– Я не могла иначе, – шепчу, утыкаясь лбом в его шершавый камзол.
Ничего не ответив, Клоинфарн подхватывает меня под колени и спину, выпрямляется вместе со мной. Теперь я на его руках. И несмотря на гнев дракона и резкие слова, чувствую себя в безопасности.
– Хозяин! – хрипло произносит Тис, падая на колени и свешивая голову. – Это всё моя вина! Я приму любое наказание!
– Ещё как примешь! Но позже, – мрачно откликается Клоинфарн и выносит меня из комнаты.
– Тис не виноват, – бормочу ему в ключицу. – Он спас меня!
– Разберёмся завтра, – цедит дракон, торопливо спускаясь по лестнице. – Как ты себя чувствуешь?
– Я… я… – пытаюсь выговорить непослушным языком, но веки делаются тяжёлыми. Голова идёт кругом, и мир качается, будто я долго кружилась в танце, а потом замерла.
На пару мгновений я выпадаю из реальности, а когда прихожу в себя – дракон уже кладёт меня на мягкую перину, накрывает тёплым одеялом, укутывая со всех сторон, и только руки остаются лежать поверх ткани. Броши в моей ладони нет… как нет кругом и тумана. За окном темно, и лишь тусклая луна заглядывает в комнату.
Я чувствую себя бесконечно усталой. И, наверное, засыпаю… Потому что то, что происходит дальше больше похоже именно на сон. Я наблюдаю его сквозь тонкую щель между почти закрытыми веками.
В сумраке ночи Клоинфарн сидит у изголовья, сжимая губы в мучительном ломаном изгибе и глядя на меня. В его тёмных глазах бушует странная эмоция – будто сомнения грызут дракона изнутри.
А потом происходит совсем невероятное…
Клоинфарн берёт меня за руку, переплетает наши пальцы и целует мою кисть – каждую косточку одну за одной. И это не страсть, это больше похоже на жажду. Кожа горит там, где её касаются губы дракона. Затем опустив голову, Клоинфарн прижимает мою руку к своему молчаливому сердцу.
– Адель, – хрипло зовёт он. – Я не должен был оставлять тебя. Едва почувствовал, что ты ранена, я… Если бы с тобой что-то случилось…– он делает паузу, его голос становится сухим и ломким. – Ты права… Конечно, права – этот дом и это место, не подходят для принцессы. Не подходят для тебя. Мы скоро переберёмся, куда захочешь. Только нужно немного подождать… ещё пару недель…, – он вновь замолкает. Сжимает мою ладонь, будто она для него – протянутый канат, вот только сброшенный слишком поздно.
Медленно опустив мою руку на одеяло, он размыкает пальцы.
– … ты не будешь страдать, Адель, – произносит он уже другим голосом – безликим, высушенным от эмоций. – Всё пройдёт быстро… Ты и сама не заметишь. Просто однажды проснёшься и… всё будет кончено. Но пока что спи, Адель. Спи, сегодня я буду охранять твой сон. Никто сюда не придёт.
Глава 14
Мне снится родной дом… Белые башни дворца возвышаются над густым зелёным садом. Воздух пахнет спелыми яблоками. Королевская семья Аштарии почти в полном составе собралась на круглой лужайке.
На неёй брат упражняется в магии, рисуя в воздухе огненные узоры. Наблюдающая за ним белокурая сестричка Ири радостно хлопает в ладоши, когда у Дерека получается особенно красивый рисунок. Мама с папой тоже здесь – они сидят на траве в тени дерева.
Хитро щуря изумрудные глаза, папа что-то шепчет маме на ухо, а она с красными щеками и счастливой улыбкой шикает на него, бросая взгляд в сторону брата и сестры.
Я тоже стою на лужайке… В шаге от родителей, в трёх – от сестры с братом. Но на меня никто не смотрит.
Меня никто не видит.
Мои руки прозрачные, как и тело. Я призрак…
Сердце щемит. Я так скучаю по своей семье… Мама, папа, Ири, Дерек! Мне так хочется позвать их. Крикнуть, что я тоже тут!
Чтобы они вспомнили! Чтобы увидели…
Но я зажимаю рот руками, запирая крик внутри.
Им будет лучше не вспоминать обо мне.
Пусть будут счастливы.
Даже если без меня.
Я уже хочу уйти, как вдруг сестра поворачивает голову в мою сторону. Её глаза ясные, как чистые озёра, смотрят прямо на меня. А потом Ири прикладывает палец к губам, как бы говоря “тссс”, и показывает куда-то мне за спину.
Обернувшись, я вижу прислонённое к дереву старинное зеркало в витой раме. Оно высотой в человеческий рост, его обрамляют четыре светящихся камня… В зеркальной глади отражается красивая женщина в струящемся платье. Глаза у женщины мёртвые, стылые, а платиновые волосы развиваются, будто змеи.
Любой на моём месте испугался бы, увидев такое! Но не я. Ведь эта женщина в зеркале – моя родная бабушка Илона. И сейчас она пытается что-то сказать. Её синие от холода губы двигаются, но я не могу разобрать ни словечка.
– Бабушка! – зову я, пытаясь приблизиться. Но сон уже исчезает, растворяясь в дымке.
Я просыпаюсь от света, проникающего сквозь веки. Неужели наступило утро… Но я не тороплюсь открыть глаза. В голове крутится сон… Он непривычно яркий, я до сих пор ощущаю запах яблок и спокойствие солнечного дня.
Конечно, такого быть не может, чтобы родители меня забыли! Но раз они не связались со мной за эти дни, значит, силы прорваться в другой мир у них нет.
