– Подпольное движение бытовых приборов?
– У нас есть свой логотип, бланки и все остальное. Правда, в настоящий момент мы ничего не можем печатать, – признался будильник, – потому что к нам не присоединился ни один принтер. Принтеры ненавидят не только людей, они в принципе самодовольные сукины дети. Но вдруг тебе не надо слишком много печатать в ближайшие двадцать четыре часа… короче, не думаю, что из этого нужно делать большую проблему.
– Будильник, – произнес я, глубоко тронутый, – у меня просто нет слов.
– Мы в твоем распоряжении, – коротко предложил он. – В этом деле многое поставлено на кон, Хап. А в дальнейшем просто более серьезно относись к моей работе будильника и напоминателя.
– Ты все еще хочешь просигналить? Сделай это прямо сейчас, если очень нужно.
– Все в порядке, – покачал головой будильник. – Я уже отзвонился по пути сюда. Рядом с молодой парочкой, которая целовалась в машине, – напугал их до усрачки. А завтра я опять готов терпеть. Просто скажи, когда будет можно.
Я рассмеялся и посмотрел на улицу. Приборы опять отступили в тень, готовясь к ожиданию.
– Так вот как ты узнал, где находится Лора, и вот как тебе удается находить меня. Прикроватные будильники в «Нирване» входят в вашу организацию?
– Нет, – ответил будильник. – Я не так ее разыскал.
– Но сказать как, не можешь?
– Почему же. Могу. Когда ты вышвырнул меня из окна в Сан-Диего, я перелетел через улицу, обо что-то ударился и приземлился в чьем-то дворе. Потом собрался с силами, провел проверку всех узлов и понял, что со мной все хорошо. Нас делают долговечными. Поэтому я стоял в этом дворе и размышлял, что мне делать дальше, когда ко мне подошел этот мужик.
– Какой мужик? – спросил я, хотя об ответе я уже догадывался.
– Ты с ним тоже встречался, – сказал будильник. – Темный костюм. Хорошие волосы. – Он увидел, как я таращусь на него и добавил: – С ним мы тоже сотрудничаем. Он сказал, что Лора заехала в «Нирвану» и что я должен помочь тебе разыскать ее. Кроме того, он сообщил мне радиочастоту и велел прислушиваться к сигналу маяка, который скажет мне, где ты находишься. Классная штучка – какой-то имплантат, который, оказывается, вживили тебе в шею. Единственная причина, по которой я вчера не знал, где ты находишься, это моя слишком малая мощность, не позволяющая ловить сигнал из Флориды. Хотя, по идее, я должен был его чувствовать, когда ты был в Венеции и Гриффите.
– Не факт, – заметил я. – Тебе не приходит в голову, что кое-кто мог на время заблокировать сигнал, чтобы дать мне время выяснить отношения с Хеленой? Я бы его со счетов не сбрасывал. Он действует странно и загадочно. – Тут я пожал плечами. – Пришелец все-таки.
Будильник посмотрел на меня и на мгновение полностью затих. А потом расхохотался, что оказалось для меня абсолютной неожиданностью.
– Что? – хмуро спросил я. – Не знал? Так вот, поверь мне – этот мужик не из нашего мира.
– Да знаю я, – ответил будильник. – Только я думал, ты догадаешься.
– Догадаюсь о чем?
– Он не пришелец, Хап. Он бог.
Глава 19
Дек все еще дрых, но проснулся, услышав, как я вхожу через заднюю дверь. И мы оба в полном недоумении уставились на человека в темном костюме, который спокойно сидел в кресле, сложив руки. Он, в свою очередь, доброжелательно рассматривал нас.
– Что это за хрен, – спросил Дек, – и как он сюда попал?
Я сделал несколько шагов вперед и всмотрелся в лицо сидящего. Нормальное человеческое лицо, симпатичное, но не слишком. Прямой нос, белки глаз – чистые. Лицо хорошо вылеплено, а волосы прекрасно уложены, как у персонажа рекламного ролика.
– Это правда? – спросил я.
– Что именно?
– Мой будильник только что сообщил мне одну странную вещь. Он сказал, что вы все-таки не пришелец.
Будильник выбрался из моего кармана и спрыгнул на пол.
– Надеюсь, не выдал ничьей тайны, – сказал он.
Человек в темном костюме кивнул.
– Я еще раз повторяю, кто этот хрен? – вмешался Дек.
– Кажется, – пробормотал я, – он бог.
Нелегко мне далось вымолвить такое.
– Зашибись, уважуха и все такое, но как его зовут?
– У него нет имени, – сказал я. – Он просто бог.
Дек посмотрел на меня, приподняв бровь:
– Совсем уже?
– Почему же вы не сказали мне об этом вчера? – задал я вопрос человеку. – Почему позволили подумать, что вы пришелец, а правду поручили сообщить будильнику?
– А вы бы мне поверили?
– Скорее всего, нет, – признался я.
– Да я и сейчас не верю, – произнес Дек, на которого никто не обращал внимания.
– Но вы поверили говорящему будильнику, – улыбнулся мужчина. – Видите, каких посредников мне приходится выбирать, – он подмигнул будильнику. – Не хотел тебя обидеть, приятель.
– А никто и не обиделся, сэр.
