Ее горькие слова ударили его как пощечина.
– Неужели мысль о моем ребенке так ненавистна вам?
– Я сомневаюсь, что это ваш, – проговорила она горько. – Возможно, его отец Бхуди, мой второй хозяин.
Сколько раз этот ублюдок насиловал ее? Гэвин крепче обнял ее, желая одного успокоить.
– Но ведь он может оказаться и моим, правда?
– Я… наверное, да. – Она отбросила мокрую прядь со лба. – Хотя я и не уверена.
– Но это вполне возможно. Выходите за меня замуж, Алекс. Если вы вернетесь в Англию замужней дамой, ваша беременность не вызовет никаких вопросов.
– Но когда на свет появится маленький малаец, то все узнают и…
– Если это случится, что ж, ребенок в этом не виноват. – Его голос зазвучал тверже. – И если я стану вашим мужем, я вызову на дуэль любого, кто посмеет задать вам вопрос о его происхождении.
Огромная волна перекатилась через борт, окатив обоих. Когда она отступила, он произнес:
– Это не самое лучшее место для разговоров. Пойдемте вниз.
Он встал и помог ей подняться, и они медленно двинулись по узкому проходу. Одной рукой Гэвин держался за поручни, другой обнимал Алекс за талию. Перед его глазами все еще стояла ужасная картина – Алекс на носу корабля перегнулась через борт, и она готова… Он вздохнул с облегчением, когда они оказались внизу.
Кейти спала в каюте, а потому он провел Алекс к себе. Ее глаза потухли, зубы выбивали дробь, и тогда он зажег лампу и, сняв с нее мокрый плащ, закутал ее в теплый плед. Усадив ее на кровать, он достал из шкафчика бутылку бренди и налил им обоим. Прислонившись к двери, чтобы находиться как можно дальше от нее, он первым нарушил молчание:
– Итак, нам следует обсудить один вопрос – свадьбу.
Она выпила, закашлялась и выпила снова.
– Вы, как всегда, правы, мой храбрый рыцарь, и я ценю вашу готовность вновь пожертвовать собой. Но женитьба – это на всю жизнь, а значит, было бы чистым безумием связывать себя брачными узами из жалости ко мне.
Ее честность произвела на него впечатление.
– Жалость здесь ни при чем, Александра. Мы столько пережили вместе за такой короткий срок, и я преклоняюсь перед вашей силой и несгибаемой волей. Я люблю вас. Разве так уж трудно представить, что вы, я и Кейти – одна семья? – Он оглядел ее фигуру. – И это несчастное дитя – тоже.
Из глаз ее опять полились слезы.
– Вы искушаете меня, Гэвин. Я не знаю, смогу ли я снова быть… женой. Вы… вы понимаете, что я хочу сказать?
Он понимал, но даже это не изменило его решения. Пусть ребенок окажется не его, он все равно несет ответственность за Алекс.
И потом, она была нужна ему вся, не только ее тело. Он хотел быть рядом с этой несчастной, но не сломленной женщиной днем и ночью. Он хотел, чтобы они были вместе и в радости, и в страхах, и в веселье. В общем, он хотел, чтобы они были мужем и женой, пока смерть не разлучит их.
– После того, что вам пришлось пережить, неудивительно, что у вас нет никакого желания делить постель с мужчиной, – сказал он, тщательно подбирая слова. – Но… время лечит. Может быть, когда-нибудь вы будете думать по-другому. Я терпелив, Алекс. Я готов ждать сколько потребуется. Ее глаза распахнулись, в их синей глубине полыхнул огонь.
– Вы идете на большой риск, Гэвин. Возможно, вам придется ждать всю жизнь.
Неужели то острое, порочное наслаждение, которое он пережил с ней однажды, так и останется единственным актом физической близости, который им суждено узнать? Но он заставил себя смириться и с этим. Пусть это будет наказанием за его неблагородный поступок.
– Жизнь, семья, любовь – это всегда риск. Я готов рискнуть, Алекс.
Она упорно смотрела на стакан с бренди, который нервно вертела в руках.
– Если я выйду за вас, – проговорила она, пригубив напиток, – вы будете иметь полное право завести любовницу, только… я не хочу ничего знать об этом.
Он посмотрел на нее в упор.
– Нет, Александра, я не так представляю себе брак.
Ее брови удивленно взметнулись вверх. Их взгляды встретились.
– Это ведь не обычный брак. Если я… не смогу стать для вас настоящей женой, то какой же это брак? Я бы хотела, чтобы вы были честны со мной, как и я с вами. Мне даже подумать страшно, как вам придется страдать, если я не смогу стать настоящей женой.
– Но ведь любовница не обязательна, правда? – быстро спросил он, думая, что он слишком провинциален для подобных откровений. – Я сомневаюсь, что способен уложить это в своем сознании.
Она улыбнулась уголками губ.
– Не обязательна, но я не выйду за вас, пока вы не свыкнетесь с этой мыслью. Если вы захотите женщину, которая была бы для вас больше чем хозяйка и друг, это ваше право… И если такое произойдет, хочу, чтобы вы не считали, что совершили непростительный грех.
Разве это не грех – жениться на Алекс и спать с другой женщиной? Он рассматривал это как преступление против них обоих, не говоря уж о Боге. И он обнаружил, что в его сознании произошли некоторые изменения. Он может жить как монах сколько нужно, он уже жил так долгие годы. Но он сомневался, что сможет продолжать такую жизнь, женившись на красивой, желанной женщине, к которой не может прикоснуться.
