Прошло каких-то тридцать секунд и раздался звук канонады – батарея на целых сорок стволов, выстрелила прямо туда, откуда стреляли немцы. Ошибки в вычислениях – основная причина промахов – гаубицы были не то что точными – снайперскими. Это восхищало артиллеристов – и в отдельных случаях стрельбы по точным целям, находящимся в прямой радиолокационной видимости РЛС наземной разведки, гаубица «Мста» могла уложить на дистанции в десять километров снаряд в одиночно стоящего человека.
Сыграло в этом роль так же и то, что техника была достаточно совершенной – система командования артдивизионом «Таврида» имела станцию наведения. На кораблях похожий принцип залповой стрельбы и единого управления с помощью ПУАО, использовался с первой мировой – так что ни для кого это не было шоком, единственное, что компьютеры автоматически собирал данные о направлении и силе ветра, температуре, влажности, и выдавал данные для наведения гаубицы – поправочные коэффициенты с высокой точностью высчитали офицеры. Дураками они не были, и прекрасно владели артиллерийской наукой, к тому же в новых гаубицах новым была только дальность – пока что стрелять на такие дистанции им не приходилось. Во всём остальном… конструкция была хорошо продумана, хорошо сделана, явно без следа какой-либо экономии или упрощения.
Немцы уже много раз прощупывали оборону – подведут орудие, пальнут, и в рассыпную – град снарядов, обршивающийся на их позиции, иногда успевал застигнуть враг, но чаще им удавалось уходить. Позиции они разведали давным-давно, вот только ни разу им не удавалось ударить по врагу.
Крым был костью в горле вермахта, поскольку наступать дальше, оставляя в Крыму огромную базу врага, было нельзя. Штурм полуострова надвигался, полномасштабный штурм, и в этот раз донесения из ставки были всё мрачнее и мрачнее.
– Ну что там, – командующий военным округом взял у шифровальщика листок бумаги и вчитался в текст, потом сложил бумагу вчетверо и сунул в карман, вид его был раздражённым.
Москва
Блеск золота вновь начал туманить разум простых обывателей… Вообще, все иностранные послы, следящие за деятельностью руководства страны советов, охреневали практически не переставая. Охреневали настолько, что у них создалось впечатление, что их дурят – советы разрешили коммерцию! Хоть и защитили свои рынки от захвата извне, и оставили за собой право владения землёй, всё равно – они публично отказались от части своей конституции и идеологии – от отмены частной собственности! Это уже было бредом. Ещё большим бредом стало то, что ввели золотое и серебряное обращение. В то время, как в США изымали у населения золото, чтобы не допустить повторения великой депрессии, советы выбросили на рынок тысячи тонн золота – по самым скромным прикидкам – две тысячи тонн золота и вдесятеро больше – серебра. И это уже заставляло считать это бредом. Золотые монеты свободно продавали за рубли в сберкассах, и население естественно, пользовалось этим. Политическая нестабильность государства, смена денег, изъятия, всё прочее – это касалось банкнот, но золото – самая надёжная валюта.
Многие, у кого были накопления, обменяли их на более привычную золотую валюту, хотя покупка золотых рублей в больших масштабах была затруднена. Преступники пользовались простейшей схемой с подставными лицами, и через них скупали твёрдую валюту.
Но главное, к чему пришли экономисты и послы, это то, что рубль стал конвертируемой валютой. Более того, конвертировать рубль предлагалось только через покупку золота – но можно было. Купить золото мог каждый, и советы этим пользовались – напрямую установив обмен рублей на доллары через золото. Естественно, купить золото у советов правительство США хотело бы, но тут же вылезла и проблема – услуга пока недоступна. Не проработана.
Вариант чеков берёзки, позорный нарыв на советской экономике, был ликвидирован в зародыше – просто официальный прежний курс оказался раз в десять выгоднее для советов, чем нынешний. Но зато золотое обращение должно было стать огромным стимулом к работе на экспорт.
