— Что, жалко стало? — подмигнул Брехт. — Ладно. Подожду, но только до рассвета!
Ночь прошла спокойно. Нет, пару раз издалека долетали чьи-то жуткие вопли, да проснувшийся по нужде Льор перебудил весь лагерь — подобравшись к мирно спящему орку, он растолкал его, требуя, чтобы тот сходил с ним вместе до ближайших кустов. Брехт, спросонья не понявший, в чем дело, без затей врезал юноше по уху — чтоб не домогался! Король Кейтор ржал до боли в животе, Каспар бледнел и заикался, и лишь Тан спокойно встал, набросил на плечи плащ и жестом велел Льору следовать за собой. Когда они вернулись, никто не спал, и все смотрели на парочку с живым и плохо скрываемым интересом.
— Что-то вы больно быстро вернулись! — высказал общую мысль Кейтор.
Льор потупился, а Тан покачал головой:
— Как вам не стыдно! Тут неизвестно, что за твари бегают. Утащили бы мальчика, он бы и пикнуть не успел!..
Багровый до кончиков ушей, Льор бросил на него благодарный взгляд, и Брехт почувствовал себя неуютно. Одноглазый действительно прав. Они в Ничейной Земле. Что тут водится — неизвестно!
— Он не мальчик, он воин, — проворчал орк. — Ты вон лучше свою волшебницу до кустов провожай, а его не трогай!
Видящая подпрыгнула от такого намека, а Тан встрепенулся:
— Ты, никак, ревнуешь?
— А за пошлые намеки сейчас кто-то точно словит по уху! — проворчал Брехт. Сон куда-то делся, и он встал, завернувшись в плащ: — Всем спать, а я пройдусь…
— До кустиков? — захихикал король. — Тебя проводить?
— Подержать за шиворот ту тварь, которая рискнет ко мне подкрасться со спины! — проворчал Брехт, подхватывая копье.
Ближайшие кусты тут же зашевелились, задрожали, и послышался быстро удаляющийся топоток маленьких лапок. Орк с быстротой молнии швырнул вдогонку палку — тратить копье на кого попало не хотелось, — но существо исчезло в ночи, так и не дав себя подбить. Удалось разглядеть лишь, что оно ростом с небольшую собаку, но внешне больше похоже на крысу с панцирем.
Обойдя лагерь, Брехт вернулся к почти погасшему костру. Благодаря последним еле тлеющим уголькам и нескольким редким звездочкам ему, жителю подземелий и нелюдю, тут было достаточно светло, и он все прекрасно видел. Король Кейтор и Каспар тихо спали каждый на своем месте, а вот к Тану с боков придвинулись Видящая и Льор. Одноглазый эльф обнимал их за плечи, и лицо у него даже во сне было такое довольное, что Брехт почувствовал настоятельную необходимость врезать бывшему фьордеру по роже.
Неожиданно для себя орк испытал зависть. У всех его спутников были семьи — или же имелся неплохой шанс обзавестись семейством в ближайшем будущем. Каждый был кому-то нужен, у каждого было плечо, на которое можно опереться. Даже сирота Льор — и то вон как доверчиво прильнул к плечу Тана, уверенный, что его не прогонят. И только он всю жизнь оставался одиноким. Он сам лишил себя семьи, покинул род и теперь обречен вечно странствовать по свету, не зная, удастся ли где-то остановиться. И вообще, стоит ли останавливаться? Ведь есть прелесть и в бесконечной дороге!
Брехт тихо выругался и сел на ближайший валун. Спать не хотелось. Да он бы все равно не уснул. Стоило ему присесть, как родилось странное ощущение чужого взгляда, упирающегося между лопаток. Нет, его обладатель не собирался нападать из кустов, он просто смотрел, но спокойнее от этого Брехту не было.
Впрочем, это же Ничейная Земля! Тут может быть всякое!
Привстав, Брехт пихнул тупым концом копья Видящую. Девушка так и подпрыгнула, но, хвала всем духам, не закричала, лишь уставилась на орка недоуменными глазами, круглыми, как у совы.
— За нами кто-то наблюдает! — прошептал Брехт. — Ты, шаманка, можешь что-нибудь сделать?
Минуту или две волшебница сидела неподвижно, отрешенно глядя на совсем догоревшие угли, потом встала и решительно полезла в них руками. Выбрав один, самый крупный и горячий, она зашептала что-то, обвела угольком круг возле каждого спящего. В последнюю очередь она замкнула линию вокруг Тана, Льора и себя и зачем-то спрятала наполовину искрошившийся уголек в изголовье. Брехт не стал ее ни о чем спрашивать. Ощущение чужого взгляда исчезло совершенно…
И только где-то далеко сосредоточенно смотревший в чашу с водой бритоголовый человек сердито поморщился и выругался.
Утром выяснилось, что прошел снег. И хотя дежуривший последним Каспар клялся, что не сомкнул глаз, и для него слой пушистого белого покрывала оказался новостью. Снег засыпал спящих, и все какое-то время яростно отряхивались. К тому же выяснилось, что дрова, припасенные накануне, отсырели.
— Ничего-ничего! — Кейтор бодрячком пробежался по лагерю. — Перекусим сухим пайком — и вперед! Я чую дракона! И вообще сегодня будет необычный день!
— С чего это вдруг? — поинтересовался Брехт. — Вы умеете пророчествовать?
— Нет, но я… Я просто это знаю! — отмахнулся король. — Так-так, что стоим? Кого ждем? Живее, живее! Дракон ждать не будет — мах-мах крылышками, и поминай как звали! Идем в ту сторону!
