Создатели фильма Мортимер и Розен собрали команду американских звезд скалолазания, в том числе Седара Райта, Ренана Озтюрка, Мэтта Сигала, Тофера Донахью и Хейди Виртз. Алекс попал в команду как многообещающий новичок. Режиссеры также заманили шестидесятиоднолетнего грандмастера Бернда Арнольда в качестве проводника, поднимавшегося по Эльбским Песчаниковым горам с поздних 60-х и до 80-х. Хотя в фильме Арнольд практически ничего не говорит по-английски, он радостно показывает свои обрывки от веревок, советуя снять обувь и карабкаться босиком, чтобы привыкнуть к странной скале. Товарищи Арнольда беспечно подчеркивают серьезность маршрутов, используя черный юмор. Как сказал один из них на английском с акцентом: «Если вы упадете отсюда, то можете стать легендой».
Кульминационная сцена в «The Sharp End» разворачивается после того, как американцы преуспели на некоторых из классических маршрутов и теперь хотели добиться большего успеха, чтобы спасти свою честь. Они собрались вокруг острого вертикального ребра – маршрута, который даже местные считают слишком опасным. Идут зловещие и страшные разговоры. Одетый в худи – толстовку с капюшоном – и запомнившийся Бену Смолли со средней школы асоциальным чудаком Алекс хранит молчание. Потом спокойно произносит: «Мы здесь уже около часа говорим о том, как это сложно и страшно. Мы должны просто сделать это».
Итак, Алекс решает лезть лидером. Его продвижение по ужасающему ребру великолепно снято и сменяется спонтанными комментариями приятелей за кадром. Седар Райт говорит: «Он стоит там в нерешительности десять минут. Смотрит на 30-метровый обрыв. Он может долететь до земли». В фильме вы можете услышать короткие вспышки сбивчивого дыхания Алекса. При этом его плавные, восхитительно выверенные движения выглядят как произведение искусства. Товарищи хвалят его за то, что он переживает за свою безопасность. «Смотреть на Алекса очень вдохновляет, – говорит один, – он так собран». Другой добавляет: «Алекс не от мира сего – у него есть способность оставаться спокойным и не забиваться до самой вершины». После того как Алекс закончил лезть, третий отмечает: «Не хотел бы я быть лидером на таком питче». Наконец говорит Седар Райт: «Я определенно немного завидую».
Не проронив ни слова, Алекс стоит на вершине шпиля и улыбается.
После того как в сентябре 2008 года Алекс залез фри-соло на Хав-Доум, Мортимер и Розен решили снять целый фильм об экстраординарных свершениях одаренного скалолаза. Однако никто не был свидетелем того, как Алекс залез на Moonlight Buttress или Хав-Доум. Решение было очевидным: спросить Алекса, готов ли он пройти заново два маршрута на камеру.
Мортимер вспоминает: «Он совсем не сопротивлялся. Он был готов к этому. “Ага! – ответил он нам, – мне нравится идея сделать несколько кадров на этих стенах”».
Однако материально-технические проблемы съемок были монументальны. К весне 2009 года, когда Sender были готовы снимать Moonlight Buttress, на маршруте оказалось несколько людей, лезущих в связках в старом стиле со множеством ИТО. К счастью, эти люди трудились на нижней части маршрута. Мортимер и фотограф киностудии Селин Сербо решили спуститься на 120 метров ниже вершины, повиснуть на веревках, а потом крупным планом снимать на камеру и делать фото того, как Алекс лезет соло верхних питчей – тогда скалолазы с ИТО не попадут в кадр. Алекс должен был спуститься вниз на 120 метров, снять страховочную систему и начать фри-соло вверх.
У Мортимера было дурное предчувствие в связи с тем, чего он хотел от Алекса. «Вдруг он разобьется насмерть только из-за нашего фильма? – волновался он. – Не представляю, как я буду жить с этим». Его съемочная группа также была напугана. «Когда мы собрались в Спрингдейле в ночь перед реенактментом (воссоздание реальных событий прошлого), – рассказывает Мортимер, – мы все были на нервах. Мы сидели в пиццерии, ждали, пока Алекс выйдет в туалетную комнату, и говорили друг другу: “Не знаю, должны ли мы делать это”».
«Когда Алекс вернулся, я начал спрашивать его: “Алекс, ты уверен?..”»
Он выкрикнул: «Вы, ребята, такие рохли! Мне позвонить кому-нибудь другому, чтобы заснять это?»
Участки, которые Алекс лез на камеру, – это питчи 5.12 выше ключа в 55–метровом внутреннем углу, где расположена идеальная тонкая трещина, в которой он заклинивал несколько пальцев и которая так вдохновила его, когда он впервые лез этот маршрут соло в апреле предыдущего года. Мортимер: «Было холодно и ветрено. Вид с вершины Moonlight Buttress просто сумасшедший. Он такой же головокружительный, как Эль-Кап. Снимая всего в нескольких метрах от Алекса, мы были предельно осторожны и старались не шевелиться, чтобы не отвлечь его. Не хотелось уронить крышку объектива или задеть даже мельчайший камешек».
