— Поздно, Папа. Я только что говорил с Ахлаем — Исса закрыта, все наши корабли на ней арестованы. Кое-кто пытался отбиваться, но их задавили силовым полем, током или плазменным огнём. Атака была неожиданной, сразу на всех терминалах и причалах...
— Как?! — У Мусултына уши прижались.
— Та псица, которую купил Pax, объявилась на луне под защитой Гэлп и вывалила в эфир то, что знала о нас и «Всеобщем Помиловании». У Гэлп всё было готово — они мигом схватили Хау и одновременно ворвались на частные суда, следующие через луну к нам или от нас. А портовая служба Иссы объявила отказ принимать любой транспорт с нейтральных территорий Ньяго.
Папа не один, а оба кулака упёр костяшками в помост, что, должно быть, означало решимость пойти на крайние меры.
— Вот оно как... Выходит, Борина завалили... Худо! А груз, который мы ему сдали, ушёл?
— Плесень, грибы и лишайник отправлены попутным люгером.
— Жаль, сам Борин с тем же люгером не смылся!
— Не гарантия, что люгер долетит по назначению. Гэлп имеет свои перехватчики.
— Ох, какие потери, какие потери!.. Говорил же я: всех рабов, помянутых в петиции, — под нож! А ты меня разубедил!
— Папа, перерезать их — значит, рассориться со многими кланами. За своевольную расправу над чужим имуществом нас никто бы не одобрил. Это рабы квалифицированные, умелые, вместе на сотку восьмириадов тянут. Начни я резню, у тебя под дверью толпа бы ревела, требуя возмещения по рыночной цене, — и не простые мужики ломились бы, а замы вожаков.
— А мне твердят, что у нас тирания! на самом деле тираны — это вожачки, вся мелюзга, у которой по пять-шесть кораблей, зато гонора — выше гор. И все тычут в нос древней правдой, викусы поганые! Нет в Аламбуке единоначалия, один разброд и вольница безудержная. По старине живём, а надо — по-новому, по-демократически, как федералы. Сходки, правилки, правда удальцов, совет воров — обрыдло! Пора с этим кончать. Сказано: «В походе за хабаром слушать только вожака», — вот и в жизни так же надо, чтоб все ходили под президентом и не рыпались. Моё слово — оно и будет Основной Закон, то есть Проституция.
— Конституция.
— Я так и сказал! а как я говорю, так и должно быть! Дай Звезда, я их подровняю — кого по кисточкам ушей, кого по шею, чтоб знали своё место. Я помост из голов сложу, когда пойду на иную грацию.
— Инаугурацию.
Изложив вкратце программу будущего президентского правления, Папа устремил налитые кровью глаза на Маджуха.
— Всё заранее спланировано. Это — единый замысел. Жрецов убили, рабыню вывезли, закрыли Иссу; потом военные приготовления... Нас хотят раздавить, Венец! Надо что-то противопоставить. Сделать им адекватный ответ, чтоб мозги из ушей потекли. — Слово «адекватный» Папа выговорил правильно; стало быть, оно давно ему понравилось и соответствовало его мыслям.
— А этого ты зачем притащил? — Наконец-то Мусултын заметил Форта.
— Интересные вещи он рассказывает. Pax неспроста его сюда приволок. Эксперт, объясни ещё раз про свинок — да смотри, слово в слово, без утайки. Я твои слова все до единого помню.
— Задолбал ты меня этими свинками. Сначала троглодит, за ним эксперт, теперь и ты на этом свихнулся! Убери его с глаз моих. Не в зиндан; он ценный пленник, вели держать его поближе к стартовым шахтам... но не в псятнике, а где поприличней...
«Да-да, отведите меня к пусковым станкам! Я хочу туда! Я разберусь, как мне проникнуть на один из ваших кораблей и угнать его. Будет очень мило, если вы меня доставите прямо к трапу; там-то мы и распрощаемся».
— ...и ещё тряхани орудийных инженеров, чтоб сейчас же начали зарядку диска, — закончил Папа.
«Орудийных», «диска», — эти слова немедля включили цепи памяти и перекрёстных ассоциаций. Как говорил Pax? «Дисковые пушки изменяли растворимость газов в магме»; «никто не уцелел в зонах, которые обстреливали Диски». А командир бронедрезины? «Без дисковой пушки не выстоять. Отвечать нечем!» Нет, удирать отсюда рановато! Разве можно слинять, не разобравшись в ситуации до конца?..
— Я говорил Маджуху, — начал Форт, как бы не обратив внимания на команду «С глаз долой!», — что изучал по поручению градских властей состояние свинок и прочих животных в Эрке, у периметра и в Аламбуке...
Папа выпучился на него с выражением лица, достойным целой фразы: «Что ещё за разговоры, когда я приказал молчать?..»
— Речь шла о сопоставлении процессов окислительного фосфорилирования в митохондриальных мембранах и взаимоотношении работы ферментных групп рескриптаз и редуктаз относительно выраженности фракции свободных радикалов и ионов жирных кислот...
«Это же ахинея, сущая белиберда!..» — ужаснулся Форт, но не переставал забалтывать Папу колдовским языком науки, как попало склеивая термины и стараясь лишь выстраивать их в линии падежной зависимости, не слишком заботясь о содержании. Папа дурел на глазах. Он, несмотря на лидерские данные, сделал большую ошибку, пытаясь уловить в монологе эксперта какой-то смысл.
