Время текло безумно медленно. Я видела изумлённые глаза Ника, видела вспышки пыли от срикошетивших пуль. Видела, как выглянул на миг Андрей – видимо, отдать какой-то приказ – и сразу же скрылся за очередной коробкой, схватившись за плечо. Я коротко приказала Нику прятаться, проводила его на несколько шагов назад и дождалась, когда он выскользнет за дверь. Услышала писк талисмана – с моего счёта списалось уже третья минута – и укрылась за очередной коробкой.
Пули засвистели совсем близко, слышался перестук в ящиках за моей спиной. Я пыталась сосредоточиться и понять, как работает эта сила. Даёт оружие, это ясно. Но могли существовать такое оружие, чтобы обезвредить всех этих ребят, не причиняя им вреда?
Перестук пуль ослаб, очереди звучали реже. Слышались короткие отрывистые команды. Я глубоко вздохнула, выдохнула… и внезапно обнаружила у себя в руках баллончик без маркировки и маску для лица. С таймера списалось шесть минут, и талисман не просто пищал – разрывался от писка.
Я глубоко вздохнула, выдохнула, натянула маску… и понеслась вперёд.
Четыре минуты спустя на складе воцарилась тишина. В дверь осторожно заглянул Ник. Я помахала ему и жестом попросила открыть дверь пошире – не знаю, что там за чертовщина была в баллончике, но здоровые мужики засыпали за считанные секунды, и я боялась, что это случится и со мной.
– Крис, я… – неуверенно заговорил было Ник, но я махнула рукой.
– Забей.
– Но…
– Забей.
– Крис, я не могу на это забить, – чуть твёрже сказал Ник. – У тебя талисман разрядился, а тут через несколько минут будет толпа полицейских. Шла бы ты…
Я смутилась.
– Да… пойду. – Помолчала немного, невольно заулыбалась, и увидела, как Ник улыбается в ответ. – Давай встретимся завтра… ну… в общем, завтра.
– Да, – кивнул он. – Я позвоню.
Я тихонько выскользнула за дверь и оглянулась по сторонам – искала здание этажей в десять высотой. Нужно было зарядить талисман – ну а мало ли? – и что-то мне подсказывало, что на этот раз всё точно получится.
Мальчики смотрели на меня глазами, полными обожания, Серёжка посмеивался, а я ещё никогда не ощущала себя такой дурой. Ну не могла же я ему объяснить, что ещё вчера без проблем стреляла из лука, а сейчас почему-то даже не могу тетиву до конца натянуть?
– Не бойся, мы никому не расскажем, – сказал Серёжа.
Я снова попыталась натянуть тетиву – бесполезно. Она была безумно тугая, и мне казалось, что проще порвать самую толстую струну на бас-гитаре, чем справиться с этим.
– О чём? – машинально спросила я.
– Что ты ела мало каши! – торжественно объявил старший сын, Паша. С его писклявым голосом вчерашнего первоклассника это прозвучало особенно… особенно. А потом Ник удивляется, откуда я беру эти бесконечные подколы…
Я отложила многострадальный лук на прилавок и собралась уже ответить им в их духе, но тут зазвонил телефон. Номер в книжке записан не был, но я и без того знала, кто это.
– Кажется, мой редактор, – я вымученно улыбнулась. – Вы меня отпустите?
Серёжка демонстративно вздохнул и закатил глаза.
– И почему я не выбрал нормальную женщину?
– Потому что с нормальной не получится разрываться между психушкой и постелью, – хихикнула я и поцеловала его в щёку. – Буду через пару часов… если повезёт. Если не повезёт…
– Да-да, ждём дома, вечером, – отмахнулся он и взял за руки сыновей.
Я в последний раз оглянулась на прилавок, где лежал лук, с которым я так и не смогла справиться, затем на игрушку, которую так хотел младший сын, Тимофей, и которую мы так и не смогли выиграть. Ладно, справятся без меня, у меня есть другое дело.
– Пап, а что такое психушка? – послышался позади голос Тима.
Я хихикнула и поторопилась прочь оттуда.
Уже не помню, когда мы в последний раз выбирались всей семьёй вот так, на прогулку, не говорю уже о том, чтобы добраться до парка развлечений, пусть он и находится в паре кварталов от нашего дома. На мгновение стало даже жалко уходить. Я сжала в кармане талисман, напоминая себе, зачем это, и поторопилась к своему дому.
Так непривычно было возвращаться сюда спустя полтора месяца, проведённые в бабушкиной квартире. Тут всё было иначе – и стены подъезда выкрашены синей краской, а не зелёной, и лестничные пролёты шире, и лифт больше. В сердце защемило сладкое чувство – уже скоро мы вернёмся домой. Совсем скоро.
Я прошла привычным маршрутом на верхний этаж, нашла под ковриком ключ, открывающий чердак. Поднялась на крышу. Никого. Ветер дует, небо хмурится – всё, как я люблю, даже прохладно немного. Ладно, мы оба знаем нашу тягу к пафосным появлениям, надо её поддерживать.
Я шагнула к краю крыши, убедилась в том, что выбрала удачное место, затем развернулась спиной и закрыла глаза. Достала из кармана талисман, сжала в руках… и шагнула вниз.
Восхитительное чувство полёта мгновенно сменилось толчком и плавным спуском. Ещё несколько секунд, и мы уже стояли на земле.
– Почему ты не активировала талисман? – послышался голос Ника.
