– Рад, что мы поняли друг друга, Адель, – убрав руку со спинки, дракон ласкающим движением касается моей щеки. Заворожённо смотрит на губы.
“Он хочет поцеловать”, – мелькает в мыслях. И то, как радостно откликается тело, заставляет меня испуганно встрепенуться и накрыть двумя ладонями собственный рот.
Клоинфарн удивлённо моргает, а потом усмехается – так соблазнительно, что у меня ёкает сердце – и начинает смеяться. И этот смех – искренний, завораживающий, он касается невидимых струн в моей душе, которые отдаются вибрацией в кончиках пальцев. Кровь наполняется пузырьками, а в животе становится щекотно.
– Ох, Адель, – он стирает слёзы, – ты серьёзно думаешь, что тебя это спасёт?
– Думаю, да! – глухо шепчу в свои ладони.
Широко ухмыльнувшись, мужчина наклоняется к моему лицу. Так близко, что я замираю на вдохе. Медленно, пугающе медленно он касается губами моей верхней руки и нежно целует. Глядя мне в глаза, касается языком кожи, мягко прикусывает и снова прихватывает губами.
Что он творит?!
Безумие! Это настоящие безумие!
У меня во рту пересыхает, я судорожно втягиваю носом воздух.
Лицо и уши пульсируют от смущения и жара. Рука Клоинфарна перемещается на мой затылок, прихватывает волосы. Меня качает, будто я на краю пропасти. А может, я уже сорвалась? Может, уже давно лежу на камнях – разбитая… и счастливая.
– Ты ненормальный, – шепчу в свои ладони, хотя на самом деле – это я здесь сошла с ума. Потому что не отталкиваю, потому что хочу ещё. Хочу…
Мы одни в спальне, на моей кровати. Клоинфарн так близко!
Его зрачки вытягиваются в вертикальные линии, он улыбается так притягательно, что у меня вздрагивает душа. В сердце, как в яйце, что-то скребётся, пытаясь выбраться наружу – с болезненной жаждой, мучительным голодом… Кажется – ещё немного, и я сама потянусь навстречу. Сама уберу руки и…
Но в следующий миг Клоинфарн отстраняется.
Секунду смотрит мне в глаза, говорит с соблазнительной хрипотцой:
– Будем считать, на сегодня ты спаслась, – а потом одним слитным движением поднимается с кровати. Лунный свет падает из окна, очерчивая его сильную вытянутую фигуру, отражаясь в драконьих глазах и заставляя их гореть ярче звёзд.
– Спокойной ночи, дорогая Адель, – тихо говорит он и, развернувшись, выходит.
Я остаюсь одна.
Ещё десяток секунд я пялюсь на закрытую дверь, а потом с задушенным стоном, падаю лицом на подушку. Моё тело горит, меня ломает. Внутренний зверь мечется, требуя немедленно пойти к Клоинфарну!
Не знаю, как дракон это сделал! Но я словно на него “подсела”. Никогда такого не ощущала… И мне кажется – он знает о моих противоречивых чувствах. И издевается! Умело провоцирует, будто хочет, чтобы я первая сдалась. Сделала шаг, перешагнув линию, которую сама же провела.
А чего хочу я?
Почему чувствую разочарование из-за того, что он так просто ушёл?
Боги! Едва прошла неделя! Или даже меньше? А меня уже так шатает! Что же будет через две недели? А через месяц?! Неужели я так просто сдамся? Моя гордость настолько незначительная?!
Нет!
Завтра… всё решится завтра!
Мы прибудем в Аштарию! И тогда я пойму, как мне быть. Рядом с родными – я разберусь, что на самом деле чувствую. И чего хочу!
Решив так, я посещаю ванную, потом переодеваюсь в ночнушку и забираюсь в кровать. Натягиваю одеяло до самых ушей… Свет гаснет, а я всё лежу, снова и снова прокручивая в уме то, что случилось за день.
Сначала я ранила дракона, потом заботилась о нём. Потом тренировала магию, прогнала Эйду… А потом Клоинфарн едва не прибил беднягу Тиса.
Дракон сказал, что я могла позвать его.
Что он бы пришёл. Но верится слабо, всё же у него не совершенный слух. Как громко я должна была кричать, чтобы он услышал?
Закутавшись в одеяло, я поворачиваюсь набок, спиной к двери.
Вокруг царит тишина, но сон никак не идёт. Мысли крутятся, как в водовороте, жужжат потревоженными пчёлами. В памяти снова и снова звучит: "Ты должна была позвать меня". Сама не знаю, что на меня находит, только я вдруг шепчу:
– Клоинфарн.
Получается совсем тихо, на грани слышимости. Дум-дум-дум, – стучит моё сердце. И ровно на десятом ударе в коридоре раздаются шаги, а потом распахивается дверь.
О боги!
Он пришёл!
Услышал?! Но как?!
И что теперь делать?! Я же просто так позвала!
Надо притвориться, что сплю! Как будто во сне прошептала!
Закрыв глаза, я всеми силами стараюсь дышать ровно, изображая спящую. Однако сердце колотится будто сумасшедшее. Я почти уверена – дракон услышит его стук! Непременно услышит!
Лёжа спиной к двери, я прислушиваюсь к каждому звуку. Но всё равно едва не вздрагиваю, когда моего плеча касается рука дракона.
Прикосновение совсем лёгкое, а следом прогибается матрас – это Клоинфарн садится на кровать.
О боги!
“Я сплю-сплю-сплю!” – повторяю как мантру, надеясь, что дракон уйдёт! И одновременно желая, чтобы он остался.
