Через минуту мы прошли под аркой ворот и оказались лицом к лицу с господами проверяющими. Ну что за люди, сказано же было, что через час я всё продемонстрирую. Ну да ладно.
— Минуточку, — я вновь заткнул рот графу Гарду поднятой ладонью. — Череп, пусть Всиля кликнут.
Александр повернулся к какому-то солдату, занятому в общих работах по Бастиону. Он и ещё несколько служивых что-то перетаскивали из хранилищ на стены. Прошептав ему на ухо парочку предложений, Череп встал со мной рядом с невозмутимым выражением.
Раздался скрип открываемых ворот оружейной мастерской, и все обернулись. Василь самолично выкатывал модернизированный миномёт, установленный на деревянную платформу с полозьями. Мастер глянул в небо, придержав свою шапку, затем посмотрел на часовых, смотрящих на нас со стены.
— Где там чучела окаянные? — крикнул он им.
— От ворот левее на сто локтей, и прямёхонько там, где ров поворачивает к северу, — прозвучали слова от корректировщика.
— Догляд веди, как класть буду, — прозвучало предупреждение. — Я тогда, с позволения капитана-поручика, рунным шарахну, — Василь глянул на Черепа и дождался кивка.
Далее, мастер повернул миномёт, зарядил раздельным боеприпасом и с прищуром глянул на солдатика, оттопырившего большой палец. Затем, Василь сверился с самопальным прицельным приспособлением, таким вот своеобразным, сделанным из чертёжного транспортира, и определил угол.
Бум-с…
Снаряд ушёл в небо, а проверяющие рты открыли. Они никак не могли сопоставить стрельбу в небеса с целью за стенами, которую Василь и не видит даже.
Ну, а мастер наводчик принялся собирать орудие в походное положение.
Бу-у-убух…
Гулко рвануло снаружи стены, а Василь уже начал тянуть миномёт к себе в мастерскую, чем ещё больше озадачил графьёв.
— В труху! — крикнул корректировщик со стены. — В аккурат легло, прям перед пугалами, а уж рунные иглы… Э-эх, — он махнул рукой. — Попали, господин капитан-поручик, — доложил он Колчаку.
— Ну вот, — Череп обернулся к проверяющим. — Как-то так, — добавил он, испытав гордость и мне подмигнул.
— Ещё вопросы? — тут уже и я присоединился. — Нет вопросов?
— А если случится контр наступать? — не сдался Сименович.
— Тогда последует артиллерийская подготовка, — меланхолично отозвался Колчак. — Пойдёмте, князь, — он взял меня под локоть.
— Пойдём, до Митяя сходим, — согласился я.
Мы обошли главное здание Одинокого Бастиона, его центральную цитадель, и я резко встал, хлопая глазами на детвору, катающуюся на самом натуральном катке.
Не успел я задать и пару вопросов, как меня заметили, и вся гурьба разновозрастных детей и подростков кинулась в нашу сторону.
— Господин Феликс! — заорал Митроха. — Мы всё освоили, с вас по золотому червонцу! — радостно завопил он, и моментально продемонстрировал подскок на коньках с переворотом и ездой назад.
Ему вторили остальные, стараясь делать упражнение очень красиво и исключая падения.
Я обалдело взглянул на Черепа.
— Ну-у-у… — Колчак развёл руками. — Феликс, ты сам ещё прошлый раз всем по золотому обещал, за то, что повторить сумеют, — подтвердил он законность требования. — Раскошеливайся.
Я и раскошелился, благо в карманах нашлась нужная сумма денег. Пока я раздачей занимался, то вдруг подумал о других играх, напрямую связанных с коньками. Почему нет?
— Слушай, Череп, — обратился я к довольному другу. — Мне нужен толковый плотник, — я сразу озадачил его.
— Это не проблема, но давай этим займёмся чуточку позже, — он вдруг кивнул на солдат, переставших заниматься своими делами и на народ, живущий в крепости и вышедший на меня посмотреть. — Ничего не замечаешь?
— Если ты про беременность… — напрягся я.
— Нет, не про неё, — успокоил он меня. — Хотя, Берсерк, с дамами своими, что тебя дожидаются, ты будешь сам разбираться. Я про слухи, что снова начали гулять в стенах Крепости.
Я присмотрелся. Все шепчутся и прячут от меня глаза.
— Будь осторожен в своих действиях и словах, — Колчак стал неожиданно серьёзен. — И помни, что ты просто хороший боец, а остальное всё сплетни!
— Как скажешь, — согласился я, так и не понимая причин его беспокойства.
Неожиданно, к нам подбежал посыльный, вынырнувший из дверей цитадели.
— Капитан-поручик, вам срочное предупреждение из-за перевала! — заявил он и застыл в стойке смирно.
— Говори, — теперь Череп напрягся.
— Как вы и просили, — солдат покосился на меня. — Ваши друзья, по ту сторону перевала, просили передать, воспользовавшись закрытым каналом магической связи…
— Ближе к делу! — проявил нетерпение Александр.
— Скоро! — выдохнул посыльный.
— Свободен, — отпустил его Череп и повернулся ко мне. — М-да, друг мой, — он участливо глянул мне в глаза, отразив толику грусти с искренним переживанием. — Не знаю, что ждёт тебя, но твоя будущая жена уже на пути сюда…
— Кабзда! — ошалело прошептал я. — Нам нужно к Митяю! Друг, поддержишь меня?