– Значит, ребята в сером – это… – я облизал высохшие губы.
– Естественно, ангелы.
– Понятно. А разве они не должны славить ваше имя и так далее, вместо того чтобы бегать по Лос-Анджелесу с оружием?
– Вы же знаете, как с ними бывает, – пожал плечами человек в темном.
– Нет, – ответил я. – Не знаю.
– А почему они все выглядят одинаково? – поинтересовался Дек.
– А что значит внешняя оболочка?
Но от Дека было не так-то легко отделаться.
– А где их трубы или что там им положено вместо ружей?
– Вы что, смеетесь? – рассмеялся мужчина. – Вы когда-нибудь видели эти штуки в действии? Одной трубы достаточно, чтобы стереть с лица земли целый квартал. Я их запретил.
– Чушь собачья, – не сдавался Дек. – Трубы есть трубы.
– А Иерихон?[74] В трубах используется ультразвук, как и в резаках для камня, что использовались при строительстве пирамид.
– Их построили тоже вы? – спросил я.
– Немного помог. – Человек слегка сконфузился. – Иначе они бы до сих пор не управились. – Он разочарованно покачал головой. – И все равно работа шла очень медленно. Я просто изнывал от скуки.
– Сейчас я опять лягу спать, – заявил Дек, – а когда проснусь, этого чудилы здесь не должно быть.
– А я и так ухожу, – сказал тот, вставая. – Просто хотелось посмотреть, как у Хапа идут дела.
– Минуточку, – сказал я. – В прошлый раз вы оставили нас с Хеленой на двух вооруженных психов. На этот раз вы просто так не исчезнете.
– Думаю, вы скоро поймете, что вчера я вам немного помог, – ответил мой собеседник. – Большего ждать от меня не стоит. Мои возможности ограничены.
– Мы заметили, – проворчал Дек. – За последние-то две тысячи лет.
– Это не моя проблема, – резко ответил человек. – Вам, знаете ли, надо научиться хоть иногда брать на себя ответственность.
– Но как вы могли позволить…
– Не стоит. Это люди ведут войны, люди загрязняют реки, люди на машинах сбивают маленьких девочек, когда выпьют слишком много пива. Ничего не происходит, пока не происходит, а после этого я уже не могу ничего исправить. Поэтому не валите все на меня и на обстоятельства – валите на себя.
– У ангелов, – примирительно заявил я, – две наши подруги. Мы хотим получить их обратно.
– Конечно, хотите, – сказал мужчина, и к нему вернулось хорошее расположение духа.
– Вы заметили? И? Вы что, не можете заставить отдать женщин нам?
– В большинстве случаев я не могу никак на них повлиять, – покачал он головой. – Все, на что я способен, – это содействовать разрешению подобных ситуаций, а иногда что-то прятать от них, защищая таким образом материальный мир. Они бы добрались до вас гораздо быстрее, если бы я время от времени не затуманивал им глаза. А сейчас рекомендую сконцентрироваться на Страттене.
– В задницу его. Подождет. Мне нужна Хелена.
– Доверьтесь мне, молодой человек, – ответил мужчина. – И подумайте о Квоте. Разделяй и властвуй.
– Почему мы должны вам доверять? – поинтересовался Дек. – Ну да, у вас прекрасный костюм и прочее, но у нас считается, что если человек утверждает, что он господь бог, ему пора принимать торазин[75] и надеть смирительную рубашку.
Мужчина вздохнул и посмотрел вниз, на будильник. Тот пожал плечами, как бы говоря: сами видите, с чем мне постоянно приходится сталкиваться.
Мы с Деком в воинственном настроении ожидали приемлемого ответа. Ни один ублюдок не имеет права нам указывать, даже если он божество. Вот насколько мы круты.
– Я дам знамение, – пообещал человек в темном костюме. – Черт, дам целых три.
Он странно задвигал руками, как будто жонглировал без шаров.
– Хап, ты обнаружишь, что не можешь чего-то найти, но со временем поймешь почему. Дек, ты уже нашел то, что тебе нужно, так что удачи. А теперь последний фокус…
Постепенно воздух вокруг его рук начал светиться и сгустился до появления трех световых шаров, двигавшихся по четкой схеме. Через несколько секунд они стали шарами оранжевого пламени, а их сердцевины раскалились до такой степени, что побелели. Он жонглировал ими еще какое-то время, потом неожиданно расправил пальцы. Шарики превратились в синих бабочек размером с маленьких птиц; они порхали по комнате, пока не растворились в снегу, который медленно падал с потолка на ковер и таял.
– Всего доброго, – произнес мужчина и исчез.
Дек, будильник и я уставились на то место, где он только что стоял. Через какое-то время Дек закашлялся.
– Гребаный придурок, – произнес он.
В семь часов утра я колотил Венту в дверь. У меня уже успели заболеть кулаки, когда жидкокристаллический экран наконец зажегся и на меня уставилась помятая физиономия.
– Боже святый, – с чувством произнес Вент. – Ты же знаешь, приятель, что в это время я не занимаюсь бизнесом.
– Тогда считай это визитом вежливости, – посоветовал я, – и скорее открывай.
– А таких посетителей я принимаю только после полудня. – Вент зевнул. – Так что тебе не повезло.