиозными деятелями разных конфессий. Однако первым местом, что посетил папа, прибыв в Иерусалим, был мемориальный комплекс жертв Холокоста «Яд ва-Шем» и Стена плача, после чего последовала встреча с двумя главными раввинами Иерусалима. Но и здесь понтифик остался верен свой гибкой линии: хотя он всячески подчёркивал приверженность иудейско-католическому «диалогу», израильские политики и раввины так и не дождались от него услышать извинение от имени Ватикана за пассивную позицию Церкви во время Второй мировой войны. Как было указано в редакционной статье израильской газеты Haaretz, «в речи папы отсутствовало одно главное слово — «простите»»[823].
Бенедикт ХVI на встрече с двумя главными раввинами Израиля
Онако, хотя в Иерусалиме было произнесено много речей, папа, чтобы не раздражать Израиль, ушёл от всех острых политических вопросов. Когда глава шариатских судов Палестины шейх Тайсир аль-Тамими на Межрелигиозной ассамблее в Иерусалиме заявил, что ислам и христианство должны объединиться против «израильской оккупации и помочь созданию независимой Палестины», и обратился к папе с призывом осудить преступления государства Израиля и призвать израильское правительство остановить агрессию против палестинского народа, Бенедикт XVI тут же покинул собрание[824]. Он также не посетил церковь евреев-католиков, перешедших в католицизм из иудаизма и обречённых на роль маргиналов. Он не стал поднимать щекотливую тему о передаче имущества и недвижимости Католической церкви в её распоряжение[825]. А в Назарете, как заметили комментаторы, жители города радовались не столько визиту папы, сколько внезапному преображению города: «Про наш город правительство вспомнило лишь благодаря визиту понтифика. Вдруг на благоустройство одного из важнейших христианских городов нашлись бюджетные средства»[826]. Как точно подметил журналист С. Минин, «когда нужно быть дипломатом, Бенедикт XVI предпочитает роль богослова, честного, как сама правда. Когда нужно быть пастырем для своей паствы, он предпочитает роль дипломата, осторожного до абсурда»[827].
Визит папы в Иерусалим не оправдал всех ожиданий иудейского руководства, зато оно осталось полностью удовлетворено другим крайне важным событием, оценённым им как «решительно позитивное» — посещением Бенедиктом XVI Римской синагоги, являющейся центром жизни старейшей иудейской общины в мире за пределами Израиля. Это произошло 17 января 2010 года, в День христианско-католического «диалога» (именно на эту дату, начиная с 1990 г., приходятся встречи теологов обеих конфессий). За несколько часов до прибытия в синагогу в ходе традиционной воскресной проповеди в Ватикане папа, вспомнив «исторический визит» своего предшественника, заявил: «Несмотря на проблемы и сложности между верующими двух религий существует атмосфера большого уважения и диалога, свидетельствующая о том, насколько более зрелыми стали наши отношения при совместном осознании того, что нас объединяет»[828]. А объединяет «в первую очередь, вера в единого Бога, а также защита жизни и семьи, стремление к социальной справедливости и миру». Подчеркнув, что иудеи и христиане «молятся одному и тому же Господу», папа несколько раз напоминал о «близости и духовном братстве» двух религий, закончив свою речь на беглом иврите. Таким образом, встреча прошла успешно, но, как заметил аббат Флориано Абрамович, «единственным, кто на ней отсутствовал, был наш Господь Иисус Христос».
Как и в случае с предшественниками Бенедикта XVI тут возникает риторический вопрос: «Какому же богу молится понтифик?».
Бенедикт ХVI во время посещения Римской синагоги
Оценивая данное событие, директор L’Osservatore romano Джованни Мария Виан заметил: «Найдётся мало католиков в XX веке, которые сделали столько же, сколько Йозеф Ратцингер, как теолог, епископ, глава Конгрегации доктрины веры, а теперь и как папа для сближения между иудеями и католиками».
Бенедикт ХVI в зале Павла VI с устрашающей подсветкой статуи Христа