– Как ты могла ему обо всем рассказать? – Трент стал для меня старшим братом. Но ведет он себя как великовозрастный мальчуган, любимое занятие которого – дразнить меня на пару с сестрицей. И слышать подтрунивания от него куда более неловко. – Теперь он меня изведет разговорами на эту тему! Да еще и Дэну разболтает, и они будут издеваться надо мной вместе!
– Ливи, не парься! – прерывает поток моих гневных слов Кейси. – Он больше ничего не скажет. И потом, должна же я была как-то объяснить, почему у меня в телефоне фотки с голой мужской задницей. А то бы Трент решил, что я ему изменяю.
– Ясно.
– Только ты не волнуйся. Сегодня ночью я его здорово отлуплю за тебя. – Последние слова предназначаются не мне, а Тренту, который, надо думать, стоит неподалеку и довольно ухмыляется.
– Отлично, – бормочу я. Да, ничего не скажешь – сестра моя полностью раскрепощена в сексуальном отношении.
– Послушай, а ты сталкивалась еще с тем парнем? Как его звали?
– Эштон. Сталкивалась, – с неохотой признаюсь я.
– Ну и… как оно было?
Я вздыхаю.
– Как будто в бассейн с бензином бросили зажженную спичку.
– Вот это да!
Вкратце передаю сестре наш разговор.
В трубке то и дело слышится грохот – это Кейси швыряет все подряд в мойку.
– Вот придурок! Следующий раз, когда прилечу к тебе, я ему точно яйца оторву, как и обещала.
– Не надо. Все в порядке. Я уже это пережила. Сегодня мы с Риган идем с друзьями на вечеринку. Сижу и жду, пока она выйдет из душа. Скоро уходим.
– Здорово. Я знала, тебе понравится эта девчонка. – Слышу, как открывается дверь на веранду, микрофон гудит от налетевшего бриза. Кейси со вздохом облегчения устраивается поудобнее в одном из кресел. – Надеюсь, вы повеселитесь на славу. Только коктейлями не злоупотребляй, раз меня рядом не будет и некому будет подавлять чудовище, которое рвется из тебя наружу.
– Смешно. – Кусаю губу, решая, стоит ли мне поделиться с сестрой тем, что мне сказал доктор Штейнер. Пожалуй, это лишнее. Не хочу, чтобы сестра волновалась. Тем более, волноваться не о чем. Доктор Штейнер ошибается.
Я еще не успела принять решение, а Кейси в свойственной ей манере дает мне совет:
– Если повстречаешь очередного мачо, пусть наденет презерватив.
– Фу-у-у, Кейси! – встревает в разговор Трент. – А ты, оказывается, еще и зануда!
– Что?! Просто я должна удостовериться, что моя сестренка-девственница будет во всеоружии, когда выпустит на волю свое чудовище.
– Что еще за чудовище? У Ливи есть чудовище? – доносится голос Бена. Это симпатичный приятель Кейси, нынче адвокат, а до этого – вышибала в клубе. – Ни хрена себе! Мне надо с ним познакомиться. Обожаю монстров.
Ну вот, теперь все всё знают. Даже за тысячи миль моя сестра умудряется доводить меня до исступления. Я скрежещу зубами.
– Кейси, ну почему я ни разу не попробовала спиртного еще до Принстона? Я давным-давно должна была знать, что пить мне категорически противопоказано. Почему ты не дала мне возможности напиться раньше?
– Неправда, я пыталась. Помнишь? Я как любящая старшая сестра подсыпала тебе спайс в чай со льдом. Тебе мало?
Открывается дверь, и в комнату входит Риган. Швыряет свои вещи на туалетный столик и выразительно стучит пальцем по своим наручным часам. Потом кивком дает понять, что будет ждать меня в холле.
Киваю и показываю палец, дескать, буду через минуту.
– Кейси, мне пора. Передавай всем привет. И скажи, что я скучаю.
И у меня снова появляется тревожная мысль, что я обязательно должна рассказать ей про разговор с доктором Штейнером, только не знаю как. Я знаю, что он не прав, но… вдруг он прав? Знаю, что сестра ему поверит. Может, поэтому я не хочу ей говорить. Из-за того, что она мне скажет? Что же она мне посоветует? Наверное, как и обычно: живи дальше и совершай свои ошибки.
– Кейси, ты меня слушаешь?
Похоже, она тут же восприняла мой серьезный тон, и сама посерьезнела.
– Да, Ливи?
– Скажи мне, как понять, правильно ли ты живешь или нет?
Повисает долгая пауза. Такая долгая, что я проверяю телефон – не отключилась ли она.
– Методом проб и ошибок, Ливи. Другого способа я не знаю.
– Пока все тихо, – говорю я Риган, когда мы подходим к большой веранде, пристроенной к фасаду двухэтажного современного особняка в «ремесленном» стиле[3], окруженного высокими дубами. Неделю назад я поднималась по этим же ступеням, и у меня так же радостно трепетало сердце. Только на этот раз все по-другому, потому что я иду в гости по приглашению Коннора.
Коннор. При мысли о нем сердце трепещет еще сильнее.
– Еще рано, – говорит Риган, взбегает по ступенькам так, словно бывала здесь тысячу раз, тянет за ручку и открывает дверь.
– Риган! Может, надо постучаться или…
– Гиджет! – слышу я мужской голос и, заглянув через плечо Риган, вижу, как нам навстречу по длинному холлу спешит парень, шлепая по деревянному полу босыми пятками.
