– Нас предали, я уже сообщил королю! Нужно организовать оборону тыла! – задыхаясь от продолжительного забега, тихо произнес Флизер, мигом осушив стакан воды.
– Зараза! С каждым часом всё хуже. Где остальные?
– Со Слиндами. Сегодня должны отбыть, если не возникнет проблем.
– Я же говорил, оставаться с ними! – закричал Райгон.
– А кто, по-твоему, должен был вам всё это сообщить? – яростно ответил Мирт.
– Мы должны были защищать их! Если что-то случится…
– С твоей Селиной еще трое членов нашего отряда, остынь уже!
– Химера! Ладно, нам нужно предупредить парней в ущелье и отправиться к ним на помощь.
– А что с постом?
– О нем позаботится Салтер, – ответил Райгон, строча сообщение.
Летнее солнце медленно набирало свою силу. Его безжалостные лучи накаляли неподвижный воздух и сухую землю. Впрочем, в прохладном ущелье едва ощущалось горячее дыхание светила.
– Весело тут. Хочешь, сиди в этих зарослях, хочешь – в тех. Красота!
– Да. Выбор хоть отбавляй, – ответил Лерон Сонмару, рисуя на песке голую девушку. По крайней мере, ему так казалось, потому что фигура скорее напоминала разъяренного медведя, пораженного стрелой в пах.
– Смотрите, сокол! – привлек внимание Салтер, указав на летящую в небе птицу.
– И кажется, с письмом, – прищурившись, заметил Лерон, – послание из Лизенда, я полагаю. Может, стоит проверить?
– Сонмар, Дуст, – за мной, – шепотом сказал Волк, – нужно узнать, что там написано.
– Есть!
– Мы прикроем, – Лерон выхватил свой лук.
– Хорошо. Только без лишней крови. Мы еще ничего не знаем.
– Ух ты! И давно ты стал таким добрым, Салтер? – ехидно спросил Аркаст.
– Заткнись! Я еще не настолько добрый, чтобы не надрать тебе зад.
– А вот и старый добрый Волк! – с хитрой улыбкой произнес хафниец.
Парни осторожно влезли на скользкие скалы, вершину которых по обе стороны от ущелья занимали сторожевые посты. Тем временем птица уже прилетела к посту. Заметив ее, один из солдат подозвал сокола и забрал привязанное к лапке письмо.
– Командир, тут послание.
– Послание? – задумчиво переспросил мужчина лет тридцати с элегантной бородкой. – И что в нем, Эсван?
– Сейчас. К-хм… Салтер, организовывай оборону. Мильгор нас предал. И разберись с охраной. Р. Что всё это значит?!
– Интересно, – командир отложил кисть.
На холсте красовалась небольшая тихая деревенька из семи домов. Из глиняных труб валил густой белый дым, который плавно переходил в тяжелые свинцовые тучи, несущие снег. Позади бревенчатых хат стоял неказистый, но крепкий сарай, имеющий деревянный забор да небольшой клочок грязи, на котором паслись куры и свиньи. Справа от поселения рос густой высокий лес, из которого аккуратно выходил крупный олень с ветвистыми рогами, а слева за холмом пряталось робкое зимнее солнце.
– Ну-ка, дай сюда!
Внимательно прочитав сообщение, Сербос Кувит нахмурился.
– И правда. Значит, слушай мою команду… – строго произнес командир, но внезапно замолчал. – Поздно. Нас уже окружили.
– Верно, – Салтер набросился на командира и приставил клинок к горлу. Остальные члены отряда выхватили мечи и заняли оборонительную позицию.
– Что вам нужно? – спокойно спросил командующий поста, несмотря на холодное прикосновение стали к шее.
– Сдавайтесь! У вас нет шансов. Нас прикрывает отряд лучников.
В подтверждение слов Волка стрела выбила из рук ближайшего солдата меч. Тот, сделав полтора оборота, мягко воткнулся в землю.