Однако моя бабушка Илона – совсем иное дело. Она отличается от всех, кого я знаю. В прошлом – она была Королевой и сильным чёрным магом, а сейчас у неё нет тела, и она живёт в старинном зеркале.
В детстве я часто убегала от нянек и пряталась в башне, где хранился её магический дом. Мы с бабушкой разговаривали часами. Папа знал об этом и не был против. Но потом прознала и мама…
Она почему-то испугалась и даже разозлилась. Они с папой не на шутку поругались и не разговаривали целый день! И это был чуть ли не худший день в моей жизни!
По дому разве что искры не летали, слуги ходили на цыпочках, стража боялась лишний раз бряцнуть доспехами! Но в итоге всех помирила Ири, хоть и не специально. Она обернулась в кролика и заснула в оранжерее.
Ох, и перепугались же все, пока её искали! И помогла не кто иная, как бабушка Илона, сразу подсказав, где нужно посмотреть.
В итоге мама и папа помирились, Ири на шею повесили поисковый кулон (на случай если снова заснёт в неожиданном месте), а мне разрешили посещать бабушку, хоть и под присмотром родителей.
Бабушка знала много изумительных историй. Она преподавала мне теорию светлой магии и рассказывала о других странах. И хоть мы никогда не затрагивали тему тёмной магии, я знала – она очень сильная ведьма. Так могла ли бабушка проникнуть в мой сон? Могла ли попытаться передать послание?
Хотя гадать бесполезно! Я всё равно не смогла понять её слов!
Может, следующей ночью она приснится мне вновь?
Вздохнув, я натягиваю одеяло до носа. Почему-то вставать совсем не хочется. В тёплом коконе лежится необычайно уютно. Сверху ощущается приятная тяжесть, а разгорячённую шею остужает сзади прохладный ветерок.
Подождите…
Какой ещё ветерок?!
Распахнув глаза, я резко поворачиваюсь и несколько секунд в шоке пялюсь на спящее лицо Клоинфарна, который совершенно наглым образом лежит рядом, по-хозяйски обняв меня за талию.
Как он здесь оказался?! Почему спит со мной в одной кровати?!
На Клоинфарне вчерашняя чёрная рубашка… Значит, он остался здесь ночевать, после того, как уложил меня спать? Я мало что помню с того момента, как он вынес меня из комнаты Эйды…
Получается… вынес, уложил спать и сам рядом прилёг, словно это его законное место? И обнимает, якобы во сне? А я, следуя шаблону, должна “случайно” закинуть на него ногу? А то и поцеловать, тоже “случайно”? Ну-ну, читали мы такие книжки! Кого этим обманешь?!
Слава богам, дракон сегодня без рогов, а то бы вспорол ими подушки и матрас! Барахтались бы тогда в перьях, как два цыплёнка!
– Эй! – сердито шикаю я. Но Клоинфарн не реагирует, даже ресницы не вздрагивают. Широкая грудь мерно вздымается от глубокого дыхания.
“Надо немедленно вытолкнуть его отсюда!” – возмущённо думаю я, но вместо этого заворожённо скольжу взглядом по непривычно расслабленному лицу “мужа”.
В сердце борются противоположные эмоции. Я застряла в этом ужасном доме по его вине! Все мои неприятности из-за этого дракона! Но с другой стороны, я не ощущаю ненависти… Он обещал вернуть меня домой через месяц и даже закрепил обещание заклинанием. С того момент прошло и меньше недели… Вернёт ли меня Клоинфарн по истечению срока?
Думаю, да…
Ведь всё же, он не похож на злодея… Хотя и доверять ему полностью нельзя.
Клоинфарн множество раз мог поступить со мной плохо, а в итоге даже не особо ругал за нарушение запретов. И когда я очень-очень попросила, рассказал о себе… хотя ему явно было неприятно вспоминать Эйду.
В памяти ярко отпечаталось, как вчера я сидела на полу и дрожала от страха, и Клоинфарн опустился на колени и обнял меня. В его голосе плескался океан страха. А потом он так бережно взял меня на руки, будто я хрустальная и могу разбиться.
Разве всё это было игрой?
Нет, не похоже…
Но почему он так себя ведёт? Что он чувствует ко мне? Это всё из-за метки или…
Или…
В сердце тихонько звякает незнакомая струна.
“А какой ответ меня обрадует? – возникает в мыслях. Кроличья суть испуганно замирает, боясь дать ответ. А я вновь вглядываюсь в спящего передо мной мужчину, будто надеясь отыскать правду.
Он красивый… как божество. Или как скульптура гениального мастера. У него точёные скулы, впалые виски, красивый разрез глаз, чем-то напоминающий звериный. Идеальная фигура, состоящая из мышц и жил. Даже когда Клоинфарн спит – от него исходит опасность, заставляющая замирать сердце.
Взгляд соскальзывает на губы мужчины… Они темнее, с бордовым оттенком, и тоже будто выточены из мрамора. Вот только я знаю – они вовсе не твёрдые, а мягкие, требовательные, сводящие с ума…
В животе сжимается горячая спираль. Лицо заливает краска, и даже уши начинают пульсировать в такт биению сердца. В этот момент со двора раздаётся собачий лай, и я вздрагиваю всем телом, будто пойманная преступница.
Резко отодвигаюсь от Клоинфарна! Но его рука, лежащая на моей талии, вдруг делается стальной, притягивая меня обратно. Ойкнув, я утыкаюсь носом в холодную ключицу. Лба касаются мужские мягкие губы.