— А почему не во-он туда? — Брехт ткнул копьем в прямо противоположном направлении.
— Но ночью рев слышался оттуда! — пожал плечами Кейтор. — Значит, и идти надо на звук!
Брехт хотел сказать, что некоторые хищники нарочно так направляют звук, что, напуганная рыком, дичь сама бежит в их пасть и что спросонья трудно определить, откуда доносится разбудивший тебя звук, но промолчал. В конце концов, их наняли не для того, чтобы они спорили с королем, а для того, чтобы они сопровождали его неугомонное величество на подвиг и обратно, в целости и сохранности.
Лагерь был свернут за считаные минуты, после чего навьючили лошадей и двинулись следом за довольным жизнью королем. Тот шагал впереди, небрежно помахивая мечом и периодически сбивая себе на голову снег с веток. В другой руке у него был бутерброд с ветчиной, и Кейтор ухитрялся жевать и говорить одновременно:
— А согласитесь, это просто прекрасно! Что может быть лучше прогулки на свежем морозном воздухе? Только точно такая же прогулка, но теплым летним вечером под ручку с предметом своей страсти… Эй, орк, а ты когда-нибудь ходил с кем-нибудь под ручку?
— Нет.
— И зря! В жизни надо попробовать все!..
— Слышала? — неожиданно обратился Тан к волшебнице. — А ты меня то и дело пилишь — «бросай пить», «бросай пить!» А в жизни…
— Знаю-знаю, — ответила девушка. — Только к этой фляжке ты прикладываешься каждые полчаса! По-моему…
— По-моему, там сейчас совсем не то, что было вчера! На, попробуй! — Тан протянул ей флягу.
— Нет! Сама пить не буду и тебе не дам! — Волшебница попыталась выхватить флягу из рук Тана, а когда не смогла дотянуться, то по привычке треснула его посохом.
— У-ау! — взвыл тот. — Видимо, папа все-таки надеется от меня избавиться, раз отправил со мной тебя! Ты решила меня доконать?.. Все беды от вас, волшебниц! Женщина не должна быть магом! Женщина должна сидеть дома и рожать детей!
— Да от кого их рожать-то, — завелась Видящая, — если все нормальные мужчины, кого ни возьми, либо женатые, либо… либо…
— Бандиты, разбойники и убийцы? — захлопал ресницами одноглазый.
— Такие, как ты! — выпалила девушка и, неожиданно схватив заветную флягу, что было сил метнула ее подальше в кусты.
— А! — только и вырвалось у Тана.
Они успели отойти довольно далеко от места стоянки и сейчас пробирались по склону холма вдоль довольно крутого обрыва, на котором стеной рос густой кустарник: судя по ягодам, смесь орешника, бузины и терновника. Вид отсюда открывался внушительный — у подножия холма протекала река, а противоположный ее берег был куда как ниже и порос островками заснеженного леса. Местность вокруг была дикой и совершенно непроходимой — для тех, кому дорогу не прокладывал неунывающий король Кейтор.
Фляга мелькнула в кустах и, судя по звуку, шлепнулась где-то на склоне. Коротко взвыв, Тан бросил повод и стрелой ринулся спасать собственность. Отряд остановился.
— Зря вы так, — вежливо обратился Каспар к волшебнице. — Конечно, он много пьет, но у него есть на это причины!
— А мне плевать на причины! — запальчиво возразила та. — Меня больше интересуют последствия. Он же так совсем сопьется! Вы друг, но ничего не делаете для того, чтобы спасти его, а спокойно наблюдаете, как он гибнет!
Льор хлопнул ресницами.
— Он вам тоже нравится? — робко спросил юноша.
От такого заявления Видящая задохнулась, в свой черед захлопав глазами и только открывая и закрывая рот, но справиться с собой и ответить не успела. Обратно на тропу сломя голову вылетел Тан. Единственный глаз его чуть не вылез из орбиты. Фляги при нем не было.
— Т-там, — выдохнул он, — д-дракон!
— Ой! — пискнул Льор, ныряя за спину Брехта.
— Мама, — эхом отозвалась Видящая, делая шаг к Тану.
— Ура! — закричал король Кейтор и галопом бросился в проделанную эльфом просеку.
— Стоять! — рявкнул Брехт, кидаясь следом и в самый последний момент ловя своего работодателя за шиворот.
— Пусти! — Король засучил ногами на весу. — Немедленно отпусти, иначе я за себя не отвечаю!
— Правильно! — Брехт встряхнул короля, как пыльный коврик, и Кейтор заткнулся, слегка прикусив язык. — За вас отвечаю я! И поэтому сначала надо сходить на разведку. Мы пошлем…
Поставив короля на землю и на всякий случай еще и придерживая, Брехт обвел взглядом крошечный отряд. Запоздало вспомнилось, как королева Лиана упрашивала супруга взять с собой хотя бы двоих гвардейцев — для охраны и обеспечения необходимого комфорта. Ибо где это видано, чтобы глава крупного государства и одно из первых лиц на материке (после орочьей морды некоего императора, правителя Калимшана и еще парочки товарищей) путешествовал практически в одиночку, без прислуги, секретаря, личной охраны и так далее. Тогда Брехт был согласен с королем, решительно отвергшим это предложение, а сейчас подумал, что парочка гвардейцев им могла бы пригодиться…
— Выбираешь, кого не жалко? — угадал его мысли Кейтор. — Это правильно! Лучше пожертвовать малым, чем…