Я открыла глаза, улыбнулась. Показала ему талисман.
– Потому что так я получила гораздо больше времени.
Таймер показывал три часа сорок минут. Ник присвистнул. Я не могла не заметить, что он как будто повзрослел со вчерашнего дня, хотя, может быть, у него немного изменился костюм. Кажется, я раньше не видела эти чёрные вставки на рукавах…
– А как же я?
– А ты разве не зарядил? – спросила я, улыбаясь ещё шире. – Помнится мне, вчера у тебя тоже было по нулям.
Ник выждал пару мгновений, замет усмехнулся и показал свой талисман. Час сорок. Неплохо.
– Пафосный придурок, – фыркнула я.
– Я учился у лучших, – Ник шутливо поклонился.
Я смотрела, как он улыбается, и мне вдруг стало неловко. В конце концов, помимо всего прочего, вчера я узнала кое-что, о чём могла бы и сама догадаться.
Я перестала улыбаться и попыталась найти в себе силы сказать правильные слова.
– Ник, я…
Он подался вперёд и обнял меня. Это было так неожиданно, что даже те слова, которые успела подобрать, мгновенно испарились. Я обняла его в ответ, и это было так правильно, так тепло, как бывает летом. Или дома, в безопасности и тишине.
– Всё в порядке, – тихо сказал Ник. – Я ничего от тебя не жду.
– Но…
Он отстранился, посмотрел мне в глаза.
– Крис, ты никогда не думала о том, что люди могут просто любить, не требуя ничего взамен? – спросил он.
Я покачала головой.
– Ладно, давай поставим вопрос так, – Ник притворно вздохнул. – Ты настолько без ума от своего мужа, что отказала такому, как Андрей. У студента, как я, просто не будет шансов…
– Дурак, – я в шутку толкнула его в плечо.
– И не лечусь, – кивнул он.
Мы долго сидели на лавочке и говорили, говорили, говорили… Ник рассказывал, чем всё закончилось вчера. Он вызвал полицию, дождался их приезда и рассказал всё, как было. Ну или почти… Я же рассказала о том, что успела узнать об их банде. О том, что мои знакомые – ну, знакомые Златоглазки – сделают всё, чтобы продержать Андрея взаперти как можно дольше, но он, вероятнее всего, найдёт способ освободиться. И что самый опасный человек в его банде – его брат, Дмитрий Соколовский – всё ещё на свободе.
Это был настолько чудесный день, что я не замечала, как летит время, и очнулась уже много позже, в бабушкиной квартире, за своим компьютером. Как и всегда, открытый файл с рукописью книги, которую я так и не сдала в издательство. И, наверное, уже не сдам. Я несколько долгих минут перечитывала первые строки, затем последние, сравнивала… а затем в три нажатия клавиш удалила всё. В топку романтическое фэнтези, будем писать стёб и юмор. Может быть, даже про супергероев.
Ну и сделаем кое-что, что давно пора было сделать.
Серёжка с сыновьями вернулся домой через полчаса после меня. Я уже смотрела новости по телевизору, попутно набрасывая план будущей книги. Издатель, конечно, был не в восторге от моей идеи, но решил рискнуть – в конце концов, две мои последние книги ушли на допечатку, и это сочли хорошим знаком.
– Как успехи? – спросил Серёжка.
Я натянуто улыбнулась.
– Давай об этом потом. Знаешь, есть кое-что, о чём я тебе долго не говорила, и…
Серёжа слушал внимательно, а я всё пыталась открыть рот и заговорить. За его спиной всё ещё работал телевизор, и я могла видеть выпуск новостей, в котором рассказывалось об освобождении Андрея Воробьёва за недостаточностью улик или что-то там ещё. Интересно, смотрит ли Ник этот выпуск? Думает ли о том же, о чём и я?
Похоже, веселье только начинается.
Соловьиная трель
Итак, вне всяких сомнений, я – настоящая трусиха. Иначе и быть не может. Другого объяснения тому, почему в разговоре с мужем я промолчала о своей второй жизни, не существует. И я могу сколько угодно ещё думать об этом и искать причины, но это не решит мою главную проблему – Воробей-Андрей знает, кто я, знает, кто такой Ник, и мы знаем, кто он. Все друг друга знают, какая прелесть. Клуб анонимных супергероев с диагнозом «клинический идиотизм»…
Да, я нервничала. Но на этот раз не из-за супергеройской жизни… ну, почти. Ник решил, что мы мало знаем друг о друге, и нам стоит познакомиться поближе. Например, побольше узнать об увлечениях друг друга. Наверное, диагноз у меня всё-таки есть, раз я согласилась, ещё не зная, чем он там увлекается… и он, благополучно воспользовавшись моим согласием, притащил меня в свой танцевальный клуб.
Танцы! Нет, пожалуйста, только не это!
– Кто меня убеждал в том, что супергерои должны быть героями в обычной жизни? – смеялся Ник. – Ну вот, учитель! Покажи мне хороший пример!
– Помни, что это взаимно, – сквозь зубы отвечала я. – Ты ещё не знаешь, куда я тебя поведу…
Это было небольшое помещение, похожее на спортивный зал, только с огромными зеркалами во всю правую стену. Левую украшали всевозможные сертификаты, благодарственные письма и прочие обязательные атрибуты любых учебных заведений, и оставалось только удивляться, как маленький клуб в маленьком городе заслужил всё это.