Мужчина не двигается, просто сидит рядом – в темноте спальни, изредка касаясь то моего плеча, то разметавшихся по подушке волос. Один божественный зверь знает, что творится в его драконьей голове! Так проходит десять минут, потом двадцать… Ничего не происходит. Моё сердце постепенно успокаивается, а разум начинает впадать в дрёму.
Сквозь туман сна до меня долетают тихие бесцветные слова:
– Ты другая… И я теперь совсем другой. Так может быть… у нас всё же есть шанс.
“Шанс есть всегда!” – Хочется ответить мне, но сон уже утягивает меня в свои тёплые объятия.
***
Мне вновь снится моя родная Аштария.
Белые башни дворца возвышаются над густым зелёным садом. Воздух пахнет спелыми яблоками. Моя семья почти в полном составе собралась на круглой лужайке.
Но на этот раз я смотрю не на них… а на прислонённое к дереву старинное зеркало в витой раме. Там отражается красивая женщина – у неё длинные платиновые волосы, стылый взгляд и струящееся серебряное платье… Хотя она выглядит молодо, на самом деле ей уже много лет. Это моя бабушка Илона – мама моего отца. Её душа обитает в зеркале, сколько себя знаю… И сейчас бабушка Илона что-то пытается мне сказать!
Я подбегаю к ней, чувствуя, что сон вот-вот развеется.
– Бабушка! – восклицаю, касаясь витой рамы.
– Адель! – взволнованно говорит она, положив обе ладони на стекло со своей стороны. – Внученька, найди цветочную дверь! Обязат… най…! И… – её голос теряется, а сон уже разваливается на лоскуты.
– Бабу…
– …шка, – произношу уже вслух, распахивая глаза. Я лежу в постели, одеяло сбито, в окно проникают лучи утреннего солнца.
В дверь стучатся.
– Адель, через час отправляемся! – говорит из коридора Клоинфарн. – Жду тебя во внутреннем дворе!
Глава 19
Я ощущаю себя как на иголках!
Мне, радостно, волнительно и немного страшно!
“Неужели сегодня я увижу родителей!” – думаю я, торопливо доедая завтрак в пустой столовой. – Ещё этот странный сон… Сон ли? Или бабушка передала мне послание? Что за цветочную дверь я должна отыскать? И зачем?”
Встав из-за стола, я выхожу на улицу и тут же щурюсь от яркого солнца. Туман колышется далеко за воротами, Тис тренирует пса у дальней пристройки. Клоинфарна нигде не видно… Наверное, он во внутреннем дворе – готовится к нашему “отлёту”.
Налетевший свежий ветер холодит щёки, треплет зелёную юбку платья. На лице расцветает улыбка.
Давно у меня не было настолько хорошего настроения!
Сегодня особенный день!
Перебежав лужайку, я ныряю под арку и сразу нахожу взглядом Клоинфарна, что-то колдующего возле тренировочной площадки.
Сегодня дракон одет как на парад. Его тёмно-серый камзол украшен брильянтовыми пуговицами и серебряными цепочками. Длинные волосы скручены и убраны в узел на затылке. “Ему идёт”, – невольно думаю я.
В таком образе мужчина похож на молодого самодовольного аристократа, перед которым должен упасть ниц весь мир! И только слишком тёмные глаза и заострённые уши выдают в нём принадлежность к другой расе.
Стоя на входе в тренировочный плац, Клоинфарн сосредоточенно водит рукой по воздуху. Одновременно с его движениями на песке появляются чёрные узоры – будто из-под земли просачивается мазут.
Я подхожу ближе, чтобы рассмотреть рисунок.
Это круг с витиеватыми письменами на незнакомом языке – внутри ещё три – каждый меньше предыдущего. Круги соединены случайными линиями – изогнутыми, прямыми, плавными и резкими – без какой-либо системы. И чем больше линий появляется, тем громче в воздухе потрескивает магия.
Клоинфарн бросает на меня взгляд и улыбается уголками губ, будто рад меня видеть. Или лишь от одного этого, моё сердце вздрагивает, а щёки опаляет смущением.
– Как себя чувствуешь? – спрашивает дракон, вновь возвращаясь к своему занятию.
– Нормально, – я взволнованно поправляю волосы и спешу перевести тему. – А что это? Пентаграмма? – киваю на рисунок.
– Не совсем. Это магическая формула, на неё будет легче наложить портал, чем рвать пространство грубой силой.
– Так тут нужна подготовка? Я думала, попасть в мой мир для тебя раз плюнуть!
– …тыщу лет назад так и было. Но сейчас реки времени слишком перепутались. Если помнишь, когда я приходил к тебе в детстве, это тоже было непросто. Тогда я сунулся без подготовки. Но сейчас другое дело. Планеты выстроились удачно для прорыва, и временные линии я совместил насколько мог. Гляди! – он нараспев произносит незнакомое заклинание, и рисунок на песке вспыхивает голубым огнём. Над пентаграммой возникает полупрозрачная картинка, напоминающая запутанный клубок.
– Ого! Это что?!
– Реки времени. Твоего мира и моего, – наклонив голову, Клоинфарн внимательно разглядывает их, будто видит в переливающихся линиях нечто, понятное ему одному.
– Больше похоже на клубок, чем на “реки”.
– Ага… – соглашается дракон. – Этот кавардак тянется с того момента, как я вляпался в ловушку и был заперт в алтаре твоей ненаглядной Аштарии. Я пробыл в заточении что-то под тысячу лет… но в Эльвитарионе прошла всего тысяча дней.