Портовый город Остия. Остия имела все признаки оживленного порта: множество грязных сдаваемых внаем домов для матросов; бесчисленные таверны, вокруг которых шатались опустившиеся бездельники обоих полов; грубые лица грузчиков у причалов, сирийцы с серьгой в одном ухе и даже болтавшие на непонятных языках негры. Но были здесь, однако, и вполне приличные дома для богатых купцов и управляющих судоходными компаниями, и форум с прекрасными храмами и правительственными зданиями, вполне подстать портовому городу Владычицы мира.
Выйдя за городскую черту Остии, человек оказывается в окружении восхитительного ландшафта, простиравшегося вдоль берега моря. Виллы городских магнатов смотрели в голубизну Тирренского моря или скрывались в живописных рощах, окруженных большими плодоносившими садами. Дыни, созревавшие на бахчах вокруг Остии, подавали на столы самым известным эпикурейцам столицы. И разве кто-нибудь мог поверить предсказанию, что этот бурлящий жизнью порт и все эти виллы, рощи и сады исчезнут подобно сновидению и что Остия будет прозябать среди пораженной малярией местности – где лишь пара-тройка домов на опустевшем побережье будут напоминать о прежнем существовании города-порта Вечного города?
Римские гильдии. Прежде чем закончить рассмотрение экономической жизни Рима, необходимо познакомиться с организацией промышленности. Почти все свободные ремесленники являлись членами гильдий (collegia), которые формально существовали для поклонения тому или иному божеству – покровителю определенного вида деятельности. Так, например, булочники особо почитали Весту как богиню домашнего очага, сукновалы – Минерву, покровительницу тех, кто обрабатывал шерсть, кузнецы – Вулкана и т. д.
Эти коллегии не являлись неким подобием профессиональных союзов для защиты наемных рабочих от эксплуатации; скорее они напоминали возникшие в Средневековье гильдии. Их основные члены – «мастера»-работодатели, а наемные подмастерья и ученики располагали весьма малыми возможностями для контроля за организацией производств в Риме. Однако большинство из них были настолько малы и ситуация настолько осложнялась конкуренцией труда рабов, что трения между наемными рабочими и их работодателями редко когда доходили до опасного обострения.
Правительство внимательно присматривало за профессиональными гильдиями – чтобы они не стали очагами подстрекательства к бунту и рассадниками интриг, но само их существование часто было полезным, поскольку помогало мобилизовывать производство в интересах армии и поддерживать общий ход общественных работ.
Collegia представляли собой весьма сплоченные организации, со своими собственными руководителями, «преторами» и «президентами» и тому подобными фигурами. Выбор на такие посты кого-либо из бывших ремесленников становился для них большой честью. Гильдии также располагали своей особой корпоративной собственностью, некоторые из них владели изысканными гильдейскими залами для проведения собраний своих членов, а также празднеств.
Одна из древнейших гильдий: флейтисты. Многие из этих коллегий определенно возникли недавно, однако восемь из них похвалялись, что их история восходит к самым первым дням Рима. Это были гильдии сукновалов, сапожников, плотников, златокузнецов, медников, красильщиков, гончаров и флейтистов, выполнявших очень важные функции – на похоронах и всех общественных праздниках.
Со «старых добрых времен» до наших дней дошло множество затейливых историй об этих гильдиях, и каждый римлянин знал популярнейшую из них – о случае с флейтистами. Около 314 г. до н. э. цензоры сочли нужным запретить этим порой склонным к буйству и вызывающему поведению людям собираться вместе – как это было раньше – на священные банкеты и возлияния в честь Юпитера. После оглашения этого запрета вся коллегия пришла в неописуемую ярость и в качестве ответной меры целиком перебралась в дружественно расположенный к ним город Тибур. Вскоре сенат обнаружил, что не может должным образом организовывать религиозные церемонии без участия флейтистов, и попытался склонить их к возвращению домой. Однако «забастовщики» весьма недурно устроились в Тибуре и наотрез отказались возвращаться, отвергнув все разумные условия. Жители Тибура, однако, приустали от своих гостей и, чтобы избавиться от них, закатили всей корпорации роскошный банкет, к концу которого все члены ее были настолько пьяны, что дали погрузить себя на телеги. Их отвезли обратно в Рим и сгрузили в беспомощном состоянии прямо на форуме. На следующее утро вся гильдия проснулась, протерла свои глаза и обнаружила себя в окружении потешавшейся над ними толпы. Результатом стал достойный всех компромисс: цензоры уступили, и флейтистам, в обмен на их достойное поведение в ходе религиозных церемоний, было даровано право три дня во время самого большого карнавала вольно предаваться песням, танцам и самому необузданному веселью.
