Я столь бушевала, что Денис тоже остановился. Посмотрел на надутую, как рыба-ёж, меня, улыбнулся — ласково, мягко и благодарно — и негромко сказал, из-за чего вся моя воинственность разом закончилась:
— Спасибо, Лара.
16
Денис
Соседка была такая смешная в своём бунте, что Денис решил сделать вид, будто он ей поверил. В любом случае — даже её попытка подбодрить его дорогого стоит, и неважно, думает так Лара на самом деле или нет.
Денис допускал, что она искренне считает именно так, как сказала, но был уверен: если бы её дочь забеременела в восемнадцать лет, Лара бы начала рассуждать иначе. Со стороны всегда проще судить, возмущаться чужой безнравственностью, а вот захотела бы Лара сама, чтобы Агата вышла замуж за парня без перспектив, денег и уникальных мозгов? Вряд ли. Может, отказ от ребёнка не одобрила бы, заявила, что будет помогать дочери, но вот в том, что Лара не позволила бы Агате выйти замуж за парня типа него, Денис почти не сомневался.
Но за попытку спасибо — ему было приятно. И хотелось самому сказать Ларе что-то приятное, но что Денис никак не мог сообразить. А потом они подошли к зданию детского сада, вошли внутрь, зашагали к веранде — и стало уже не до разговоров, так как им обоим навстречу понеслись две детские фигурки.
— Вы в одной группе, что ли? — удивился Денис, моментально вспомнив, что слышал имя Агата не только от Лары, но и от сына.
— Ага! — кивнул Вова, на мгновение обняв Дениса. Обнимашки он с недавних пор почти разлюбил, и если обнимался, то совсем недолго. — Здравствуйте, тётя Лара!
— Можно просто Лара, без тёть, — улыбнулась соседка, и Денис что-то заподозрил.
— А вы знакомы?..
— Я видела Вову сегодня утром, — пояснила Лара. В отличие от Вовы, Агата по поводу объятий не комплексовала — чуть не задушила мать. — Я Агату привожу попозже, к половине девятого, и она вывела Вову познакомиться.
— А давайте пойдём вместе гулять! — тут же предложил сын. — Агата сказала, здесь недалеко есть классная площадка с кораблём, я такую ещё не видел. Пойдём, пап?
— Я бы не сказала, что она недалеко, туда минут двадцать идти, — пробормотала Лара немного растерянно. — Но, в принципе, можно, если вы никуда не торопитесь…
— Мы только ужинать торопимся, но ужин часа через два, — улыбнулся Денис, протягивая руку Агате. — С тобой мы ещё не познакомились. Я Денис.
— Очень приятно, — вежливо ответила девочка, пожав его ладонь. — Агата. Извините, что мы вас затопили.
— Ничего страшного, я уже всё убрал. Ну, будешь сегодня нашим проводником? Показывай, где твой корабль.
— Если корабль, то не проводником, а капитаном, — оживилась Агата. — Мам, можно же?
— Можно, — согласилась Лара, и кто бы объяснил Денису, почему сразу после её ответа он почувствовал воодушевление? — Только недолго, максимум в половине девятого надо быть дома.
— Хорошо! — подпрыгнула Агата, схватила Вову за руку — и они вместе помчались к воротам детского сада.
17
Лара
Меня не слишком удивило то, что Агата сразу спелась с Вовой. Она больше дружила с мальчишками и очень тянулась к мужчинам — видимо, подобным способом добирала отсутствие отца. С удовольствием общалась с дедушкой, собирала коллекцию машинок и хвасталась ею на улице, носилась с мальчиками и в футбол, и в другие подвижные игры. Кроме прочего, Агата была лидером по характеру, любила наводить порядок и брать под покровительство — так что ничего удивительного, что она решила подружиться с новичком.
Удивительным было другое. Обычно мне было всё равно в отношении чужих родителей, хотя кто-то нравился больше, а кто-то меньше, но в случае с Денисом я чувствовала безмерную радость оттого, что дети идут впереди нас, держась за руки, и болтают о своём.
Абсурд. Ну ладно гормональный взрыв — Денис для меня был словно тортик для голодающего, — но это-то почему?
— Ты теперь обо мне почти всё знаешь, — неожиданно сказал сосед, и я напряглась, ощутив — сейчас я услышу нечто не очень приятное. И точно. — Давай тогда про тебя. Где папа Агаты?
— А можно матом? — съязвила я, моментально ощетинившись. — Я знаю отличную рифму к слову «где».
— «В Караганде»?
— Не угадал!
— Да ладно, — засмеялся Денис, глядя на меня с весельем. — Можешь не отвечать, по реакции понятно. Развод, игрушки пополам.
— Если бы пополам, — хмыкнула я. — Всё своё унёс, всё общее — в том числе Агату — оставил. Там новые дети появились, старые не нужны.
— Знакомо.
— В смысле? На свою бывшую намекаешь?
— Нет, на моего отца. Только развода не было — мама умерла, когда мне было пять, — спокойно пояснил Денис. Точнее, с виду спокойно — я по глазам видела, что эти воспоминания для него до сих пор одни из самых больных. — Отец отдал меня бабушке с дедушкой, решив, что не справится с ребёнком. А потом женился на другой женщине. У меня вроде как брат и сестра есть, но я их ни разу не видел.
