– А-а-а… э-э-э… как и обещала – сразу, как только мы вернемся.
– Ловлю на слове. Если этот хмарный эльф еще раз к тебе прикоснется, я не сдержусь и в красках объясню ему, чьей невестой ты являешься на самом деле.
Я густо покраснела и вновь разгладила несуществующие складки на платье.
– И да, давно хотел узнать, какой это демоненок-смертник вознамерился отобрать тебя у меня?
– Вы о чем, сударь? – попыталась вывернуться я.
– Ма-шерра, не думай, что я круглый дурак! Ко всему прочему, у меня отличный слух, а о тебе и о твоем демоне шепталась вся академия! Ты хоть понимаешь, что я чуть было не откинулся прямо во время этого боя на Арене, пока ты наслаждалась ласками своего демона?
– А он не знал! Но когда понял, что именно вы являетесь моим нареченным, то сразу сбежал! – бодро поведала я.
– Угу! Ну а что было бы, если бы ты тогда не поставила на меня золотой?
– А-а-а…
– Я, знаешь ли, твой голосок где угодно услышу, а кричала ты очень громко, ругая меня на все лады.
Стыдливо опустила глаза, а он настаивал на своем:
– Не молчи, ма-шерра. За этим демоненком долг. А долг, как известно, платежом красен.
– Я вам не скажу, кто он! – упрямо заявила я.
– Хорошо-о-о, – зло протянул Шайнер. – В таком случае я называю имя, а ты киваешь, если это он. Итак, вспомним всех дуайгаров, кто был на тех боях…
– Не скажу-у! – взвыла я, закрыла уши ладонями и кинулась к обрыву.
Успела спрыгнуть, но приземлилась четко на спину своего дракона. Мы полетели! И какой это был полет! Головокружительный, потрясающий, огненный, завораживающий, колдовской! Мой зверь изрыгал огонь, а я распахнула объятия навстречу ветру, потому что упасть со своего дракона уже не боялась. Напоследок он напомнил:
– Не забудь! Я жду тебя! И ты ср-р-разу обо вс-сем поведаеш-шь этому хмар-р-рному эльфу!
Глава 4
Утро встретило меня яркими солнечными лучами, пробивающимися сквозь раскидистую крону дерева и скользящими по моему лицу. Я окончательно проснулась и удивленно огляделась. Мой наряд, к моему безграничному изумлению, находился в прекрасном состоянии, словно я и не спала в нем всю ночь. Полевые колокольчики в волосах мелодично позвякивали. Я прислушалась к внутренним ощущениям – тело было отдохнувшим и полным свежих сил.
Солнечный лучик соскочил с подушки и отпрыгнул к двери, будто приглашал пойти следом за ним. Послушно вышла из спальни, поднялась по резной лесенке и очутилась в трапезной, залитой ярким светом. При моем появлении на столе появились блюда с фруктами, ягодами и сдобными булками. В глиняном чайнике дымился травяной взвар. Я наскоро перекусила и выглянула в окно. На крыльце нетерпеливо подпрыгивал солнечный лучик, – тот, который разбудил меня.
Распахнув дверь, я восхищенно ахнула, потому что стояла на верхушке высокого дерева, а передо мной, как на ладони, расстилалась страна фей. Невдалеке блестела голубая озерная гладь, а на ней плавали большие белые кувшинки с круглыми зелеными листьями. Причем на таком листе свободно могла бы разместиться не только я, но и все кузины разом.
Лучик нетерпеливо сверкнул перед моими глазами, а затем поманил вниз. На стволе, словно широкие ступени, росли гигантские древесные грибы. Я осторожно спустилась по этой необычной лестнице и ступила на твердую землю. Надо мной шумели верхушки зеленой травы и полевых цветов, над которыми порхали огромные бабочки и пузатые шмели размером с медведя.
Я поторопилась догнать солнечный лучик по узкой тропке, петляющей среди высоких трав.
Вскоре вышла на небольшой песчаный пляж, окруженный луговой муравой. Здесь меня ожидала королева фей.
– Солнечного утра, сударыня, – приветствовала я ее.
– Светлого утра, Нилия! Как тебе вчерашний праздник?
– По-моему, он удался, – вежливо ответила я и невольно покраснела, припомнив поцелуй фея.
Иллариэль улыбнулась.
– Вижу, тебя смутил мой сын? Ты не обижайся на него, мы, феи, любим завлекать людей в свои сети. Да и дракону своему передай, чтобы не ревновал тебя зря.
– А-а-а… – Вот и все, что смогла произнести я.
– Мне многое известно, Нилия, а твой нареченный – мой давний знакомый, и вчера мы о многом поговорили. Так что мне пришлось разрешить ему пообщаться с тобой во сне, иначе Арриен грозился сжечь мой лес.
– Ой! Извините!
– Ничего страшного. Все драконы такие, а твой в особенности – пламя, страсть, безудержная стихия. Не обожгись, девочка!
– Я постараюсь…
– Теперь поговорим о деле. Ты за венцом пришла в мою страну?
– Да, вместе с сестрами, – откликнулась я. – Кстати, где они?
– У твоих кузин другая цель посещения моей страны, а про венец мы с тобой вдвоем поговорим.
– Я не хочу, чтобы у меня были секреты от сестер, – твердо проговорила я.
– Нилия, иногда мы делаем вовсе не то, что хотим, а то, что жизненно необходимо сделать, – вздохнула Иллариэль. – Именно тебя избрал эльф, а значит, обманывать всех предстоит именно тебе.
