Егда же принесена бысть икона сии близъ града Москвы, и тогда весь градъ изыде противу иконы на стрѣтение ея. И стрѣтоша ю честно Киприянъ митрополитъ съ епископы и архимандриты, съ игумены и дияконы, съ всѣмъ клиросом[175] и причтомъ церковнымь, с черьноризци и съ черницами, съ благовѣрными князи и съ благовѣрными княгинями, и съ боляры и съ болярынями, мужи же и жены, уноша и дѣвы, и старци съ унотами, дѣти и младенци, сироты и вдовици, нищии и убозии, и всякъ възрасть мужьска полу и женьска, от мала и до велика, все много множьство бесчисленое народа людеи, съ кресты и съ иконами, съ еуангелии и свѣщами, и с кандилы, и съ псалмы и пѣсньми и пѣнии духъвными, паче же рещи вси съ слезами, малии и велиции, иже не обрѣсти человѣка не плачющися, нъ вси съ молитвою[176] и плачемъ, и вси съ воздыхании немлъчными и рыданиемъ и благодарениемъ руцѣ въздѣюще на высоту, вси моляхуся къ Святѣи Богородици, вопиюще и глаголюще: «О Всесвятаа Владычице Богородице, избави град нашь Москву от нахожения поганаго Темирь Аксака царя, и всякъ град християньскии и страну нашу защити, и князя и люди, и от всякого зла, заступи град нашъ Москву от нахожения ратных иноплеменных, и избави плененныя наши[177] от поганых, от огня и меча и напрасныя смерти, и от нынешныа от объдерьжащия скорби, и от печали, нашедшия нынѣ на нас, от настоящаго гнѣва и бѣдъ и нужди, от предлежащих сих искушении избави, Богородице, Своими богоприятными молитвами къ Сыну Своему и Богу нашему, Своимъ пришествиемъ еже к намъ, к нищимъ и убогимъ, и скорбящимъ, и печалующимъ, умилосердися, Госпоже, на скорбящия рабы Твоя, и на Тя надѣющися не погыбнемъ, нъ избудемъ Тобою от врагъ наших. Не предаи же насъ, заступнице наша и надежа наша, въ руцѣ врагомъ татаромъ, нъ избави насъ от врагъ наших, и противных съвѣты разори и козни их раздруши, въ время се скорби нашея нынѣшняя, нашедши на ны, буди теплая заступнице и скораа помощнице и предстателнице, да от нынѣшняя бых бѣды Тобою избавльшися, благодарно взопиемъ: Радуися, заступнице наша непостыднаа».
И тако Божиею благодатию и неизреченною милостию и молитвами Святыа Богородици град нашь Москва цѣлъ и съхраненъ бысть, а Темирь Аксакъ царь възвратися воспять и поиде въ свою землю. Оле преславное чюдо! О превеликое удивление! О многое милосердие к роду християньскому! Въ которыи день принесена бысть икона Пречистыа Богородици из Володимеря на Москву, и въ тои день Темирь Аксакъ царь безбожныи царь убояся и устрашися, и ужасеся, и смятеся, и нападе на нь страх и трепеть, и вниде страх въ сердце его и ужасъ въ душю его, и вниде трепеть въ кости его, и скоро отвержеся и охабися воевати Русские земли, и восхитишися быстрие путнаго шествия, и скорѣе градяху к Ордѣ, а к Руси тылъ показающи, и обратишися сердци своими въ свояси, и възвратишися въспять безъ успѣха, возмятошася и восколибашася, аки нѣкимъ гоними быша. Не мы бо ихъ гонихом, нъ Богъ милосердыи прогони их невидимою силою Своею и Пречистыа Его Матери, скорыа заступници нашея въ бѣдах, и молитвою[178] угодника Его, боголюбиваго и пресвященнаго новаго чюдотворца Петра, митрополита Киевъскаго и всея Руси, крѣпкаго заступника граду нашему Москвѣ и молебника находящаа на ны бѣды. И посла на них страх и трепеть, да окаменяться.