Несмотря на это, Мортимер и его оператор были захвачены происходящим. Пальцы в тонкой трещине, ноги будто прилипли к гладкой стене, казалось, что Алекс еле держится на этих незначительных зацепах. Под ним разверзлась пропасть в 250 метров. Если он упадет, то ни обо что не ударится, а рухнет на землю у подножия стены. В этот момент Алекс повернулся к камере и сказал: «В общем, вы хотите, чтобы выглядело так, будто это сложно для меня?» По словам Мортимера, Алекс думал: «Этим ребятам, наверное, скучно там». Чуть позднее Алекс зажал колено в щели и внезапно отпустил обе руки. «Kneebar без рук, детка!» – ликовал он.
Несколько месяцев спустя команда Sender, уже немного в другом составе, включая Ника Розена, партнера Мортимера, и оператора Тима Кэмпла, собралась вместе, чтобы заснять повторное прохождение маршрута Regular Northwest Face на Хав-Доум. Тем временем два лучших альпиниста Америки – Джонни Копп и Мика Дэш – исчезли на горе Эдгар в западном Китае. Оба снимались в «The Sharp End» и были представлены в эпизодах исследований Шафат Фортресс (шеститысячная вершина Shafat Fortress) в Индии и пиков Шамони во Франции. Вместе с ними был оператор Вейд Джонсон, который также работал над «The Sharp End». Все трое жили в Болдере и были близкими друзьями сотрудников Sender Films. Sender снимал фильм о попытке восхождения на массивную, непокоренную юго-восточную стену горы Эдгар.
Это произошло, когда трое путешественников пропустили обратный рейс из Ченгду, где позже была начата спасательная операция. Лучшие скалолазы из Болдера и других мест, включая Ника Розена, сразу же вылетели в Китай, чтобы начать поиски. Им помогали китайские войска. 7 июня 2009 года тело Коппа было найдено у подножия стены, тело Джонсона обнаружили на следующий день. Очевидно, гигантская лавина, смешанная с камнями, снегом и льдом, обрушилась на стену, засыпав альпинистов. Тело Дэша так и не нашли.
Удивительно, но большая часть съемок Джонсона осталась неповрежденной и была восстановлена в базовом лагере. Мортимер и Розен использовали их, чтобы смонтировать фильм в честь своих друзей. «Точка невозврата» – «Point of No Return» – незабываемое произведение. Уже зная о судьбе трех молодых альпинистов, вы смотрите их трогательные прощания с девушками в аэропорту, шумные выходки в базовом лагере – и испытываете чувство подбирающегося страха. Вы видите чудовищный, практически непрерывный шквал обрушивающихся камней и льда, который заставил троих отказаться от маршрута до начала восхождения.
Мучительно видеть, что последней целью альпинистов было просто взобраться к бивуаку над базовым лагерем и забрать оставленное там несколькими днями ранее снаряжение. Глядя на то, как они идут прямо к своей гибели, вам хочется закричать в экран: «Просто идите домой! Оставьте эту чертову снарягу!»
Из-за катастрофы, которая потрясла все американское сообщество альпинистов и скалолазов, Мортимер и Розен подошли к Хав-Доум вместе с Алексом в мрачном, даже подавленном настроении. «У нас просто не хватало смелости делать что-то сумасшедшее и экстремальное, – говорит Мортимер, – мы решили ограничиться съемками самых легких нижних питчей, а затем спуститься с вершины к Зигзагам и Thank God Ledge, чтобы снять последние питчи».
Несмотря на опасения и печаль создателей фильма, «Один на стене» получился в целом жизнерадостным, а в некоторых местах даже беспечным. Этот фильм – маленький шедевр. Невозможно наблюдать, как Алекс выполняет свой танец без веревки на вертикальной скале, чтобы от просмотра не вспотели ладони. И среди скалолазов, и тех, кто никогда не лазал по горам и стенам, этот фильм рождает бурный спор о моральности фри-соло (хотя некоторые профаны просто не могут вынести просмотр фильма).
Доказательством кинематографического мастерства Мортимера и Розена является то, что большинство зрителей не осознают, что они смотрят реенактмент. Вместо этого фильм выглядит и воспринимается как документальная лента о двух смелых подвигах скалолазания XXI века. В качестве отступлений между эпизодами с Moonlight Buttress и Хав-Доум в фильме включены забавные вставки. Во время одной их них Алекс проводит экскурсию по своему фургону, который служит ему домом. Ведущий – Розен – спрашивает: «У тебя бывает здесь много девушек?» В ответ Алекс хохочет: «Я выгляжу так, будто у меня здесь бывает много девушек?» Во время другой вставки съемочная группа наносит визит в дом детства Алекса, в Сакраменто. Его мать, пока Алекс ежится от смущения, с гордостью показывает все обложки журналов, на которых размещены фотографии сына.
Иногда фильм выглядит даже немного легкомысленным, когда, например, Алекс ест из миски веткой дерева, используя ее как столовый прибор. Он использует ветку, словно обезьяна, выискивающая муравьев. «Это то, что делает нас людьми», – острит Алекс.
Изюминка фильма «Один на стене», конечно, заключается в восхитительных съемках Алекса на двух стенах. Вперемежку с этим действием звучат фрагменты комментариев приятелей Алекса. Один из его лучших друзей, Седар Райт, говорит: «Когда вы встретите Алекса Хоннольда, вы, наверное, подумаете: «Уф, этот парень неуклюжий, бестолковый, странный недотепа». Это происходит до того, как он начинает подниматься по скале и превращается в совсем другого человека. Он становится уравновешенным, грациозным, расче