на мысли, что у меня к нему определенно есть какие-то чувства. Но пока понять их природу была не в состоянии.
— Люблю тебя. С ума схожу, — прошептал мужчина и вошел. Я же с радостью приняла его, только прижимаясь крепче и выгибаясь на встречу.
Прошло совсем немного времени, а он снова поцеловал. Как-то слишком отчаянно, словно прощался. Не словно, он прощался. Поняла это уже в следующую минуту.
Антон поднялся с больничной койки и начал одеваться. Я все еще находилась в постели, пытаясь собраться с мыслями:
— Мы домой?
— Я. Ты пока поживешь в моей городской квартире. Она большая и очень удобная. Твои вещи уже перевезли.
— Но?..
— Никаких «Но», Ада. То, что сейчас произошло, было ошибкой. Ничего не изменилось, милая, — мужчина положил конверт на тумбочку и вышел за дверь. А я разревелась, как делала все эти дни. Разревелась скорее просто так. По привычке. За что он так со мной? Зачем приходил?
Пришла в себя в больнице и сразу попыталась сесть. Очень болела поясница и неприятно тянуло в животе. Понять не могла, что со мной. Ведь последним, что я помнила, был Алексей номер два.
Вечером того же дня, как меня выписали из больницы, я сидела в интернете на сайтах по поиску работы. Думала о том, кем могу устроиться. Потому что ехать ни в какой Израиль не собиралась. Если Антон меня бросил, значит, жить на его содержании и зависеть от его милостей я больше не могла.
Хорошо, что квартира действительно оказалась огромной. Константин, который полчаса назад сменил Алексея номер один, был в соседней спальне и не мешал мне. Не раздражал своим присутствием. Подумала о том, что более чем ненавязчивым поведением «ночного» телохранителя обязана супругу.
Я уже поужинала, а теперь пыталась создать хоть какое-то резюме. Получалось скверно. Я ничего не умела. Вернее, знала и чего-то умела, но продемонстрировать навыки потенциальному работодателю не смогла бы.
Неожиданно раздался звонок в дверь. Я не ждала гостей. Поднялась, отправилась в прихожую и застала премилую картинку. Охранник уже успел открыть дверь и стоял… растерянный и с низко опущенной головой.
— Я сказал: «Выйди!»
— Не велено, — пролепетал мужчина, словно второклашка, которая принесла домой первую двойку и теперь оправдывающаяся перед родителями, что не выучила таблицу умножения.
— ВЫЙДИ, — рявкнул старший Волжанов.
— Да, альфа.
Стояла ошарашенная.
Когда за Константином закрылась дверь, брат супруга приблизился ко мне и окинул не хорошим взглядом:
— Значит, ты решила так? — не поняла, о чем он. — Прости меня, девочка. Я ничего не имею против тебя, но брат для меня дороже.
Он что-то сделал. Это последнее, что я помнила.
— Мне жаль, — услышала родной голос. — Правда, жаль. Я не знал.
— Жаль? — я не понимала происходящего.
— Жаль, — подтвердил супруг и приблизился. Настолько паршиво люди выглядеть просто не могут. Я даже подумала на мгновение, что он сошел со смертного одра.
— Что я здесь делаю? — имела в виду больничную палату. Ту же самую, кажется, из которой меня выписали только утром. — Что случилось? — Антон отвел глаза. Странно было видеть самоуверенного мужчину настолько потерянным. Кажется, он не знал, что предпринять… вернее, куда деть себя.
— Тебе сделали аборт, — прозвучало, как приговор. Я заорала. Свет для меня померк.
Пришла в себя достаточно быстро. Лежала на чем-то жестком и очень горячем. Мужчина. Мой. Или уже не мой. Это как посмотреть.
— Зачем? — голос был сиплым. Похоже, сорвала.
— Ада, сокровище мое, — вымученно прошептал мужчина. — Я не знал.
Помолчали.
— Мне уйти?
— Нет. Воды принеси, — Антон аккуратно перекатился и поднялся. Через несколько секунд моя рука неуверенно сжимала стакан с водой.
Супруга видеть не хотелось. Но еще меньше хотелось оставаться одной. Наедине со своими мыслями и ощущениями. Ни на секунду не поверила, что он не знал. Это было ужасно. Ужасно и противно. Это чувство пустоты внутри. Я успела привязаться и полюбить малыша. До сих пор поверить не могла, что из-за чьей-то прихоти его не стало. Так быть не должно.
— Попроси, чтобы мне вкололи снотворное, — понимала, что, если сейчас не засну, просто сойду с ума. Вернее, мысли о том, что произошло, просто доконают мою надломленную психику. Слишком много всего навалилось на меня за последние дни.
Антон беспрекословно сделал то, что просила. Уже через некоторое время, уплывая в сон, услышала:
— Зачем?
— Твой брат прав. Так нельзя, Антон. Ты просто себя не видел…
Проснулась я также в объятиях супруга. Была относительно спокойна. Решение пришло само собой.
— Привет! — я потянулась и попыталась сесть. Удержал.
— Доброе утро! С тобой все хорошо?
— Естественно, нет. Когда меня выпишут? — поинтересовалась тихо. Голос был все еще глухой. Вероятно, действительно сорвала.
— Могу забрать тебя домой прямо сейчас, если хочешь, — он вымученно улыбнулся, а я поморщилась.
