созданию, он приходил в ярость. Возвращение из мира мертвых – не самое приятное переживание. Он это знал. Но откуда? Смутные картинки мелькали в памяти, будто он и сам проходил через такое когда-то. В далеком прошлом.
Риккардо замер. Яркая вспышка в сознании внезапно озарила воспоминания о давних событиях. Это уже случалось с ним, с десятилетним мальчишкой в доме его родителей.
В спальне висит звенящая тишина. Ни тиканья напольных часов, ни шороха, ни единого дуновения ветерка из открытого окна. Ничего. Будто в мире отключили все звуки, но при этом заполнили его насыщенными красками.
Риккар всматривается в густую тьму за окном. Ему кажется, будто кто-то невидимый льет из бездонного ведра темную краску прямо на небосклон. Она заливает все вокруг, поглощая мерцающие звезды, полный диск луны, даже деревья утопают в этой густой как кисель темноте. Риккару страшно. Так страшно, что хочется крикнуть, позвать родителей, но он не может выдавить ни звука. Его голос тоже исчез в этой тьме.
В комнате становится холодно. Нужно закрыть окно. Риккар осторожно откидывает одеяло и спускает босые ноги на пол. Тело тут же покрывается гусиной кожей. Он подходит к окну, в надежде избавиться от этого жуткого холода. Тьма, переполнившая мир за пределами комнаты течет по стеклу, подоконнику и расплывается по полу. Ноги Риккара погружаются в эту тьму, и он чувствует леденящее прикосновение. Словно невидимые руки мертвеца обхватывают его лодыжки.
Он снова пытается закричать, но звука нет. Риккар бежит к кровати, забирается под одеяло и с отчаянием молит Великую Луну о помощи.
Неожиданно свистящий шепот нарушает мертвецкую тишину, вонзаясь в сознание тысячами тонких игл: «Ты не достоит быть Избранным. Ты – дрянной мальчишка. Ты должен умереть». Тоненькие волоски на теле встают дыбом. Страх и холод сковывают тело. Риккар замерзает. Его руки и ноги цепенеют, веки, словно налитые свинцом, опускаются, и свистящий шепот становится тише и слабее: «Ты умрешь, Риккар. И будешь принадлежать мне».
Сквозь закрытые веки, он видит яркую вспышку, и вдруг тишину разверзает какофония звуков. Звон, гул, вой, крики. Он слышит голоса матери и отца, которые растворяются в истошном вопле. Барабанные перепонки не выдерживают и лопаются. Риккар снова погружается в абсолютную тишину. Вместе с ней его окутывает блаженное забытье.
Он открывает глаза. За окном его спальни светит солнце, и трели маленьких пурпурных птичек чанги разносятся по всей округе. В дверь стучат.
– Заходите! – кричит Риккар.
Он знает, что это мама с папой. Сегодня его десятый день рождения, а это значит, что будет именинный пирог и подарки.
В комнату входят родители.
– С днем рождения, сынок! – мама держит в руках пирог с десятком горящих свечей на нем.
– С днем рождения, сын, – вторит ей отец.
Риккар счастливо улыбается и вскакивает с кровати. Он подбегает к родителям и задувает свечи.
– С днем рождения меня! – восторженно кричит он.
Лицо матери начинает бледнеть, приобретая неестественную матовость. Риккар испуганно озирается. Застывшая фигура отца с таким же непроницаемым лицом, словно его вылепили из воска, стоит рядом. Пирог падает на пол, разлетаясь на мелкие куски.
– А-а-а, – кричит Риккар.
Застывшие фигуры родителей плавятся, словно свечной воск, и вот уже на их месте остается лишь большая густая лужа. Свет за окном меркнет, и комната погружается во тьму.
– Не-е-ет! – кричит Риккар.
Он слышит свистящий шепот: «С днем рождения, маленький ублюдок». Мир рассыпается миллионом острых осколков, которые вонзаются в его тело и убивают его.
– Милый, очнись, ну же, – кто-то трясет его за руку.
Риккар нехотя открывает глаза. Перед ним сидит девушка.
– Кто ты и что тебе нужно в моей комнате? Где мама с папой? У меня сегодня день рождения, – обиженно выпячивает нижнюю губу Риккар.
– Я знаю, милый, но мама с папой хотят сделать тебе сюрприз, – она нежно гладит его по мягким волосам. – Нам нужно выйти во двор.
Риккар удивленно оглядывается. Почему так темно? Сейчас ведь утро. Или все-таки еще ночь?
Он сердито отталкивает руку незнакомки и встает с кровати. За окном разлита густая тьма.
– Это они сказали тебе сходить за мной?
Девушка с нежностью смотрит на него.
– Да, Риккар, нам нужно идти.
– Ладно, – по-деловому отвечает он. – Отвернись, мне нужно одеться.
Девушка отворачивается, и Риккар натягивает тонкие штанишки и рубашку. Обув ботинки, он подходит к сидящей на его кровати незнакомке.
– Пойдем, – касается ее ладони.
В памяти вспыхивают обрывки сна. Он знает ее. Это его сестра, его Динн. Риккар вскрикивает.
– Как ты здесь оказалась? – он не понимает. – Ты ведь не настоящая. У меня нет сестры! Но я видел тебя во сне.