Нъ яко же древле при Езѣкеи[179] цари и при Исаии пророцѣ Сенахиримъ, царь Асуриискии, прииде на Иерусалимъ ратию, зѣло похваляяся въ гордости велицѣи, на Бога Вседержителя хулныа глаголы въспущая. Царь же Езекея тогда боляше, нъ аще и боленъ бѣ, но обаче помолися Богу съ слезами, купно съ пророкомъ Исаиемъ и съ всѣми людми, и услыша Богъ молитву ихъ, паче же Давыда ради угодника Своего. И посла Богъ аггела Своего, меню же, великаго архаггела Михаила, и абие въ ту нощь аггелъ Господень уби от полка Асурииска 100 тысящь и 80000 и 5. На утрии же въставши, обрѣтоша трупие мертва[180] лежаща. Царь же Асуриискыи Сенахиримъ в ту нощь убояся[181] зѣло и устрашися, съ останочными своими вои скоро убѣжа в Ниневию, и тамо от своих дѣтеи убиенъ бысть и умре. И яко же тогда при Сенахиримѣ[182] было[183], тако и нынѣ при Тимирь Аксацѣ. Единъ тоть же Богъ тогда и нынѣ, и едина благодать Божиа дѣиствуеть тогда и нынѣ. Милостивъ бо есть Богъ и силенъ, елико хощеть и мо жеть, еще и нынѣ милость Его велика есть на насъ, и яко избавил ны есть Господь изъ рукы врагъ наших татаръ, избавил ны есть от сѣча и от меча, и от кровопролития, мышцею силы Своея разъгналъ еси врагы наши, сыны Агарины, рукою крѣпкою и мышьцею высокою устрашилъ еси сыны Измаиловы. Не наши воеводы прогнаша Темирь Аксака и не наши воиньства пострашили его, но силою невидимою нападе на нь страхь и трепеть, и страхомъ Божиимъ устрашилъся и гнѣвомъ Божиимъ гонимъ бысть, потщався и отиде от Русскиа земли, отступивъ и поиде прочь, отнюду же и прииде, а земли Русстѣи отинудь не прикоснуся, ни оскорбѣ, ни стужи[184], ни вреди ея, нъ поиде безъ возврата. Мы же востахомъ и прости быхом, он же заиде и исчезе, и мы ожихомъ и цѣли быхом, и сѣть его скрушися, и мы избавлени быхомъ, помощь наша от Господа, сътворшаго небо и землю.
Слышавъ же благовѣрныи великии князь Василеи Дмитреевичь отшествие окааннаго и зловѣрнаго царя Темирь Аксака, и возвратися в вотчину свою въ град Москву. И стрѣтоша его боголюбивыи архиепископъ Киприянъ, митрополитъ Киевьскии всея Руси, съ кресты и съ иконами, съ архимандриты и игумены, с попы и дияконы, и весь народ християньскыи с радостию велиею. Благовѣрныи же великии князь и святитель, и вси народи съ слезами руки на небо въздѣющи и благодарение вопияху, глаголюще: «Десница Твоя, Господи, прославися въ крѣпости, десная Твоя рука, Господи, скруши врагы, и множьсвомъ славы Твоея стерлъ еси супостаты наша». Тако убо безумныи Темирь Аксакъ съ множьствомь бесчисленых вои пришед и [съ] срамомъ отиде.
Благовѣрныи же великыи князь Василеи Дмитреевичь въшед въ храмъ Пречистыя Владичици нашия Богородици, видѣвъ чюдотворную икону Святыа Богородици Владимерьскыа, и пад любезно предъ лицемъ образа и пролия слезы сердечныя от очию своею и глаголаше: «Благодарю Тя, Госпоже Пречистыа и пренепорочныя Владычици Богородици, христианьскаа дръжавнаа помощнице, еже о насъ заступление и крѣпость показа, избавила еси, Госпоже, нас и град нашь от злаго и невѣрнаго царя Темирь Аксака».
