«И это всё — обо мне. Так оно и есть. Рахом наряжали, а я только улыбался, будто повредившийся в уме».
— Игрун, мать твою за хвост! Если не вникаешь, до чего ты доигрался, хоть сейчас врубись — Pax тебя подставил, как полено под колун! Ещё ночка — и вместо Раха в раму!
— Ну, я так полагал, что быть вашим сыном безопасней.
— Как видишь, не всегда!
— Если Pax дал ему жилет, — рассудил Маджух, — то исключительно по сговору со старшими из нао. Похоже, тут и Золотой Луч замешан, начальник Раха. Ониго и старейшина Унгела в дружбе; они-то вместе и состряпали затею с ряженым. Да, не иначе! а купился на неё Дукин агент.
— Должно быть, так! Колдун-полковник — мастак двойников создавать, — согласился Зурек.
— Что ж, эксперт, ты почти реабилитирован; можно предлагать тебя на выкуп. — Улыбка Маджуха показалась Форту фальшивой.
«Ох, ушастики, а ведь у вас множатся проблемы. На душе скверно, не правда ли? Что же творится наверху?.. Ракеты и орудия установлены на северо-западе. Похоже, что Ониго получил сведения от Раха. Выходит, Pax уцелел?.. В чём состоит моя задача? выжить при обстреле. Парни, почему бы не вернуть меня в зиндан? это превосходное бомбоубежище».
— Я ведь, Папа, часть премии уже вложил в дела... — заюлил Дука, подъезжая издалека. — При мне двадцать семь мириадов, остальные разошлись. Отсрочить бы выплату...
— Можно, — величаво снизошёл Мусултын. — Неделю обожду без процентов, далее по счётчику, как полагается.
— Продавать експерта будете — дай вам Звезда жирной прибыли. Однако ж в этом и моя заслуга есть. Не простишь ли мне за корноухого мириадов шесть... пять?
— Два прощу, не больше.
— А за то, что я Раха утопил? — хитренько сощурился Дука.
— Где?! когда?! — Дёрнуло всех, даже Форт невольно оглянулся.
— Там же, где взял этого, — в Низкой пещере. — Дука расплылся в улыбке. — Он в колодец ушёл, а там — завал! Так и не всплыл. Мои парни выждали, сколько патронов хватало, плюс час для страховки. Шмак ему!
— Маджух, готовь дайверов, — тотчас скомандовал Мусултын. — Пусть достают тело. Выложим на леднике, затем в клановом склепе схороним. Дука, что бы тебе раньше не сказать об этом?.. Мы б его живьём схватили! Ладно, хоть труп народу предъявим. Ох, глядишь, хоть сколько-нибудь от позора уйдём!
Однако Маджух не спешил браться за мобик. Он смотрел на Форта.
— А ты почему в воде не скрылся?
— Что я, умалишённый — в неразведанный сифон бросаться, где глубина за две сотки саженей? Может, я авантюрист, но не настолько.
— Папа, посылать аквалангистов незачем, — обернулся Маджух к Мусултыну. — Pax ушёл живым, сифон пуст.
— Как ты это отсюда разглядел?
— Головой. Снаряжение было на двоих, Pax взял двойной запас воздуха. И всё-таки вы — троглодиты, — покосился он на Дуку. — Такой простой вещи не понять!..
Дука готов был в бездну провалиться от досады.
— Зато я знаю, что експерт в городе проделывал!
— Профукал ты Раха. Сдай деньги и уматывай. Больше поблажек не будет.
— Он чего-то вынюхивал! Ходил везде и всюду!
— Без тебя допросим. Выйди вон, там казначей ждёт. Когда Дука покинул зал бубна, обещая себе выпороть Удюка Лишая так, чтоб кожа клочьями свисала, Окурки обменялись вопросительным взглядами.
— Задачка-то не решена, — разомкнул уста Зурек. — Надо замазать, что у нас нет Раха. Этого, — опустил он глаза на Мантыха, — убить, что ли?.. Ведь проболтается. Слишком много он тут слышал.
Мантых со слезами стал целовать его обувь, бормоча что-то о многолетней службе, помиловании и строжайшем неразглашении.
— Или язык ему вырвать? — немного смягчился Зурек.
— Засунь на недельку в зиндан, — посоветовал Папа. — Посидит, прочувствует... Грешно верных пристебаев гробить! Вдобавок от меня ему обещана награда. Увести! Венец, забирай эксперта и иди в другую нору; здесь летучий совет будет.
— Эксперт, а поведай-ка мне, что ты высматривал в городе, — завёл Маджух долгий разговор, когда они с Фортом уединились в боковушке, — и чем вместе с Рахом занимался...
Капитан «Леди Гилфорд», широкоплечий боцман и двое крепких матросов вошли в номер Борина Хау так запросто, будто ввалились в один из баров, которыми славилась Исса.
«Мог бы и по связи доложить, что погрузка окончена и пора домой», — с неудовольствием подумал Борин, кое-как подлечившийся инъекциями и пилюлями после излишеств аламбукского гостеприимства. Таких яств, наркотиков и девочек дома не сыщешь; как тут не отвязаться, не позабыть о надоевшей морали?..
Ночи, проведённые в гостях у доброго Папы, вспоминались ему как сплошной кутёж. Эротические танцы перемежались с певчим хором недорослей, зеркальным залом и бурлящим ароматическим бассейном, где в свечении подводных ламп плескались русалки. Да, ещё забава с гравитором. Борин угорал от хохота, поворачивая туда-сюда регулятор и глядя, как девки с обалделым видом воспаряли над полом, по-лягушачьи нелепо размахивая конечностями, а их волосы развевались облаками. От потолка — к полу, влево — вправо, с визгом, сцепляясь в клубок! И прочие увеселения, коих не счесть.