— Да… — задумчиво произнёс Колчак, и мы зашагали по направлению к клубу.
Глава 3. Происшествие у Митяя…
Мы пересекли внутреннею территорию крепости и вошли в нишу стены, где под каменным сводом расположен вход в вотчину Митяя, содержащего клуб. Такая вот, местная альма-матер благородной общественности, и место для всевозможных собраний Рунных Вольнонаёмных Магов, включая Суды Чести.
— Череп, постой, — я придержал Колчака у самого входа.
— Что-то не так? — озадачился он, но продолжить диалог мы не смогли.
Ко входу подошли господа проверяющие, Дмитрий Гард и Николай Сименович, собравшиеся посетить местный клуб.
Уважаемые господа одарили меня выразительными взглядами, которые в обычном мире соответствуют всем людям, лично похоронившим своих лютых врагов. Или же, непосредственно сейчас занимающихся этим делом.
Я же ответил господам холодным выражением, без всякого намёка на эмоции, позволив им беспрепятственно войти внутрь. Смог себя победить и придать этим людям образ пустоты, естественно, в своём ментальном представлении.
И эта ассоциативность мне помогла справиться с непреодолимым желанием тихонечко пристрелить их. Это помогло-бы мне избавиться от внешних раздражителей, и не париться по поводу сплетен некоторое время. Но нет! Не всё так просто.
— Феликс, ты что-то хотел сказать, или спросить, — напомнил Череп, когда двери клуба закрылись за господами.
— Ах, да. Прости, сладостные представления в голову ударили, — я его слегка удивил, отчего Колчак вскинул бровь.
— Подробности будут? — проявил он дружеский интерес.
— Хе-х, — я усмехнулся, заметив, как Александр улыбнулся. — А то ты не догадался, — покачал я головой. — У меня к тебе вопрос, Череп, — я резко перестал веселиться и принял образ озабоченного человека. — Ты сможешь передать своим друзьям через перевалы, чтобы они завернули Потёмкину обратно?
— О-хох, к сожалению, нет, Феликс, — искренне посетовал Колчак и развёл руками. — С твоей Потёмкиной, дружище, иные полковники не рискуют связываться, а с мамой её, Елизаветой Степановной, и генералы не совладают.
Я прислушался к его словам, поняв и усвоив для себя тот факт, что тёща мне досталась подстать жёнушке. Ну вот почему я такой невезучий? Хотя, такие тёщи получше тех, что кирпичи на зятьёв прячут за пазухами.
Эта, если что, сразу всё выскажет и дополнительных вопросов не оставит. Жить будет проще — накосячил, так получи. И не станет властная дама действовать исподтишка. Просто характер не позволит ей опуститься, и влиять через дочку, подговаривая её в редкие встречи выступить против мужа.
— Хорошо, пойдем тогда, опрокинем по маленькой, — я смирился со своей будущей участью и открыл двери клуба.
Мы вошли, и я сразу понял, что сегодня праздник какой-то.
Тут присутствуют все Маги-Вольники, за исключением сестёр Романовых, наверняка встретивших брата. Оно и понятно. Семья, всё-таки.
— Х-м, — деланно хмыкнул Колчак. — Людно-то как, а, Феликс, ты не находишь? — он нарочно заострил моё внимание на избытке благородного народа, и не только.
Я увидел и Марата Козея, бывшего скупщика артефактов и мастера по пошиву, а ныне старосту тёмного города, вместе с женой Дарьей. Они заняли места за столом с Магами-Вольниками из команды Черепа. Паук, Кот, Медведица, Химера и Макар Лауреат призывно помахали капитану-поручику, не забывая ухаживать за супругой Козея.
Митяй, бармен и содержатель помещения клуба, снуёт между столиков скучающего в одиночестве Князя Родиона Кутузова и веселящихся Сивого с Барри.
Господа из службы Контроля Военных Поставок заняты оживлённым разговором с маленькой и громкой княгиней Врангель, в компании и при поддержке графини Саровской, нашей длиннокосой красавицы Серафимы. Ну это и правильно, они же старые знакомые, как-никак.
Какой-то господин, в чине полковника, сидит и улыбается, откровенно пялясь на девушек. Он занял отдельный столик в самом тихом уголке зала, откуда ему всех прекрасно видно.
Я вопросительно глянул на Колчака, мол — это ещё что за всеобщий сбор?
— Это Яков Иванович, граф Старицкий — полковник из Интендантского Управления, — пояснил Александр, подумав, что я намекаю на неизвестного.
Я пожал плечами, и мы прошли в центр клубного зала, где нам уже определили столик, сервированный нехитрой снедью с парой графинов крепчайшего.
Я отметил ненавистные взгляды парочки проверяющих, сидящих в противоположном углу от полковника. Дмитрий Гард и Николай Сименович ясно дали понять, что не разделяют общей радости.
Кстати, причину общего сбора я тоже пока-что не знаю.
— Феликс, можно тебя на минутку? — Элеонора возникла рядом словно по волшебству. — И вас, господин Колчак.
Без всяких дополнительных вводных речей, девушка взяла нас с Черепом под руки, не позволив сесть за уготовленный стол, и провела к своему, где и усадила. Спорить с ней — себе дороже, что понял и Череп, никак не воспрепятствовавший мелкой Княгине.