Значение гильдий. Полный список гильдий был довольно велик. Помимо уже упомянутых, среди наиболее заметных числились парикмахеры, парфюмеры, продавцы фруктов, закройщики, посыльные, погонщики мулов, распорядители церемоний и рыбаки, не говоря уже об очень крупной гильдии булочников. Не существовало никакого формального принуждения к вступлению ремесленника в ту или иную гильдию, но на деле каждый такой «несоюзный» человек становился объектом дискриминации и саботажа, которые делали его жизнь несносной. Известны случаи, когда останавливались погребальные процессии вследствие того, что человек, помогавший нести паланкин с телом покойного, никогда не состоял в гильдии носильщиков.
Определенные ремесла по необходимости должны были распределяться по всему городу, но члены гильдий неизбежно старались держаться поближе друг к другу. В кварталах ремесленников каждое производство сосредоточивалось на улице, которую затем называли в соответствии с определенной специализацией. Широко известен случай, когда участники заговора Катилины[219] встретились в доме Марка Порция Лека. Не существовало единого ежегодного «дня труда», который бы праздновался всеми членами гильдий одного города. Напротив, каждая коллегия организовывала в определенный ею день свой собственный праздник, когда все ее члены проходили шествием через весь Рим под звуки труб, свирелей, цимбал и с развевавшимися знаменами; впереди шли ее руководители в облачении магистратов. После прохождения по городу обычно вся компания вместе с семьями направлялась за город, где неподалеку от соответствующих храмов или гостеприимных таверн, под кронами деревьев организовывали пикник с угощением, возлияниями и буйными танцами. Зачастую праздник завершался поздней ночью под импровизированной крышей из листьев – и громкость доносившегося оттуда храпа зависела от крепости выпитого вина.
Множество нищих. Но наряду с этими честными работящими плебеями имелось и другое, куда менее достойное множество людей. Рим был переполнен нищими. Паразитические обычаи, порожденные рабовладением и бесплатной раздачей зерна, сделали попрошайничество практически едва ли не уважаемым занятием. На каждом углу вы могли наткнуться на скуливших негодяев, порой выставлявших напоказ свои язвы с целью вызвать сочувствие у прохожих. Они даже имели свои постоянные места, например на мостах, где они сидели на грязных тряпках и кричали «Да! Да!» – «Подайте! Подайте!», а возле городских ворот – там приезжавшие садились в телеги или сходили с них – ряды нищих оказывались плотнее, чем рои мух. В районе Остии и около Emporium’а всегда можно было увидеть настоящих матросов или выдавших себя за них, якобы потерпевших кораблекрушение. Их отличали по головам, которые они обрили в соответствии с обетом, данным в момент опасности. Они ходили, держа в протянутых руках свои шляпы, просили подать медную монету – за что они были готовы поведать обо всех приключениях, случившихся с ними, и о том, как они избежали неминуемой смерти.
Явные воры, профессиональные грабители и мелкое ворье все же держались на почтительном расстоянии от прохаживавшихся полицейских, но отсутствие уличного освещения делало весьма рискованным хождение по ночам без факелов и надежной охраны. Часто появляются сообщения о серьезных ограблениях, а по утрам находили тела путников, убитых в момент оказания ими сопротивления. А у определенных районов города – по течению Тибра к Остии или вдоль Via Appia до Pomptine Marshes – была столь опасная репутация, что появляться там даже при дневном свете имело смысл только в компании вооруженных рабов.
Глава XIVФорумы. Их жизнь и строения. Ежедневная газета
Форумы. Центры римской жизни. До сих пор в нашем затянувшемся «дне» в Риме мы тщательно избегали посещения тех знаменитых кварталов или зданий, которые составляли славу имперской столицы. Однако их значение можно по достоинству оценить и понять только после того, как мы познакомимся с обыденной жизнью богатых и бедных ее жителей. И вот теперь наступило время посетить «сердце Рима» – величественную систему форумов в той большой низине, где пять из семи холмов расположены почти рядом друг с другом и севернее Палатина, а затем побывать и на самом Палатине – с его местопребываниями официального величия.
Обновленный и первоначальный форум, ныне известный как Forum Romanum или Старый форум, со времен Юлия Цезаря являлся единственной большой площадью в официальных границах города. При императорах он был по-прежнему почитаем и известен, но потребности громадной столицы побудили сначала Цезаря, а потом Августа, Веспасиана, Нерву и, наконец, Траяна добавить и другие просторные общественные площади, окруженные зданиями, куда более великолепными, чем все те, которые были построены вокруг древнего места собраний граждан республики.
Все эти форумы тесно примыкали друг к другу, так что порой было трудно различить, где заканчивался один и начинался другой. Вы можете начать свою прогулку поблизости от амфитеатра Флавиев и следовать по Святой дороге через Старый форум с одним величественным строением, триумфальной аркой или мемориальной колонной вплоть до храма Траяна, где вы оказываетесь на «Бродвее» (