«Снял обручальное перед встречей со мной? Женат?» – заметались мысли у Беллы в голове. Решив не играть с судьбой, Белла задала прямой вопрос:
– Джек, вы женаты?
Он опешил. Темные брови свелись к переносице.
– Был… я вдовец, – глухо ответил он. Кровь прилила к щекам Беллы, она обхватила их холодными ладонями.
– Простите, я не хотела…
– Не стоит. Все в порядке, – бесцветным голосом произнес Джек, глядя на дорогу.
Вскоре колеса джипа зашуршали по гравию подъездной дорожки.
– Приехали, – бодро объявил он, точно по пути стряхнул всю навалившуюся печаль воспоминаний.
– Ого, – восхитилась Белла, выбравшись из машины. Дом Джека Вилларса был построен из дерева. Просторная терраса из темного бруса манила зайти и отдохнуть. Можжевельник, ели, пихты – разнообразие вечнозеленого цвета во дворе напомнило Белле дорогие особняки на Блум лэйн. Жилище Джека хоть и выглядело значительно скромнее, однако тоже являлось недешевым.
– Отличный дом. – Белла, не стесняясь, вертела головой, осматривая дворик.
– Мы с женой мечтали свить уютное гнездышко, – несколько печально откликнулся Джек.
«И вам это удалось», – хотела было произнести Белла, но вовремя прикусила язык.
– Не будем мерзнуть. – Джек улыбнулся, махнув рукой в сторону дома. Белла кивнула.
Вход в дом лежал через ту самую террасу, и, очутившись на ней, Белла с удовольствием вдохнула запах дерева. Обстановка действительно располагала к душевным беседам за чашечкой чая или кофе. Уютный круглый столик с мягкими стульями, стены украшены картинами, написанными масляной краской, а с кресла-качалки свисал на пол плед, будто кто-то только что качался на кресле, укутавшись в теплый флис.
– Здесь мило, – заключила Белла, улыбаясь хозяину дома. Джек смущенно потер затылок:
– Сам люблю тут бывать. Проходите, дальше прихожая и слева кухня.
Белла стянула с себя пальто и, оставив его в прихожей, последовала за Джеком в небольшую кухню. Аккуратный современный гарнитур, новенькая плита, блестящая кофеварка.
«Откуда у обычного историка захолустного общественного колледжа деньги на такой дом? Да и автомобиль не из бюджетных». – Словно на калькуляторе, Белла подсчитывала стоимость имущества Джека.
– Вам в кофе корицу добавить?
– А? – Белла не расслышала вопроса, увлеченная складыванием цифр.
– Мне с бадьяном нравится, но это совсем на любителя, – продолжал рассуждать Джек, не замечая отстраненности гостьи.
– Можно без добавок, но с молоком, если есть, конечно.
– Сварю в турке. Что-то не хочется пачкать кофеварку. Да и кофе вкусней с огня.
Белла лишь улыбнулась. Как Джек сварит кофе, ей было решительно все равно. По кухне поплыл восхитительный аромат. Но вдруг умиротворенную атмосферу нарушил навязчивый женский шепот:
– Изабелл… Изабелл…
Ощутив затылком холод, Белла обернулась.
– Джек?..
Он, не оглядываясь, отозвался:
– Да?
Раскрыв рот, чтобы спросить нелепое: «А вы ничего сейчас не слышали?» – Белла тут же его захлопнула.
– Где здесь ванная комната?
Джек, отвлекшись от созерцания турки, переключил внимание на гостью.
– До конца коридора и направо.
Поблагодарив его, девушка сделала вид, что направляется в туалет. Но чем дальше Белла шла, преодолевая страх, тем громче звучал голос в ее голове: «Изабелл! Изабелл!»
На лбу выступила испарина от напряжения, а в груди стало не хватать воздуха. Голос отчаянно звал, и Белле казалось, что зов становится сильней у приоткрытой двери – как раз рядом с ванной. В ушах застучал пульс. Сделав глубокий вдох, Белла медленно выдохнула, надеясь унять бешено колотящееся сердце. Она заглянула в щель между косяком и дверью, рассмотрела в полумраке очертания спальни. Нервно озираясь по сторонам, Белла рискнула зайти в комнату.
После того как Белла переступила порог, голос смолк. Ни шепота, ни даже шороха – ничего. Она плавно щелкнула выключателем. Неяркий свет полился с модной люстры, озаряя удобную на вид двуспальную кровать, над которой висела огромная темная картина. Изображенные на ней фиалки походили на тревожные лиловые пятна. Белла окинула спальню Джека придирчивым взглядом и заметила раскрытую тетрадь на прикроватной тумбочке.
«Если долго смотреть на чайник, вода не закипит», – решилась Белла после секундной борьбы с совестью и приблизилась к находке.
«Дневник Джека», – от досады Белла негромко топнула. Мельком глянув на дверь, она взяла в руки дневник в кожаной обложке и принялась читать чужие тайны, записанные узким ровным почерком.
Глава 13. Шепот
Дневник Джека Вилларса
05 ноября 1992 года, четверг
«Она уже близко. Я всегда чувствую ее присутствие. Дрожь пробегает по телу. Стараюсь не обращать внимания на едва слышные, произносимые навязчивым шепотом слова: “Это он убил ее. Джек, ее кровь на его руках”. Голос мертвой женщины. Он кажется таким знакомым, и от него невозможно отделаться. Взяв с собой сигареты, я выхожу на террасу, надеясь, что шепот отвяжется. Непонятно, отчего скончаешься быстрей. От дыма ментоловых сигарет, что курила моя жена, или от этого гребаного шепота. На террасе воздух ощутимо холодней. Мы с женой построили ее два месяца назад. Закончили покрывать лаком деревянную пристройку за два дня до автокатастрофы. Помню, как мы взяли по пути домой целое ведро жареных куриных ножек в местной забегаловке, запах которых манил снять крышку с упаковки еще в машине. Что моя жена и сделала. Чертовы ножки.