— ...и степень напряжённости ядерного парамагнитного резонанса в зоне действия поражающего луча, — блестяще закруглил Форт своё безразмерное предложение.
— Какого луча? — вырвалось у Папы. Маджух с тревогой воззрился на Форта: «Что за новости? Таких слов в твоём предыдущем рассказе не было!..»
— Вам лучше знать — какого. — Форт гримасой показал, что, мол, все мы тут люди умные и понимаем друг друга.
Мусултын и Маджух быстро переглянулись. Чтобы разрядить их многозначительное молчание, Форт прибавил:
— Градские полагают, что в вашем арсенале есть что-то особенное.
— Эге! — пошевелил бровями Папа. — Да ты, корноухий, осведомлён не по рангу. Видно, свинками ты занимался для отвода глаз!
— Почему же «для отвода»? — Форт сел более раскованно, ощущая, как растёт в глазах Окурков. — Свинки — это индикаторы магнитно-лучевого воздействия. По районам их мора я вычислил, где стоит орудие. В шахте на севере, за холмами.
— И-ти-ти-ти... — Глаза Папы недобро сузились. — Ты доложил об этом в град?
— Доложил, но мне не поверили. Они отрицают возможность наличия у вас сквозного оружия. Моё донесение им не понравилось, мне велели искать дальше... а потом бросили меня здесь.
— Они не того доклада ждали, — промолвил Маджух. — Эксперт им ни в формат, ни в концепцию не вписался. Или более того — в граде боятся знать правду, с порога её отвергают... Что тебе приказали найти?
— Какой-то алтарь Чёрной Звезды. По-моему, они сами не определились, что это — техническое устройство или нечто, выходящее за рамки привычных представлений. Я предупреждал их: «Вы наняли эксперта не по профилю. Есть психонетики, вот с ними и толкуйте. Они антеннами отслеживают дьяволов и ловят пылесосом привидения; разъяснят вам любое аномальное явление. Мои выводы будут касаться технологии, а не магии». Но меня не слушали.
— Ты из ведомства или из частного агентства? — Маджух вернулся в привычную колею дознания.
— Из ведомства.
— Чьё оно и какое?
— Федеральное. Баканар, научный центр Министерства обороны.
«Ничего! — ободрил себя Форт, назвав породившее его учреждение. — Если им суждено погибнуть, они унесут тайну в могилу. Если победят, а я останусь в их руках, они накличут на себя вояк. Если же я ускользну от чёрных, адрес моей конторы будет им нужен как прошлогодний снег».
— Ой-е, демократия! — усмехнулся Папа, хотя по логике вещей ему сейчас следовало пыжиться, выдумывая, как избежать разгрома. — Вот у кого надо учиться делать ставки; никогда в проигрыше не окажешься. Министерство внешних изысканий, значит, валит нам корм и оружие, а Министерство обороны помогает градским! Кто бы верх ни взял, Федерация всё равно с прибылью!..
От Папиных откровений на Форта накатил мучительный стыд. Впору оглохнуть, чтобы не слышать, как хвалят твою родину! Конечно — политика, дальние умыслы, перспективные выгоды... но снабжать пиратов, которые тебя же и грабят, убивают твоих граждан, — до этого может додуматься лишь самая развитая демократия Галактики! Государственный блюд во всей красе.
— Как проверить, что ты не врёшь? — наседал Маджух. — Твоё имя, фамилия есть в открытой базе данных?
— Я не из того отдела, что вывешивает кадровые списки.
— Плевать мне на фамилию, — остановил Маджуха Папа. — Ты смыслишь в сквозном оружии?
— Естественно.
— Сколько град обещал тебе за экспертизу?
— В имперских отах — один и семь шестнадцатых мириада.
— Ты что, от бедности к ним нанялся?!.
— Начальство послало.
— Сёган — скупердяй. Эксперт, что скажешь о сумме впятеро больше?
— Она мне нравится.
— Знаю я вас, федералов, — умные и продажные. Это хорошо! Незачем тебе работать на Эрке. Они твоё ноу-хау не уважили, выводы твои презрели, одним словом — оскорбили как профессионала. Переходи к нам! Плачу семь и три шестнадцатых мириада в отах — ты согласен? Хочешь — налом в любой валюте, хочешь — положим в какой скажешь банк.
— Что я должен делать?
— Сообразительный!.. К работе приступишь чуть позже. Маджух, — обернулся Папа к разведчику, — у меня возник славный план. Пусть инженеры заряжают диск без перерывов, только чтоб кабели не сожгли. Завтра всё должно быть готово к выстрелу. От градских выступила эта шмойла, а от нас выступит — эксперт! Он публично подтвердит, что мы обладаем сквозной пушкой. Пусть после этого Триумвират попробует напасть! А для наглядности пальнём по ближнему скоплению их войск. И приурочим это к погребению Шуламанги и Лу Дархана, так будет красивей в смысле пияра. Похороны — и сразу удар!
— Так ведь, Папа... — Маджух несколько растерялся. — Нет кворума жрецов для проклятия.
— И не надо хворума! Хватит притворяться, что это одна жреческая магия. Это — наша суеверная...
— Суверенная...
— ...государственная мощь! Хотя для впечатления проклятие тоже не помешает. Настропалим преосвященных — пусть втроём напрягаются!