10
Что самая большая любовь коммунистов? Мировой пожар, митинги, запреты? О, нет, больше всего коммунисты любят халяву. Любят получить что-то из ничего. А ещё больше всего они верят в технологические чудеса. Вундервафли. Это по своей малограмотности, всё от недостатка образования – люди необразованные видят во всей науке великие чудеса, что-то непонятное, и чем проще для их скудного ума подана информация, тем им понятнее. В науке так не бывает. Порой решение великих проблем может понять от силы человек пятьсот во всём мире, в то время как всё, что ярко взрывается и красиво выглядит – возбуждает население, поскольку это обычные технологические фокусы. Вспомните хотя бы автомобили Тесла, как они орали, как орали… Все. Всё, новая эра настала, великое изобретение, бензин больше не нужен…
И это в то время, когда мода на электромобили уже прошла, все явные недостатки их выявились и встав в полный рост, уже показали себя. С печками электромобили не дружили, да и ресурс мотора и ресурс аккумуляторов несравним, а вот цена сравнима… Но вылез один такой фокусник от науки, который не умеет решать научные задачи, но очень любит показывать псевдонаучные фокусы, набрал из современных китайских банок – аккумуляторов, большую батарею, просто последовательно подключив эти самые банки, и всунув в электромобиль, сделал имидж, как будто он создал нечто невероятное. Обстановка, декорации, всеобщий восторг…
Ей богу, Выбегалло. Типичный. Всё равно что считать того парня, который предложил делать не суперпроцессоры, а набирать суперкомпьютер из крупносерийных процессоров – великим гением. Кто, кстати, знает его имя? Вот то то же. Потому что научная ценность всех этих «открытий» равна нулю – понятное дело, что ввиду наибольшего спроса, и развитие технологий, и стоимость производства простых аккумуляторных банок – на порядок меньше, и в какой-то мере выгоднее стало набирать большие аккумуляторы нестандартной формы из таких банок. Так почему же кто-то догадался взять банки от панасоник и набрать из них большущий аккумулятор, а другие нет?
Догадались, почему нет, например, пауэрбанки и многие другие крупные аккумуляторы набираются из дешёвых серийных банок. Вот только… Вот только… никакого открытия в этом нет. Это просто пауэрбанк, который делают китайцы и продают глупым широкоглазым, которые платят за них втридорога. Все разгоны про суперточную сборку – всё равно что разгоны ресторана про мраморную говядину убитого в полнолуние молодого бычка-девственника, которого убили самурайским мечом. То есть чистой воды маркетинг, когда товару пытаются придать привлекательность вещами, которые вообще с качеством никак не связаны, но выглядят для типичного лопуха заманчиво и глубокомысленно.
Ещё не забыть приплести промышленных роботов – тогда вообще усрутся от счастья.
Чего это я вспомнил то? На моей скромной ферме появились аккумуляторы. Да что там аккумуляторы – электроферма. Идея создать электроферму появилась довольно спонтанно, и я задумался над этой идеей плотно. Высокая стоимость оборудования компенсировалась моей способностью.
И началось… Началось…
Я выехал на ферму, начав грандиозное строительство – полноценной солнечно-ветряной электростанции. Оставалось огромное свободное пространство, и пять вообще ничем не использованных ангаров. Поверх имеющихся более чем тридцати.
И началась работа… Приблизительно прикинув срок службы, циклы заряда-разряда и возможность работы аккумулятора, признал, что лучший – это обычная варта. От грузовика. Батарейную ферму я сооружал самолично, перед этим создав удобную стойку – стойка состояла из последовательно соединённых ста аккумуляторов. Сколько таких поместится в гигантский ангар? А в четыре гигантских ангара? Много, очень много…
Но самая главная часть – это сами генераторы. В качестве основной модели был принят относительно небольшой – относительно остальных, конечно, ветрогенератор со стальной опорой высотой в сорок метров и размахом лопастей в тридцать пять метров. И мощностью всего мегаватт, при ветре в десять метров в секунду. Работать он мог вплоть до ветра в двадцать метров, выдавая при этом повышенную до полутора-двух мегаватт мощность. От строительства гигантов по пять мегаватт отказались по той причине, что если саму конструкцию я видел и мог бы сделать, то с монтажом будут проблемы – в то время как монолитный столб не требовал особо сложного фундамента и монтировался силами нашей строительной бригады, не прекращавшей обустраиваться.
Синхронно с ними, оставшиеся свободными около двадцати тысяч гектар, решили отдать под солнечные электростанции – ветрогенераторы же должны были окружать стеной всю территорию и проходить рядами через СЭС. Солнечные панели же…
Это особая, отдельная песня. Солнечные батареи располагались на невысоких подставках, с их монтажом справлялись вообще без особого труда – проблему представляло их соединение, у меня не было достаточно хорошего оборудования, а то, что было – позволяло соединить не более ста батарей, общей мощностью восемьдесят киловатт-час. В итоге решено было поставить будки с контроллерами питания, а солнечные батареи разделить на такие вот блоки. Постройка этой СЭС не вылилась в эпопею – вот с ветряками мучились строители, слава богу, у них были очень хорошие автомобильные и гусеничные краны, которые позволяли работать с ещё бОльшими высотами, чем те, что были. Но стреловые манипуляторы с корзиной для работников – уже не позволяли, а ведь монтировать и обслуживать ветрогенератор нужно было.
В итоге строительство ветряков пошло полным ходом, а солнечные панели заняли колоссальные площади. Мало кто представляет себе, что такое гектар. Сэс же… она производит примерно втрое меньше мегаватт, чем занимает площади в гектарах. То есть с площади в три гектара идёт пиковая мощность один мегаватт.
Под СЭС я отдал из имевшихся тридцати тысяч – двадцать тысяч гектар, между ними располагались промежутки с рядами ветрогенераторов. ВЭС создавали турбулентные потоки и уменьшали скорость воздуха, поэтому их плотность долж