Динн окидывает его нежным взглядом.
– Да, милый, я – часть сюрприза, пойдем же скорее.
Они выходят из комнаты и беззвучно спускаются в просторную гостиную. Динн крепко держит его за руку. Риккару с ней спокойно. Старые напольные часы бьют полночь.
– Скорей, нам нужно торопиться, милый, – волнуется сестра.
Они выскальзывают в густую тьму и пересекают двор. Остановившись под раскидистым деревом Маху, Динн берет его за плечи и разворачивает к себе.
– Послушай меня внимательно, Риккар, – ее взгляд серьезен и сосредоточен. – Помнишь, во сне мы играли с тобой в прятки?
Риккар кивнул.
– Помнишь, как ты прыгнул в колодец и чуть не утонул, а мама тебя сильно отругала за это?
Он снова кивнул.
– Так вот, мама с папой решили, что ты стал достаточно взрослым, чтоб играть в такие игры. Ты должен нырнуть в колодец, а вынырнешь уже совсем в другом месте. Понимаешь? Это будет твоим испытанием. Если ты его пройдешь, ты станешь Избранным. Понимаешь, милый? Мама с папой будут гордится тобой.
Риккар снова молча кивнул.
– Вот и хорошо. Главное помни, что бы ни случилось – это все игра. Все не по настоящему, понимаешь? – в ее глазах мелькнула боль. – Ты станешь настоящим магом. Ты утрешь нос всем этим проходимцам, которые считают тебя недостойным.
– Каким проходимцам? – Риккар не понимал, о ком она говорит.
– Никаким, милый, это я так. Просто хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя. И мама с папой любят. Очень сильно.
Риккар в очередной раз кивнул и нетерпеливо запрыгал с ноги на ногу.
Динн достала из-за пазухи зеркальце и положила его на землю. Такое зеркальце он видел у мамы, когда та поправляла непослушную прядь волос, вечно выбивавшуюся из прически. Сестра щелкнула пальцами, и в ее ладони появился голубой мерцающий огонек. Этому фокусу Риккар научился еще год назад – легкотня. Она ловко метнула искрящийся шарик в зеркало, земля на месте которого тут же пришла в движение. На их глазах стремительно вырастала каменная кладка, которая через полминуты сформировалась в колодец.
– Ух ты! – Риккар был в восторге.
Он заглянул через край. В мерцающей воде он увидел отражение серебряного диска.
– Что это? – он вскинул голову, пытаясь рассмотреть что-либо на небе сквозь кромешную тьму.
Странный диск, который он будто бы тоже когда-то видел.
– Это наша Великая Луна, – Динн дотронулась до его плеча. – Мы идем в ее мир, милый.
Сестра помогла залезть на стенку колодца, и Риккар с опаской посмотрел вниз. Серебряный диск дрожал в воде, завораживая своим сиянием. Ему вдруг нестерпимо захотелось попасть на ту сторону. Будто там был его дом. Там, а не в этой гнетущей темноте. Он зажмурился и прыгнул.
Холодная вода вонзила в тело сотни колючек. Риккар попытался вздохнуть, но не смог. Какая-то неведомая сила потянула его вниз. Вода сомкнулась над ним, и в ушах раздался оглушительный звон, будто в голове зазвонили разом тысячи колокольчиков. Острая боль пронзила легкие. «Динн, где же ты? Спаси меня!» – отчаянная мысль взметнулась в сознании и тут же рассыпалась мелкими осколками. Он умирал.
Яркий солнечный луч скользнул по лицу, заставив сильней зажмуриться. Риккар чихнул. Он открыл глаза и улыбнулся – ведь сегодня его десятый день рождения. В комнату постучали.
– Входите! – звонко крикнул он, ожидая, что дверь откроется и на пороге появится мама с именинным пирогом и отец с хитрой улыбкой на лице.
Сегодняшний день должен быть богат на сюрпризы. Риккар улыбнулся.
– Привет, милый, – в комнату вошла старшая сестра. – С днем рождения!
Она держала пирог, весь утыканный горящими свечами.
– А где мама и папа? – недоуменно воскликнул Риккар.
Динн как-то невесело улыбнулась, и в комнате сразу стало прохладней.
– Мама с папой просили меня присмотреть за тобой… – она запнулась, – они… они будут ждать нас в другом мире. Когда-нибудь мы с ними увидимся.
– Они умерли? – ему не нужен был ответ.
Он и так это знал.
Риккардо сжал кулаки. Проклятая Лилит – она убила его родителей, убила его, беззащитного ребенка лишь потому, что он был Избранным. Если бы не Динн, он так бы и остался в том проклятом загробном мире Лилит, умирая и возрождаясь с чистой памятью миг за мигом.
Но почему он забыл об этом? Почему столько лет его память отказывалась выдавать прошлое? Он был избран. Но для чего? Всю свою жизнь он считал избранной сестру. Это она стала Верховной тайрой, это в ней был запечатан дух Лилит. А он был всегда лишь ее младшим братом, трепетно оберегающим сестру.
Он вспомнил о том, как Динн всякий раз отправляла его из замка в дни Черной луны. Как запрещала приближаться к ней в это время. Неужели она оберегала его? И почему именно сейчас ему открылись забытые воспоминания?