– Обманывать? – Я с недоумением посмотрела на нее.
Королева фей хлопнула в ладоши, и перед ней в воздухе показались две резные шкатулки, совсем простые, но совершенно одинаковые. Крышки у обоих ларцов сами собой открылись, и моему взору предстали два одинаковых венца, лежащих на двух бархатных подушках с пушистыми кистями. Оба венца были выполнены из светлого золота, украшены алмазами и мелким речным жемчугом, а также вязью эльфийских рун. Они сверкали и переливались в солнечных лучах. Перевела взор на Иллариэль – она с интересом наблюдала за мной, поэтому я сразу поняла, что здесь скрывается какой-то подвох. С помощью второго зрения оглядела оба венца, заметив, что от одного из них исходит кроваво-красное свечение.
– Тот, что справа, это венец Мирисиниэль, а слева – всего лишь простое украшение, – объявила я.
– Да, это так, – улыбнулась королева фей. – Примерь его.
С благоговейным восторгом я подошла и достала свадебный венец из шкатулки. Немного помедлив, надела его на голову и сразу вскрикнула от острой боли, пронзившей мое тело. Пара ирн, и боль ушла, как будто ее и не было вовсе; а затем я поняла, что во мне что-то изменилось. Медленно повернула голову и увидела за своей спиной два золотых крыла, похожих на те, что есть у бабочек.
Предсказание пифии сбылось! Я взмахнула новообретенными крыльями. Резко взлетела к самому небу и перевернулась вверх ногами. Отчаянно замахала крыльями, приняла нормальное положение. Зигзагами стала метаться в прозрачном воздухе, пока не плюхнулась на цветок. Как же, оказывается, тяжело летать!
Пыльца полевой гвоздики попала мне в нос, и я чихнула, а затем услышала мелодичный мужской смех, словно ручей рядом зажурчал. Насупилась и посмотрела в ту сторону, откуда доносился смех. На соседнем цветке стоял принц фей, одетый в тонкую шелковую рубашку и короткие узкие брюки.
– Сударь, нехорошо смеяться над неудачами девицы!
– Прости великодушно, – отсмеявшись, попросил он. – Но я уже забыл, как молодые феечки учатся летать. Хочешь, научу?
Я недоверчиво покосилась на протянутую руку, на что фей произнес:
– Мое имя Орлей, а тебя, я знаю, Нилией называют. Не бойся, я действительно хочу научить тебя летать.
– Ну ладно, – решилась я. – Только не вздумайте снова целовать меня. Мой нареченный давеча был очень зол и грозился вам голову откусить.
Орлей на это заявление лишь посмеялся, но ничего больше не добавил, а просто поманил меня за собой. Я приняла его руку, и мы взлетели.
– Плавнее маши крыльями и следи за воздушными потоками. Все просто, почувствуй себя невесомой!
Это как, интересно! – соображала я, проваливаясь в очередную воздушную яму.
Принц оказался терпеливым учителем. Совместными усилиями у нас получилось заставить мои крылья слушаться меня. Мы с Орлеем, взявшись за руки, поднялись в вышину. Я радовалась и замирала от восторга. Фей, глядя на меня, загадочно улыбался. Меня увлекал этот восхитительный полет, я отпустила руку Орлея и закружилась в солнечном воздухе. Это было просто невероятное чувство! До этого я летала лишь на драконе, да и то только во сне. А здесь все было наяву, и у меня за спиной развевались чудесные золотые крылья!
Когда мы с Орлеем вернулись на пляж, Иллариэль все еще была там. Кивком головы отпустив своего сына, она поглядела на меня. Прежде чем уйти, принц фей поцеловал мне руку и подарил солнечную улыбку.
– Спасибо вам, сударыня, это был чудесный опыт! – поблагодарила я королеву.
– Рада, что тебе понравилось. Но ты знаешь, кто сделал этот венец?
– Нет. Откуда? – озадачилась я.
– Миринор мир Корфус.
– Кто? – Я широко распахнула глаза.
– Именно! Этот венец создал эльф-некромант!
Я немедленно сорвала венец со своей головы. Иллариэль улыбнулась:
– Я в тебе не сомневалась. И Мирисиниэль, и Товилия поступили точно так же, как и ты.
Я сумрачно глядела на венец, затем хмыкнула:
– Кажется, я начинаю догадываться, почему сбежала Мири и почему наша бабушка спрятала венец у вас.
– Ты еще не все знаешь, дитя. Обе твои родственницы знали дословно предсказание о великом могуществе эльфов.
– Пророчество?
– Да. Догадываешься, кого эльфы хотят возродить с помощью этого венца?
– Миринора мир Корфуса? – со страхом предположила я.
– Его самого. Душа эльфа-убийцы ждет своего воскрешения!
– Так вот кто станет пресловутым спасителем эльфов, – прозрела я окончательно.
– Да. К сожалению, эльфы хотят единолично править Омуром, а поможет им завоевать наш мир именно Миринор мир Корфус.
– Но этого нельзя допустить!
– И это правильно.
– Но как это сделать? Может, лучше сразу уничтожить этот венец?
– Это не выход, дитя, ведь тогда душа эльфа-некроманта вырвется на свободу, – с печалью в голосе поведала Иллариэль.
– Но что в таком случае мы можем сделать? – встревожилась я.
– Мирисиниэль сбежала и зачаровала венец так, чтобы никто, кроме ее прямых потомков, не смог дотронуться до него. Товилия придумала легенду о Мелине ир Форено, а венец спрятала у нас, наказав прийти сюда своим внучкам. Что придумаешь ты?