Благовѣрныи же великии князь Василеи Дмитреевичь и боголюбивыи архиепископъ Киприянъ, митрополитъ Киевьскыи всея Руси, повелѣ въскорѣ на томъ мѣстѣ, гдѣ стрѣтоста чю дную икону Пречистыа Богородици, и поставити церковь во имя Святыя Богородици и честнаго Ея Устретения, на воспоминания таковаго великаго благодарения Божия, да не забудут людие делъ Божиихъ. Сию же церковъ съвеща самъ митрополитъ, и устроиша манастырь, и повеле ту быти игумену и братии. И оттоле уставиша праздник праздновати месяца августа въ 26 день, на память святых мученикъ Андриана и Наталии. Сиа же чюдная икона Святыа Богородица списана бывши от руки святого Христова апостола и еуангелиста Лукы. Мы же грешнии раби Христови, слышавши сие удивление Господа нашего Исус Христа и Пречистыа Его Матери Богородици, и понудих сиа писанию предати въ славу имени Господа нашего Исус Христа и Пречистыа Его Матери Владычици нашия Богородици, заступници нашия. Богу нашему слава и ныне и присно и в векы векомъ, аминь.
§ 4. Вторая Пахомиевская редакция: извод В
Основными характеристиками извода В являются определение Темир–Аксака как «холопа» некоего господина и чтение «виждь безбожнаго варвара».
Характерно чтение: «украде у некоторых овцю», и др.
1) РНБ, Софийское собр., № 1384 (л. 143 об. — 148 об.). Сборник 1490 г. Список дефектный: после слов «В лето 6903, въ дни княжениа благовернаго» отсутствуют два листа, текст начинается со слов «Богу попустившу и поплени царь Батыи Рускую землю».
Заголовок: «Повесть полезна от древняго списаниа изложенна, явлеющи преславнаго бывшаго чюдеси о иконе Пресвятыя Богородица, еже нарицается Владимерьская, како прииде во боголюбивыи град Москву и избави нас и град нашь от безбожнаго и зловернаго царя Темир Аксака».
2) РГАДА, ф. 196 (Собр. Ф. Ф. Мазурина), оп. 1, № 637 (л. 488—500). Сборник конца XV в. Одним почерком написаны л. 402—403 об., 408 об. — 512 об. Филиграни: Кувшин с одной ручкой под крышкой с крестиком — Брике, № 12491 (1491—1497 гг.); Голова быка под крестом, обвитым змеей, — Лихачев, № 1271 (1497 г.). Почерки писцов из скриптория Иосифо–Волоколамского монастыря. По нижнему полю л. 5—20 запись XVII в.: «Сия книга Соборникь инока Корнилия Гурьева, отдана в Толскои монастырь в церковъ всемилостиваго Спаса Нерукотвореннаго образа, что у больницъ».
Заголовок: «Месяца августа въ 26, на память святых мученикъ Андреяна и Наталии. Повесть полезна от древняго писания сложена, являющи преславнаго бывшаго чюдеси о иконе Пречистыя Богородица, еже нарицается Владимерьская, како прииде от града Владимеря въ боголюбивъ град Москву, избави нас и град нашь от безбожнаго и зловѣрнаго царя Темирь Аксака».
3) РГБ, ф. 113 (Собр. Иосифо–Волоколамского монастыря), № 640 (л. 31 об. — 42). Сборник, 20–е годы XVI в.
4) Научная библиотека Московского государственного университета, № 1303 (л. 789 об. — 796). Торжественник первой четверти XVII в. Филиграни: Маленькая двойная лилия — Дианова и Костюхина, № 893 (1614 г.); Гербовый щит с рожком и литерой В — Дианова и Костюхина, № 1152 (1622 г.).
Заголовок: «Слово душеполезно от древних списано на Устрѣтение Святѣи Богородици Владимирскиа, пришедши иконѣ от Владимеря града в боголюбивыи град Москву, явлѣющи чюдеса своя, избави же град нашъ, зовомыи Москву, от безбожнаго и зловѣрнаго царя Темиръ Аксака». В начале текста ошибка — «В лѣто 6010–е». Конец Повести заменен текстом Епифаниевской редакции.