– Повторяю, что вам нужно? – так же жестко спросил командир.
– Ваш король предал Гридион, и мы не позволим вам напасть исподтишка.
– Мильгор совсем с катушек слетел, как я погляжу. Мы и не собираемся сражаться за того, кто продал нас, – неожиданно произнес Сербос. – Сложить оружие! – прозвучал из его уст приказ своим подчиненным.
– Что? Как так? Это измена! – закричали солдаты, а в глазах членов отряда читались изумление и недоверие.
– Только попробуйте что-то предпринять, живо отправитесь к праотцам, – холодно процедил Салтер, ожидая подвоха.
– Сложно поверить, что в Колидии есть адекватные и понимающие люди? – ухмыльнулся Сербос, ни капельки не обращая внимания на клинок, что всё сильнее прислонялся к горлу.
– Сложно поверить, что человек с вашим званием так легко предает своего короля.
– Чистый расчет. Кем я буду, если Нивер захватит всю Наридию? И что ждет жителей моей страны? Станут работать до истощения, чтобы прокормить Визерию? Нет, мой друг, это не предательство, а здравый прагматизм, – четко и на одном дыхании высказался командующий поста, будто выступал перед огромной публикой, а не несколькими подростками. – Я же сказал, сложить оружие!
Постепенно, с разной долей недовольства, стражники побросали свои мечи. Но не все поддержали идею своего командира.
– Ну уж нет! За короля! – злобно прорычал один из них и кинулся на Сонмара.
Но не успел он сделать пару шагов, как тут же рухнул со стрелой в глазнице. Алая кровь медленно впитывалась в сухую землю, оставляя на ней темное пятно. Больше никто из колидийцев не рискнул проверить численность и умение спрятавшихся лучников.
Сербос Кувит, освобожденный от холодного поцелуя стали, медленно и вальяжно прошелся по деревянному мостику, который соединял обе стороны ущелья. В его задумчивом взгляде невозможно было прочитать, что именно он намеревается сделать, поэтому Салтер и остальные ученики Сальда Мигона не спускали глаз с этого статного мужчины и его подчиненных.
– На самом деле, большинство колидийцев поддерживает Гридион, – решил первым взять слово командир. – Мы до конца надеялись, что Мильгор заключит договор с Фейзером и выступит против Визерии. Только сам король, видимо, не способен понять правильности этого решения.
– Тогда как он собирался атаковать наш тыл, если не имел за собой никакой поддержки своих людей?
– В Колидии достаточно юнцов, которым легко промыть мозги. Таких, как Вост, – Сербос Кувит коротко указал на труп подчиненного, – к тому же недавно прибыл небольшой отряд визерийцев.
– Химера, каждая новость хуже предыдущей! – констатировал неутешительный факт Сонмар.
В воздухе повисло гнетущее молчание от предчувствия надвигающейся бури, которая принесет лишь боль и разрушения.
– Мы будем сражаться с вами. Нельзя допустить, чтобы Нивер победил! – внезапно выкрикнул один из юных колидийцев.
– А ты готов проливать кровь своих собратьев? – осадил парня Морт.
– Верно, это не лучшая идея. Даже если наши солдаты одумаются, когда увидят, как мы присоединились к вам, им в спину всё равно будут направлены острия копий визерийцев. Единственное, что можно сделать, – это помочь вам здесь укрепиться, – бесстрастно произнес Сербос.
– А вот это неплохая идея, – ответил Дуст, – вы же лучше нашего знаете здешний ландшафт.
– А что потом? – тихо спросил один из колидийцев.
– Отправимся в трактир «Жужжащая Яма». Думаю, госпожа Варфина будет не против, – спокойно ответил командир.
– Значит, решено. Тогда приступим к работе, – согласился Салтер.