Правда, почему-то он был уверен, что все будет не так. Алекс все это время демонстрировала удивительную жизнестойкость. Когда она окажется дома, в привычной обстановке, ее переживания по поводу ненавистной беременности потеряют свою остроту и душевные раны начнут заживать. Это произойдет не сразу, но когда они начнут испытывать друг к другу нежность и доверие, она захочет отблагодарить его, а уж он постарается доставить ей удовольствие. Если только она позволит ему разделить с ней супружеское ложе, пусть даже без особого желания, он сумеет сделать так, чтобы ее горькие воспоминания забылись навсегда. По своей натуре она страстная женщина, он не сомневался в этом. Время, понимание и забота сделают их брак счастливым.
– Хорошо, значит, вы разрешаете мне завести любовницу, но не хотите ничего знать об этом. У вас есть еще какие-то условия, которые нам следует обсудить?
Она пригладила влажные волосы.
– Где мы будем жить? В Англии? В Америке? В городе или в предместье?
– Мы поселимся в Англии, если вы хотите быть рядом со своей семьей. – Он помолчал, размышляя. – Но не исключено, что со временем нам придется вернуться в Америку. Если возникнет такая необходимость, что ж, мы обсудим это, как делают в таких случаях все супружеские пары.
– Если от меня отвернутся родные как от падшей женщины, я буду только рада уехать в Америку. – Она впервые робко улыбнулась. – Гэвин, вы никогда не видели меня такой, какой я была когда-то. С тех пор как мы встретились, я все время пребываю в отчаянии. Если моя жизнь вернется в нормальное русло, обещаю, я стану совсем другой.
– Я не уверен, что другая женщина будет нравиться мне больше, чем та, что сейчас пьет со мной бренди. Многие пары тол?. ,,m ,.ько к концу жизни узнают истинный характер своего партнера. На нашу долю уже выпало столько испытаний, Александра… Впрочем, я убежден, что это и к лучшему. И если в будущем вы будете счастливы, то и я буду счастлив тоже.
Ей опять захотелось плакать. В который раз за сегодняшний день?
– Вы такой… такой замечательный, Гэвин. За что мне это счастье? Что я сделала, чтобы заслужить вашу любовь?
– Так, значит, вы согласны?
– Я… пожалуй, да, если Кейти не станет возражать. Но я уверена, она будет рада. – Алекс робко улыбнулась. – Она обожает вас.
– Тогда мы поженимся. Спасибо, Александра. – Он взял ее руку и поднес к губам, размышляя о том, как много сюрпризов преподносит иногда жизнь. Все его планы найти в Лондоне невесту из аристократической среды рухнули в одночасье.
Что ж, возможно, это к лучшему. Хороший коммерсант должен уметь не теряться в любых обстоятельствах, а он был очень хорошим коммерсантом.
Пожалуй, он совершает самый рискованный шаг в своей жизни. И кто может сказать, к чему это приведет? Но все решено. Отныне и навсегда он и Алекс принадлежат друг другу.
Глава 15
Кейти недоуменно приподняла брови.
– Мама, почему ты дрожишь?
– Ничего удивительного, ведь я выхожу замуж, – ответила Алекс, пытаясь произнести эти слова непринужденным тоном. – Я дрожала и в тот раз, когда выходила за твоего папу.
Она отлично помнила свою первую свадьбу и сомнения, которые раздирали ее душу: с одной стороны, она была готова сбежать на край света от одной лишь мысли, что совершает самую большую ошибку в своей жизни, а с другой – она не могла больше жить рядом с матерью, совершенство которой подавляло и угнетало ее. Оглядываясь назад, она могла бы сказать, что тот первый брак оказался вполне приемлемым, но, увы, не был счастливым. Сегодня она спрашивала себя, не совершает ли еще одну ошибку? Ее жизнь круто изменилась, когда пираты напали на «Амстел», и предстоящая свадьба с Гэвином была следствием плена, в который она попала. Живи она в Лондоне они с Гэвином скорее всего никогда бы не встретились.
И еще – он был прав, что они успели узнать друг друга так, как не дано многим супружеским парам, до свадьбы. У нее не было сомнений в его надежности, он, безусловно, будет добрым мужем и любящим отцом для Кейти и ребенка, которому предстоит родиться. Кейти немного удивилась сначала, но тут же решила, что капитан Эллиот станет ей очень хорошим отчимом.
Но несмотря на все добродетели Гэвина, Алекс не строила иллюзий – она согласилась выйти за него из-за страха и неуверенности в завтрашнем дне. Она не раз представляла себе, как вернется домой, и хотела, чтобы рядом с ней был сильный мужчина, который понравится ее родителям. У Гэвина и полковника есть что-то общее. Можно даже сказать, что они во многом похожи. Правда, Гэвин более свободен и раскован, но оба они добры и заслуживают доверия.
Дверь открылась, и Джейн Уокер, главная помощница на свадьбе, впорхнула в комнату. После того как Алекс согласилась принять предложение Гэвина, «Хелена» изменила курс и направилась на Цейлон. Гэвин снял комнаты для Алекс и Кейти в доме матери Джейн, вдовы английского военного, решившей осесть на Востоке. У восемнадцатилетней Джейн было романтическое сердце, и она с радостью предложила свои услуги, узнав намечавшейся свадьбе.