— Дикость какая-то, — вырвалось у меня, но больше ничего сказать я не успела — Агата и Вова достигли цели, хором восторженно взвизгнули — и побежали покорять корабль.
— Ничего себе сооружение, — присвистнул Денис. — Внушительное. И горки есть, и лестницы, и внизу местечко, как трюм… Окошки ещё круглые… Пожалуй, Вовка сюда будет часто наведываться.
— Мы тоже раньше ходили, но потом Агате надоело.
Несколько минут мы просто стояли на краю площадки, наблюдая за детьми, причём периодически теряли их из виду — по кораблю бегало столько ребят, что зачастую они сливались в единое многоногое и многорукое чудовище, — а затем Денис предложил сесть на лавочку, и я согласилась.
Несколько минут мы сидели и молчали. Не знаю, о чём думал сосед, с улыбкой глядя на Вову, а я вот рассуждала о судьбе своего нового знакомого.
Есть у меня с детства одна особенность… Я за справедливость. Терпеть не могу, когда страдают невиновные, когда конкурсы выигрывают недостойные и бесталанные, зато с деньгами, когда жизнь раз за разом больно бьёт беззащитных.
Честно говоря, пока мне казалось, что судьба обошлась с Денисом несправедливо. Если он, конечно, не врёт насчёт детства и ситуации с биологической матерью Вовы — но я не верила, что он может врать. Зачем? Наверняка так всё и было. Но за что Денису так достаётся от жизни? Он в прошлом воплощении был серийным убийцей, чиновником-взяточником, надзирателем в концлагере? Иначе подобную жестокость не объяснить.
Как он вообще умудрился остаться добродушным парнем, а не обидеться и озлобиться? Ещё и ответственность за Вову на себя взял.
Я невольно покосилась на безмятежно-голубое небо и мысленно вопросила:
«А когда воздаяние? За плохие поступки надо, но и за хорошие тоже!»
— Ты чего таращишься в небо? — внезапно спросил Денис, и я вздрогнула. — Самолёт, что ли, летит?
— Вроде нет, — пробормотала я, смутившись. — Просто интересно, почему одним — всё, а другим — ничего.
— И ответ ты ищешь в небе? — развеселился Денис.
— А где ещё его искать как не там?
— В себе, мне кажется. В душе.
Я была не уверена в том, что смогу найти ответ на этот вопрос где бы то ни было. Миллионы людей не находят, пишут по этому поводу философские трактаты, а меня вдруг осенит? Нет уж.
— Философия — это всё-таки не моё, — заключила я, решив поменять тему. — А почему ты читаешь Ливия? Интересуешься историей?
— Ага, — подтвердил Денис и начал рассказывать.
18
Денис
Давно он не получал такого удовольствия от обычного разговора. Хотя, на самом деле, разговор не был обычным — по крайней мере для Дениса не был. Он редко обсуждал в реальной жизни то, что его интересовало, — а именно историю, архитектуру, политику, культуру и искусство, нынешние и прошлые. Мог поговорить с незнакомцами в группах, на которые был подписан, но редко — времени не хватало. Да и возникал порой один любопытный эффект, который Денис называл «эффектом соцсетей», — когда собеседники стремятся поссориться, что бы ни обсуждали. Давно заметил, что споры бывают практически под любым постом, а он не любил конфликты.
Но с Ларой легко было не конфликтовать — злючкой она была, по-видимому, лишь когда включалась защитная реакция. А при обычном обсуждении особенностей римской истории — нет, её вредность спала. Зато включалась эрудированность и умение интересно рассказывать — Денис даже толком не заметил, как почти полностью отключился от реальности, с открытым ртом слушая лекцию Лары о Троянской войне.
И ни он, ни она совсем не заметили, как прошло больше двух часов, — до тех пор, пока Вова и Агата не подошли к ним сами и не поинтересовались, когда вообще домой.
— Кушать хочется, — сообщил Вовка доверительно, и только тут Денис очнулся.
— Точно, пора домой, — кивнула Лара, поднимаясь с лавочки и потягиваясь, из-за чего футболка соблазнительно обтянула её невеликую, но аппетитную грудь — две маленькие булочки. Даже изюминки наверняка есть…
Покачав головой и удивляясь, что умудрился влипнуть в соседку меньше чем за сутки — как мальчишка с бушующими гормонами, — Денис тоже встал и сказал, обращаясь к сыну:
— Хорошо, что вы с Агатой следили за временем, а то мы с её мамой заболтались.
Дети странно переглянулись, а потом Вовка произнёс совсем уж неожиданное:
— Пап, а может, пригласим их в гости?
— Кого? — не сразу понял Денис и совсем обалдел, когда сын пояснил:
— Агату и тётю Лару.
— Можно просто Ларой меня называть, — вмешалась соседка, вздохнув. — А то, когда я слышу слово «тётя», мне становится грустно. Хуже только «бабуся», но это ещё впереди.
Агата рассмеялась, Денис тоже улыбнулся, а вот Вовка явно не понял, в чём смысл.
— Почему? Я бабушку так не называл, но вроде тоже нормально…
— Нормально. Но знаешь: любой взрослый в душе — ребёнок. И представь: я в душе — маленькая девочка, а ты мне — «тётя Лара». Не хочу быть тётей!