Вокруг леса напротив моего дома начал сгущаться туман. Душной пеленой он застилал прилегающую к нему опушку. Я опустился в кресло-качалку и сильно затянулся. Выпуская дым, представлял, как он смешивается с туманом, до которого, конечно, было далеко. Мы с Эрикой много раз планировали прогуляться в лесу, но что-то каждый раз мешало. Словно злой рок препятствовал вторжению в лес.
Остаться в тридцать три года вдовцом и каждый день смотреть на место крушения своей жизни – как в таком случае можно сохранить рассудок? Купленный недавно джип съехал с дороги и врезался в проклятое дерево прямо перед нашим домом. Если приблизиться к огромному старому дубу, при свете дня можно разглядеть пятна крови. Алая и вишневая кровь, вытекавшая из артерий и вен моей несчастной Эрики, пропитала кору дерева в тот страшный понедельник. Всегда их ненавидел. И дубы, и понедельники.
Объявление о продаже дома я подал сразу же после похорон. Риелтор, которая не так давно вручила нам с женой ключи от нового дома, выразила формальное сочувствие и заявила, что продать дороже коттедж не получится точно. Дай бог, старую цену удержать. После принятия решения о продаже я начал постепенно паковать вещи, но в комнату жены, которую она себе выделила под кабинет для работы, заходить не решался. Вскоре появился Он. Этот голос. Слова, обвинявшие Его в произошедшей трагедии, звучали каждый день. Когда мои мысли возвращались к Эрике, появлялся Он. Я и сам винил себя. Не нужно было во время нашей последней поездки отвлекаться на еду, на радио, оборачиваться к жене, чтобы стереть кетчуп с ее щеки. Не нужно было прощать Его… Если бы я тогда знал, что вместо кетчупа скоро будет кровь.
Когда тебе что-то повторяют с определенной периодичностью – волей-неволей начинаешь прислушиваться. Вот и сегодня, вглядываясь в туман, я стараюсь прогнать от себя голос, возвращающий меня в тот день, что унес жизнь Эрики и сломал мою. Не знаю, сколько времени я провел вот так. Сидя в кресле и вглядываясь в, казалось, приближающийся ко мне туман, я сделал последнюю затяжку и поднялся. Кресло скрипнуло, и я непроизвольно вздрогнул. Кажется, пора снова начинать пить транквилизаторы».
– Белла! – вполне реальный голос Джека Вилларса заставил девушку вынырнуть из дневника. Она передернула плечами, спешно положила записи обратно на тумбочку. Погасив свет, Белла выскользнула в коридор, и весьма вовремя: к ней из кухни направлялся Джек.
– Думал, вы утонули, – легко улыбнулся он. – Кофе готов и давно ждет вас.
– Отлично, – кивнула Белла, стараясь не выдать волнения. Пока они возвращались на кухню, Белла заметила, что стены коридора голые: на них не висели фотографии, да и в целом дом выглядел красивым, но пустым.
«Точно он запер все воспоминания. Убрал с глаз фотографии. Какой же была Эрика? Рослой блондинкой? Или невысокой шатенкой? А может, Вилларс и правда готовился к переезду?» – вопросы кружили в голове Беллы встревоженной стайкой птиц.
– Ну что? На веранду? – Джек взял в руки поднос с кружками и блюдцем с печеньем.
– Я открою дверь, – засуетилась Белла, желая помочь.
– Вы так любезны, – не то с иронией, не то совершенно искренне произнес Джек. Уголки губ Беллы поползли вверх, щеки тронул легкий румянец. Уже на веранде она потянулась забрать поднос из рук Джека и случайно коснулась кончиками пальцев его руки. Невидимая искра – кожу словно ударило током, а кровь в жилах побежала быстрей.
«Не так, как с Томом», – неосторожная мысль стрелой пронзила сознание. Испугавшись нахлынувших чувств, девушка неловко отступила, едва не выдернув поднос из рук историка. Джек усмехнулся:
– Так сильно мечтаете о кофе, что ноги не держат? Одну секунду. – Джек, посмеиваясь, водрузил свою ношу на столик.
– Просто оступилась, бывает, – все еще краснея, оправдывалась Белла. Джек пристально посмотрел на нее, и взгляд его потеплел.
– Не замерзли? На террасе холодней, возьмите плед. – Джек взял с кресла-качалки флисовое покрывало и протянул его Белле, та с благодарностью приняла.
– Спасибо, вы так любезны, – передразнила его она. Джек рассмеялся в голос, и именно от его смеха Белла почувствовала тепло, точно оказалась у согревающего костра.
– Прошу, шутница, – Джек отодвинул стул, и тот чиркнул ножками по доскам. Белла, картинно сделав глубокий реверанс, села за стол. Джек, продолжая игру, поклонился и занял место напротив. От чашек поднимался дымок, ароматы кофе и бадьяна наполняли пространство, причудливо смешивались с запахом дерева. Террасу освещали неяркие бра, лампа «Тиффани» на низком журнальном столике у входа отбрасывала разноцветные пятна света вокруг.