– Вот еще что, – на Волка тяжким грузом упал неподвижный и мудрый взгляд, – война есть война, я понимаю. Но всё же надеюсь, что пыл битвы не затмит вам холода рассудка. Иными словами, постарайтесь обойтись меньшими жертвами.
– Мы сделаем всё, что в наших силах, господин Кувит, – вполголоса ответил юноша, вызвав кивок одобрения у Сербоса.
– И да, передайте привет господину Р. Я не могу дождаться встречи с ним, – бросил напоследок уходящий командир.
23. Да обагрятся клинки кровью!
Жаркое солнце нещадно пекло Стальную долину. Природа молчала. Молчала и ждала. Птицы, недавно заливающиеся трелями, исчезли, кузнечики попрятались. Даже легкий ветерок не шелестел листвой. Всё это заменили крики командиров, ржание лошадей да звон металла.
Обе армии уже давно выстроились друг перед другом. Гридионцы заняли развалины на юго-востоке, возведенные еще при короле Ангиальфе для защиты от иноземных захватчиков. Теперь же они охраняли земли от воинов, что недавно назывались собратьями. Некогда мощные и неприступные стены, расположенные выше относительно всего поля боя, были укреплены и кое-где заново отстроены. Спереди и по бокам от оборонительной линии стояли пехотинцы, оснащенные большими бронзовыми щитами, копьями и алебардами с крюками, что позволяло вытаскивать врага из строя и добивать его. Для боя с более близкого расстояния они использовали одноручные двугранные мечи. Позади щитоносцев располагались воины с двуручниками, именуемые в народе «палачами», так как влегкую уничтожали любой доспех врага, убивая одним ударом. Помимо привычных для пехоты стальных наручей, сапог и кольчуги, завершающейся на пахе ламеллярными пластинами, они носили тяжелый доспех, защищающий торс. Задачей этих воинов была контратака противника. За ними на самих стенах находились лучники в легких доспехах, имеющие помимо собственно луков короткие кинжалы и деревянные узкие щиты. В роще, что широко раскинулась позади от укреплений, скрывалась кавалерия под командованием Ягора Челинга – вспыльчивого и сурового великана. Первые ряды составляли воины в тяжелой броне для прорубания защиты врага, а за ними – легкая конница для добивания. Все они были вооружены копьями и трегорами – короткими узкими мечами, привязанными к коням. При необходимости эти клинки использовались для метания в расположенного на отдалении врага. Рядом, на каменной площадке, располагалась артиллерия с поддержкой. В арсенале Гридиона в основном были точные, но не сильно дальнобойные баллисты. Но была в запасе генерала Велина Корда и дюжина требушетов. Защищали механизмы пехотинцы, вооруженные топорами и круглыми деревянными щитами, которых имелось в избытке. В этой стране никогда не было дефицита древесины.
Визерии пришлось выставить войска в низине на северо-западе. В первых рядах стояли пехотинцы в тяжелых латах. Вооружены они были двуручными мечами, молотами и секирами. Их целью был быстрый и сильный удар. К сожалению, они очень быстро уставали, поэтому затем в бой вступали находящиеся позади легкие пехотинцы, вооруженные одноручными мечами. Они обычно добивали оставшихся противников. Всё поле боя поливали стрелами расположенные за их спинами лучники. В самом тылу располагались кавалеристы и артиллерия. Король Нивер очень желал видеть сегодня на поле боя вместе с рядовой пехотой наемников. Умелые воины с индивидуальным оружием для каждого облачались в легкую кольчугу, которая позволяла быстро и ловко двигаться. Они и должны были решить исход боя, но Золотые Гидры находились слишком далеко от Стальной долины, чтобы помочь Визерии. Именно поэтому Нивер сидел на своем племенном скакуне пепельной окраски с недовольным и крайне скептичным выражением лица. А вокруг него расположились гордые собой генералы, и каждый из них был абсолютно уверен, что именно он решит судьбу предстоящего сражения.