— Домой? Куда домой?
— К нам домой.
— Нет. Надеюсь, ты понимаешь, что нас больше не существует? — холодно поинтересовалась у него. Не знаю, что со мной было не так. Но за прошедшую ночь что-то кардинально изменилось. Словно я заледенела изнутри. Мне было все равно, что будет дальше делать лежащий рядом мужчина. Мне было все равно, что будет со мной. Мне даже было все равно, что со мной сделали. Жить не хотелось. Но умирать я тоже не собиралась.
— Ада?! — столько возмущения прозвучало в голосе, что мне захотелось рассмеяться.
— Мы расходимся, если ты еще не понял.
— Я понимаю, что тебе необходимо время…
— Нет, — перебила его. — Мне необходимо, чтобы ты и твой чокнутый братишка держались от меня подальше.
— Я клянусь тебе, любимая, что он близко…
— Нет. Меня не интересуют твои клятвы. Ты меня больше не интересуешь, — в тот момент искренне верила в то, что говорила.
— Хорошо, — и это все? Он так быстро согласился? — Алексей ждет за дверью. Он отвезет тебя в питерскую квартиру.
— Я хочу в свою квартиру.
— Ада, хотя бы в этом не спорь, — спорить не стала, но собиралась сделать по-своему…
Глава 7
Прошло два месяца…
Тот первый день наедине с собой не забуду никогда. Да, я согласилась поехать в городскую квартиру Волжанова, согласилась по-прежнему терпеть рядом охрану. Я пока не придумала, как от них избавиться. Но была полна решимости изменить свою жизнь и больше не быть послушной куклой. Куклой, которой вертят, как заблагорассудится ее новому хозяину. Сначала Семен решал, как мне жить. Потом его место занял Антон. А затем настала очередь Алексея номер два…
Алексей. Он испоганил то единственное, чем я дорожила и ценила больше собственной жизни. Я убедила себя в том, что ничего не чувствую. Ни к кому. Правда, было исключение. Его я ненавидела. Я бы его убила, не задумываясь, если бы появилась такая возможность.
Эта сволочь додумалась прислать мне букет с извинительной запиской, которая заканчивалась лаконичным:
«…Когда-нибудь ты поймешь и скажешь: «Спасибо».
Я не выдержала и психанула. Запустила букетом в стену.
— Сволочь! — прошипела я. — Какая же он сволочь!
— Адель?! Что-то случилось? — в спальне моментально появился Алексей. Боги, как меня в тот момент бесило все окружение Волжанова. Запустила в телохранителя тапком. Увернулся. Понимала, что он не виноват. Просто делает свою работу. Но все равно, бесил. Мне хотелось хоть кому-то набить морду, хоть на ком-то выместить злость. Алексею не повезло. Именно он оказался рядом. Подлетела и начала молотить кулачками в грудь.
— Скотина! Сволочь! Подонок!..
Такое ощущение, что билась об стену. Было очень больно. Но я почти не замечала физической боли, душевная перекрывала все.
— Тихо, девочка, тихо, — мужчина крепко прижал меня к себе и обнял.
Не знаю, сколько мы так простояли. Но я более-менее успокоилась. Правда, весь вечер и всю ночь это не помешало мне прорыдать в подушку. Константин в отличии от Алексея сострадания ко мне не проявил. Я ему была даже за это признательна. Это был последний раз, когда я плакала по не рожденному ребенку.
На следующее утро я проснулась полная решимости изменить свою жизнь. У меня было достаточно денег, оставшихся от несостоявшейся поездки в Израиль. Антону я их возвращать не собиралась. За завтраком сообщила только что сменившему Константина Алексею, что мне нужно к адвокату. Он удивился, но отвез меня в адвокатскую контору, где я договорилась с милым молодым человеком о том, что он займется моим разводом. Моя уверенность в собственных действиях длилась ровно до того момента, пока мне не позвонил скотина Алексей номер два:
— Ты какого *** вытворяешь?
Слушать не стала, сразу отключилась. А немного подумав, отключила сам аппарат. Волжанов старший не растерялся, позвонил моему охраннику. Они о чем-то долго беседовали, но в итоге мужчина с виноватым видом подошел и протянул мобильный телефон. Взяла. Не глядя нажала отбой. И тут же стала рыться в Контактах:
— Адель, вы что-то ищете? — понимающе спросил телохранитель.
— Мужа, — буркнула в ответ. Волжанов был один. Тот, с которым разговаривать не хотелось.
— Попробуйте Альфа, — указал Алексей.
— Альфа? — удивилась я. Уже не первый раз супруга называли подобным образом. Но сейчас мне было наплевать. Я не хотела знать подробности. Хотела, чтобы просто оба Волжанова убрались из моей жизни. Насовсем.
— Что-то случилось? — услышала уставший голос. В сердце неприятно кольнуло. Но я одернула себя, напоминая, что этот мужчина тоже виноват в том, что я не буду матерью.
— Да.
— Ада?! — столько в голосе всего было намешано: замешательство, волнение, неверие и счастье?
— Я. Послушай, Антон, сделай уже что-нибудь, пока твой брат не довел меня до самоубийства, — знала, что это запрещенный прием. Но мне было наплевать. Как они со мной, так и я. С какой стати, я должна думать о его чувствах, когда никто не подумал о моих? Сказала и отключилась. Была уверена, что о букете ему уже доложили.