Разумеется, «Леди Гилфорд» не могла возвращаться порожняком. Для космического транспорта пустые трюмы — разорение. С капитаном поджидал фрахта и Борин, остывая в гостинице на Иссе после бурных ночек на планете.
— Грузы приняты? — спросил он.
— Смотрите, сияет — как с иголочки, — неуместно заметил боцман.
— Как с иглы, — отрубил капитан. — Борин, вы телевизор смотрите?
— Нет; а что?
— Ньягонская дама была права. — Капитан выглядел строго и напряжённо, видимое спокойствие давалось ему с трудом. — По TV выступила Дорис Гурден, навигатор со «Звёздного Флага». Она была в рабстве — в Аламбуке, у ваших дружков. А вы... — Капитан зубами сжал готовую вырваться фразу, но заменил её более гладкой. — Выдали её и ещё восемьдесят землян рабовладельцам, когда люди хотели передать через вас весть о себе. Это правда?
— Ка... кая Дорис? Капитан, это провокация ньягонских спецслужб. — Сознавая, что стряслось нечто катастрофическое, Борин тем не менее искал нужный тон для беседы. — Они хотят опорочить «Всеобщее Помилование» и ради этого пойдут на подлог, на фабрикацию фальшивок... на что угодно! Вас обманывают.
— Чёрта с два, Хау. — Капитан почти рычал. — Я лично знаю Дорис! Это она. Вы на моём судне возили оружие пиратам. Как я после этого войду в капитанский клуб?! Чтобы про меня говорили, что я снабжаю тех, кто захватывает наших женщин, косменов с гражданских судов?..
— Господин капитан, стоит ли вам объясняться с гадиной? — почтительно спросил боцман. — Разрешите, мы потолкуем с ним по-своему. Он людских слов не понимает, от всего отбрешется — тут надо вручную.
— Да, боцман. Приступайте.
Борин отлично знал, как космены относятся к пиратам и к их пособникам, поэтому закричал раньше, чем люди с «Леди Гилфорд» занялись тем, ради чего пришли.
Трое в небесно-синей форме, идущие по коридору гостиницы, услышали вдалеке истошные крики и звуки, напоминающие удары по плотной кожаной подушке.
— Кажется, это линчуют мистера Хау, — с воодушевлением отметил Малах Киричек. — Поспешим, а то нам не достанется.
В номере они застали безупречного капитана — на мундире ни складочки лишней — и матросов с боцманом, стоящих вокруг скорчившейся на полу, стонущей и всхлипывающей фигуры.
— Он собирался сбежать, — ответил капитан на обращённые к нему взгляды сотрудников Гэлп. — Мы как раз проходили мимо, решили исполнить свой гражданский долг и пресекли попытку к бегству.
— Благодарю вас, кэптен, — козырнул Малах. — Я обязательно отмечу в рапорте вашу активную помощь международным органам правопорядка. Вы — Борин Хау? — обратился он к лежащему.
Тот подобрал кровавые слюни и ответил более протяжным стоном.
— Вы арестованы Галактической Полицией на нейтральной территории как подозреваемый в сотрудничестве с пиратами. Следуйте за нами.
— Погоди, эксперт!.. — Маджух осёкся. Его вниманием овладела «пуговка» в ухе; он слушал её, как тихо помешанный слушает голоса в своей голове. — Говори, Ахлай, и побыстрей.
Форт обрадовался перерыву в затянувшейся беседе, потому что устал от собственного путаного вранья и не знал, как привести всю ложь к единому знаменателю. Чтобы окончательно не завраться, он прописал главные пункты той галиматьи, что скармливал Венцу, в отдельных окнах и теперь сравнивал их, отыскивая противоречия.
Маджух почти не прерывал Ахлая, лишь изредка спрашивая: «Когда?», «Кто именно?», «А что делает Бармак?» Закончил он словами: «И не надо, я сам доложу», — после чего тяжко, недоверчиво уставился на Форта:
— Твоя покупка нашлась. Но лучше бы она сгинула. Что Pax говорил о ней? для чего она предназначалась?
— Я же сказал — ничего не знаю, — искренне повторил Форт. — Я здесь впервые, с порядками не знаком. Чтобы понять чужую жизнь до тонкостей, мало выучить иностранный язык. Раху взбрело в голову купить женщину. Значит, решил я, он давно её присмотрел, и вот выпал случай тайком от начальства обзавестись подружкой. И какая разница, где её содержать — на Иссе или тут?
— Да, ты воистину олень. Pax не признаёт женщин эйджи.
— Я не вникал в его пристрастия.
— Он беседовал при тебе с этой Коел?.. Впрочем, неважно. Пошли; кое-что ты должен повторить при Папе.
Мусултын как раз распустил боевых капитанов после краткого совещания, проходившего в обстановке строгой секретности. Одетые в кожу вооружённые удальцы выходили из приёмной залы, переговариваясь жарко и сердито. Братец Кумбаси, шедший среди них, как свой, ощерился на Форта и плюнул в него:
— Тьфу, свинячий подделок!
— Я отдал парням приказ грузить боеприпасы под завязку, сколько влезет в оружейные камеры, — сказал Папа с помоста. — Зайран сообщил — градские устанавливают капониры и по южному рубежу, а их платформы показались на западе от города. Это не дуговой охват, Маджух, это окружение. Придётся подтянуть тех, кто сейчас на Иссе, а идущих на подлёте — поторопить с посадкой.