Вон, как меня барыги в тавернах обманывали, почему бы и этой коварной и напыщенной бабище меня не кинуть, раз я, по её мнению, тупая деревенщина? Что-то во мне всколыхнулось и возмутилось — да какого черта я вообще должен платить за какой-то там кристалл? Я делал то, что мне велели, а последствия — не моя забота! Я их не просил мне экзамены устраивать. Так. Всё. На этом стоять и буду. Хорош меня без вины виноватить. Меня и так все и везде кидали. Я, между прочим, добровольно в этот мир прибыл, чтобы людям помочь, а не хотелки всяких хитрожопых личностей выполнять.
— Не согласен! — резко ответил я, — Ваш кристалл, не моя проблема. Вы хотели что-то там проверить — вот и проверили. А на возмещение убытков от ваших дурацких проверок я не подписывался!
— Ризольда, почему вы говорите о себе, как мужчина? — удивленно спросила женщина.
— Как хочу, так и говорю! — опять закинув ногу на ногу, но в этот раз, опустив руку на задравшуюся между ног робу, ответил я.
«Хватит! Надоели все эти игры в субординацию», — решил я. Это всё Виолетта виновата, живет в страхе перед каждой тенью и меня в такое мироощущение погрузила. Дворяне, не дворяне — да срать мне с высокой горы! Пусть в чужой монастырь со своими правилами не ходят, но я не обязан перед всеми стелиться, какие бы Графья и Герцоги передо мной не нарисовались. Не нравится, как я себя веду и говорю — так и отвалите от меня! И вообще, я не беззащитная овечка. Может, у меня вся известная по «Сфере» магия в арсенале имеется! Ща шарахну «Армагеддоном». Пусть потом ищут этот город на карте. Хотя нет, «арма» бьет и по заклинателю, пока иммунку к огню не раздобуду, с ним лучше не шутить. Фиг его знает, сколько у меня очков здоровья. Не уверен, что много. Да и сестрица могла за мной пойти и окажется в зоне поражения. Это я, конечно, выпендриваюсь, но если по сути. Вот, сейчас пошлю эту бабу куда подальше и схожу за город, в ближайший лес, проверю, что и как я могу. Даже с одним «лечением» я не безобиден. Оно так торкает, что десять секунд ноги ватные и глаза открыть не получается, так хорошо и прекрасно становится. Да я сейчас тут всех на кайф подсажу, будут за мной на коленях ползать, любые деньги предлагать, чтобы еще раз «подлечил».
Погоди-ка, а почему бы мне это с хитрожопой Луизой не провернуть? В сейфе денег много, я сам видел. Назначу ценник в пятьдесят серебра за дозу и вытрясу из неё всё до нитки. А почему бы и нет? Хотя, опасно, надо всё же сначала доступ к магии протестировать, а потом уже, с пониманием того, на что я могу рассчитывать, устраивать свои порядки. Короче, нечего мне тут рассиживаться.
Я решительно встал с кресла с твердым намерением уйти. Тема навешивания на меня непонятных долгов мне не интересна. Если натравят на меня городскую стражу, свалю из города, и поминайте, как звали.
— Вы куда? — вцепившись руками в подлокотники и пытаясь подняться на ноги вслед за мной, воскликнула Луиза.
— Я ухожу, платить ни за что не собираюсь. Всего хорошего.
Стоило мне пройти три шага, и взяться рукой за ручку двери, как я услышал за спиной грохот и сдавленный стон. Обернувшись, я увидел, что женщина растянулась на полу возле стола. Одна её «нога» неестественно подвернулась вперед, фактически усадив главу отделения на продольный шпагат, и не позволяла ей ни повернуться на спину, ни встать на колени.
— Проклятые деревяшки! — сорвалось с губ Луизы и, желая задержать меня, она воскликнула:
— Погодите, прошу вас, Ризольда. Я хотела вас видеть по другому поводу.
— Неужели? — с легкой издевкой в голосе спросил я, широко открывая дверь.
— Да! Исцелите меня! Исцелите, как исцелили Ральфа. Я заплачу, Заплачу, сколько скажете.
— Мои услуги стоят недешево, но боюсь, мне придется отказать, — получая нездоровое удовольствие от того, что меня кто-то упрашивает, ответил я.
— Но почему? — непонимающе качая головой, спросила Луиза, — чем я хуже Ральфа? Вы исцелили его даром, а я заплачу.
— Ты мне не нравишься, — презрительно глянув на лежащую в раскорячку женщину, сказал я, вышел из кабинета и прикрыл за собой дверь.
«Да! Один ноль в мою пользу!» — подумал я и бодро зашагал по лестнице вниз. Думала, легко сможет меня купить. «Я заплачу!» — «В жопу свои деньги засунь и с людьми разговаривать научись!» — злорадствовал я, прокручивая состоявшийся разговор в уме, хотя в деньгах я сейчас очень нуждался. Ральфа я застал стоящим за стойкой. Он уважительно поклонился и окликнул меня шепотом, подзывая к себе жестами:
— Простите, госпожа Ризольда. Подойдите, пожалуйста, сюда.
Я с опаской приблизился к стойке. Чего ему от меня надо? Ральф нырнул вниз и, вытащив из-под стола небольшой, но плотно набиты монетами мешочек, протянул его мне.
— Что это?
— Словами не выразить ту благодарность, которую я испытываю к вам, госпожа Ризольда. Вчера, после работы в гильдии было уже слишком поздно, чтобы нанести вам визит, поэтому я решил передать вам этот скромный дар сегодня, когда вы посетите леди Луизу. Я ваш слуга навеки. Вы, буквально, вернули меня к жизни. Я так мучился от болей, каждый день, каждую ночь, но их больше нет. Совсем нет. Обращайтесь ко мне в любую минуту и по любому поводу, я помогу. После работы я обычно обитаю в «Теплом очаге», что справа от северных ворот. Недалеко от базара. Буду рад помочь вам всем, чем смогу.