– Кто это? – шепотом спрашиваю я. Помню, она сама говорила тогда на вечеринке, что много кого знает. Она что, знает всех в этом доме? И Коннора тоже? Когда я сказала, что он меня пригласил, Риган тут же откликнулась: «Я с тобой!»
– Ты что, не помнишь Гранта? – довольно громко спрашивает она и ослепительно улыбается. Да, тактичностью моя соседка не страдает.
Подойдя к нам, парень делает обиженную гримасу и упавшим голосом спрашивает:
– Не помнишь меня? Совсем? – И прижимает ладони к груди, словно у него сердце заболело.
– Я… мне… – лепечу я, бросая на Риган гневный взгляд, и чувствую, что у меня вспыхивают щеки. А эти двое радостно хохочут.
Парень с задорным видом протягивает мне руку.
– Привет! Я – Грант. Рад, что вы пришли.
Застенчиво улыбаюсь и жму ему руку.
– Ливи.
– Для меня ты навсегда останешься Ирландкой. – Он подмигивает мне, а потом поворачивается и уходит в глубину дома.
Назвал меня Ирландкой.
Почему он назвал меня Ирландкой?
Я его не помню.
Почему я его не помню?
Боже праведный! Он видел меня в тот вечер. Наверное, знает Эштона. А он знает, что я вытворяла с Эштоном? Скажет ли он Коннору, что, выпив, я становлюсь маньячкой? Или уже сказал? А что, если Коннор теперь не хочет иметь со мной ничего общего?
Это катастрофа.
Риган хватает меня за руку и сжимает.
– Ливи! Отомри! Я тебя боюсь.
– Извини, – еле слышно бормочу я. «Все в порядке», – пытаюсь успокоить себя.
Мы идем за Грантом мимо просторной пустой гостиной.
– Риган поразила меня в самое сердце, и я буду любить ее до гробовой доски, но пока она не остепенится, я ограничусь свиданиями, – бросает Грант через плечо.
– Боюсь, что в таком случае тебе придется ходить на свидания до самой пенсии, – фыркаю я, искоса поглядывая на Риган.
Грант останавливается и оборачивается к нам лицом.
– Она того стоит. Дамы, хотите чего-нибудь выпить?
Не успеваю я открыть рот и попросить воды или колы, как Риган делает за нас заказ:
– Как обычно, Грант. Благодарю.
У меня есть смутное подозрение, что «как обычно» – это что-нибудь из батареи бутылок со спиртным на кухонной стойке, которая маячит впереди. А Грант, очевидно, в курсе пристрастий Риган.
– Гиджет, любой твой каприз! – говорит он с чарующей улыбкой и поворачивает за угол.
Хватаю Риган за руку, пытаясь ее задержать.
– Риган! Ты ведь знала, что он здесь живет?
Она хмурит брови.
– Разумеется, знала.
Чувствую, как у меня глаза лезут на лоб.
– Так ты знала, что он сосед Коннора…
– Угу, – рассеянно соглашается она и, вырвавшись, спешит на кухню.
Почему она увиливает?
– Привет, Ливи! – слышу я и, обернувшись, вижу Коннора – с сияющим видом он спускается по лестнице. Вздыхаю с облегчением. Ну хотя бы он, похоже, не раскаивается, что пригласил меня на вечеринку.
Через секунду он подтверждает мою догадку: обнимает меня за плечи и прижимает к себе, словно мы с ним давние друзья, а не пару дней назад познакомились.
– Рад тебя видеть, – шепчет он мне на ухо, вызывая дрожь.
– Взаимно, – улыбаюсь я, мне тепло в кольце его рук.
Нежно приобнимая за плечи, Коннор ведет меня в просторную кухню, декорированную под камбуз: много темного дерева и нержавейки. Во время той вечеринки я ничего этого не видела, поскольку мы вошли в цокольный этаж со стороны заднего двора. Я более чем удивлена, что студенты живут в подобных условиях. Задняя стена дома практически полностью состоит из окон, выходящих на заросший деревьями задний двор.
– Ты знакома с Тэвишем? – спрашивает Коннор, кивая в сторону плотного парня, примерно моего роста, с рыжеватыми волосами, который облокотился на стойку и с сосредоточенным видом поглощает пиццу.
– Зови меня просто Тай. – Он вытирает ладонь о джинсы и протягивает мне.
– Вот олух! Это Америка. И мы не дикари. Нука, изволь вымыть руки, а потом уже знакомься с дамами, – ворчливым тоном наставляет его Грант, протягивая мне бокал и играя бровями. Улыбка у него очень приятная и дружелюбная.
Тай громко огрызается с нарочитым шотландским акцентом, которого только что не было. Я толком не поняла, что он сказал, но увещевания Гранта не пропали втуне – Тай идет к мойке и смывает с рук жир от пиццы.
– Если тебе взбредет в голову блажь пойти на свидание с парнем в килте, Тай к твоим услугам, – говорит Коннор с лукавой усмешкой.
– В килте? – громко повторяю я, вспомнив фотку из телефона сестры.
– Тай помешан на традициях. Верно говорю, Тай? – щебечет позади меня Риган и хихикает. Она ведь тоже видела снимки в телефоне и прекрасно понимает, о чем я только что вспомнила.
В ответ тот смачно рыгает и хмыкает.
– Тай, поаккуратнее. Здесь дамы, – покачивая головой, с усмешкой просит Коннор. И добавляет тише одной мне: – Тай переносим лишь в малых дозах. Если же он облачается в килт, то просто невыносим. Лучше тебе этого не видеть. Поверь мне, зрелище не слишком эстетичное.