— Спасибо, Ральф, мне очень нужны сейчас эти деньги, — с благодарностью пожав мужчине руку, ответил я.
А вот и доброе дело ответным добром обернулось. Всё-таки не зря я Ральфу вчера помог, он про это не забыл. Вон, какой мешочек для меня притащил. Интересно, сколько здесь и какими монетами?
— А насчет леди Луизы, — не выпуская мою руку, продолжил шептать мужчина, — Вы, конечно, вольны поступать, как считаете верным, но не будьте с ней слишком строги. Она очень одинокий и несчастный человек. Кроме престарелого отца у неё больше никого нет, ведь она дочь простой наложницы. Остальная семья барона её перзирает, да и в жизни ей нелегко пришлось. Она на самом деле ранимый и добрый человек, просто пытается казаться сильной. Я-то знаю, уже пятый год ей служу. Видите ли, никто не хотел брать меня на работу, а она взяла и платила, как нормальному работнику и даже научила меня читать и писать. Так что…
— Ральф! Ральф! — раздались жалобные крики со второго этажа и мужчина виновато пожал плечами и устремился к лестнице, а я довольный, как всё прошло, направился к выходу.
Сейчас порадую Виолетту вкусным завтраком и схожу с ней за город, чтобы проверить доступные мне заклинания. Надо мне подготовиться к возможным неприятностям. Что-то мне подсказывало, что вижусь я с леди Луизой фон Райль далеко не в последний раз.
Часть 25Грабь награбленное
По пути в свою гостиницу, я с интересом заглянул в полученный от Ральфа мешочек и невольно поморщился. Хотя монеток было довольно много, но одни медяки. Высыпав кругляши в ладошку я пересчитал их, закидывая по одной монете назад в мешок — ровно пятьдесят. Так-так, по местному курсу это выходило пять серебра. Стандартная плата за услуги исцеления в храме. Мда… Не-то, чтобы я ждал от мужчины что-то особенное, но почему-то подумал, что администратор и личный помощник главы отделения гильдии может позволить себе и большее.
Я не хотел обвинять Ральфа в скупости, ведь не знал его доходов. Может, это все его накопления и, подарив мне большую сумму, он рисковал лишиться пропитания и даже оказаться на улице. В любом случае, его подарок оказался очень кстати. Скромных сбережений Ризольды хватило бы на утренний завтрак, а дальше — крутись, как хочешь.
Едва я зашел в гостиницу, как Брук сообщил мне о недавнем визите главы отделения авантюристов и спросил, готовить ли на нас с Виолеттой завтрак. Я заказал к обычной зерновой каше ещё по яичнице из двух яиц, порцию мяса гагли и пару почищенных от твердой кожуры, сладких местных фруктов, напоминающих груши, но гораздо ароматней и больше по размеру.
За две порции вышло в сумме восемь монет. Да уж, если нормально питаться три раза в день, то и подаренная сумма испарится за пару дней. Надо срочно искать членов в свою команду или другие способы заработка. Небось, Ральф и Луиза, не единственные калеки в городе. Кому-то моя помощь тоже будет в радость и без риска попасть под репрессии Культа.
С кухни повеяло запахом жаренного мяса и я привстал на цыпочки, согнувшись поближе к стойке и с наслаждением втянул носом аппетитный аромат. После безвкусного протеинового желе из пакетов с химическими красителями и ароматизаторами, вся еда в этом мире казалась мне очень вкусной. А мясо, приготовленное на открытом огне, с легким запахом дымка, вредной подгорелой корочкой и пряностями, вызывало целую бурю эмоций. Боюсь, с моими аппетитами, скоро на бедрах Ризольды появятся лишние килограммы и её старенькая, даже сейчас тесная ряса, растрескается по швам.
Пощекотав рецепторы носа, я направился в свою комнату. Когда я уходил, сестра еще спала. Я закрыл дверь на ключ, поэтому возвращаясь в комнату, тоже не стал стучаться, а просто открыл замок ключом. Распахнув дверь, я застал девушку обнаженной. Она сидела на краю кровати, вывернув набок шею с расстроенным выражением на лице. Ёлки палки — кожа да кости, даже вместо груди одни соски на ребрах — никуда не годится. Ну ничего, я её откормлю, будет на что посмотреть.
— Что-то случилось? — спросил я, заметив расстройство сестры и спешно прикрывая за собой дверь.
На втором этаже жило еще несколько постояльцев, и один из них как раз покинул свой номер и двигался в направлении нашей комнаты. Незачем смущать и без того стеснительную Виолетту взглядами посторонних.
— Риз, посмотри, пожалуйста, что там у меня на спине? Оно болит и чешется, — чуть не плача, попросила девушка.
Я сел на стул со стороны окна, а Виолетта приподняла и сдвинула вбок свои длинные, распущенные волосы, чтобы я мог получше разглядеть спину. Мама дорогая! Я думал, что Виолетта вчера спала как убитая потому, что все клещи в этой комнате кусали меня, но оказалось, что это совсем не так. Весь её правый бок был плотно усеян сотнями уже разодранных до крови бугорков. Клопы сожрали несчастную девушку за ночь куда сильней, чем меня. Наверное, она так сильно устала вчера от пережитого стресса, что вырубилась без задних ног. Это позволило мерзким кровопийцам безнаказанно издеваться над её хрупким девичьим телом.