Кит провел рукой по волосам Лили и склонил ее голову набок, чтобы поцелуи были глубже и горячее. Лили охотно откликнулась на это.
Спустя несколько долгих и жарких минут Кит откинулся назад и взглянул ей в глаза.
– Ты уверена, что хочешь этого? – прошептал он.
– Нет. – Лили все еще была в смятении, она дышала хрипло и неровно. – А ты?
– Нет, черт побери.
– Тогда что мы творим? Что это?
– Кто знает? – Он скользнул рукой вниз по ее подбородку и погладил большим пальцем нижнюю губу. – Страсть, которой невозможно сопротивляться. Притяжение, которое нельзя отрицать. А может, проклятие.
– Наверное, ты прав.
– Хочешь остановиться?
Это убьет его, но если у Лили есть какие-то сомнения, он не станет ее винить.
– Даже не думай об этом!
Она притянула голову Кита и еще раз его поцеловала. И все сразу стало прекрасно, потому что Лили начала постанывать – знакомые воодушевляющие звуки, которых Кит не слышал уже много лет, – и раздевать его. Она забралась под пальто, вытащила из-под пояса джинсов рубашку и подняла ее наверх.
Он чувствовал нетерпение Лили, но оно не шло ни в какое сравнение с его желанием. Она прикоснулась к его обнаженной спине, и его словно окатило мощной волной страсти. Кит не мог больше ждать.
Он прервал поцелуй – они оба тяжело дышали, – опустил руки ей на бедра, поднял вверх платье и стянул с нее трусики, почувствовав, что она уже влажная и готова его принять. Он отпустил ее на мгновение, чтобы она могла отбросить их в сторону, и занялся своим ремнем. Расстегнуть его дрожащими руками было невероятно сложно.
– Давай я, – прошептала Лили, оттолкнула руки Кита в сторону, расстегнула ремень и быстро справилась с пуговицами джинсов.
Когда ее рука скользнула к нему в трусы, там все было твердое, как камень, и уже почти болело от напряжения. Кит застонал.
– Достаточно, – прошептал он и убрал руку Лили к себе на шею.
– Скорее, – ответила Лили с такой поспешностью, что Кит едва не утратил над собой контроль.
– Держись за меня.
Она сделала, как он ей сказал: обняла его руками за шею и обхватила ногами его талию. Кит поднял ее, прижал спиной к стене для опоры и с облегчением, объятый жаром и желанием, вошел в нее.
Оказавшись в ее влажном тепле, он застонал от удовольствия.
Лили, закинув голову назад, тоже стонала. Кит был на небесах.
Она двигалась, рай приближался, и Кит вдруг понял, что у него большие проблемы. Ему хотелось насладиться моментом, убедиться в том, что Лили каждое мгновение вместе с ним. Но этого у него не было уже давно, так давно!.. Если она сейчас же не прекратит, то он утратит над собой контроль.
– Замри, – сказал Кит хрипло, сжимая бедра Лили в надежде остановить ее.
– Не могу ничего с собой поделать, – простонала она, сжала его крепче и придвинулась ближе.
Кит стиснул зубы. Он чувствовал неровное дыхание Лили, чувствовал, как она сдавливает его ногами, слышал ее короткие стоны, и самоконтроль покидал его.
– Остановись, Лили!
– Нет, мне слишком хорошо…
Она пошевелила бедрами, пробудив тем самым в нем примитивное желание, которое он не мог ни понять, ни обуздать. Его голова кружилась от жажды обладать и укрощать. Его сердце стучало тяжело, а внутри было слишком много вожделения, слишком много напряжения – слишком много всего. И под натиском этих чувств сопротивление Кита пало.
Под звуки стонов и вздохов Лили он стал бездумно двигаться, все быстрее и жестче, не в силах ни остановиться, ни замедлиться.
И когда давление, сковывавшее нижнюю часть его тела, стало невыносимым и когда ему стало казаться, что он вот-вот взорвется от напряжения или умрет от божественного наслаждения, вокруг все исчезло.
С громким стоном Кит изверг в нее семя, и казалось, что блаженная пульсация длилась вечно.
Это жаркое сексуальное приключение закончилось не так, как хотелось бы, подумала Лили, когда Кит в изнеможении прижался к ней. Ее сердце бешено колотилось, дыхание сбилось, а тело болело от неутоленного желания насладиться Китом.
Но это ничего. Встать ей надо только в семь часов утра, а восстанавливаться после бессонных ночей она умеет хорошо, у нее большой опыт. К тому же потом ее ждет десятичасовой перелет, во время которого можно отоспаться, да и Кит, остаток ночи старающийся для нее, стоит любой усталости.
– Извини, – пробормотал он, уткнувшись ей в шею. Из-за этого его голос звучал сдавленно.
– Не переживай, – мягко ответила Лили, поглаживая его по затылку и улыбаясь в предвкушении того, что ее ждало.
– Да как я могу из-за этого не переживать? Со мной такого с шестнадцати лет не случалось. Я даже пальто не снял!
Гордость проснулась в Лили, когда она вспомнила самозабвенность, с которой Кит отдался ей.
– На моем месте любая подумала бы, что у тебя просто давно этого не было.
– И была бы права.
– Правда? И сколько времени прошло? – Он точно не превзойдет ее восемнадцатимесячную паузу.
Не то чтобы Лили хотелось думать о толпе его девушек, но отрицать их существование было глупо: Кит прекрасен, вот-вот войдет в какой-нибудь список самых богатых людей и вдобавок к этому одинок, если верить колонкам сплетен, которые Лили конечно же не читает. В общем, у такого мужчины, как Кит, всегда есть компания.
Он вздохнул, и его теплое дыхание защекотало кожу Лили.
– Пять лет.
Она замерла в удивлении и перестала поглаживать его затылок.
– Что?
– Не заставляй меня повторять это.
– У тебя не было секса пять лет?
– Да. Ни разу после нашего развода.
– Правда?
Кит поморщился:
– Ты думаешь, я бы стал такое придумывать?
Нет. Да и кто бы стал?
Ей вдруг стало плохо. Кровь похолодела, тело стало деревянным, а горло сдавило.
И это случилось вовсе не потому, что Лили вновь поддалась чарам бывшего мужа. И не потому, что ей хотелось продолжения и она чувствовала твердую плоть Кита внутри себя.
Нет. И дрожь, и боль, и желание выгнать к черту Кита из себя и из своего дома – все это возникло из-за того, что Лили вдруг поняла: последней сексуальной партнершей Кита была, скорее всего, та самая его коллега, к которой он пришел, когда их брак уже лежал в руинах.
Эта мысль вызвала целый поток воспоминаний. И опустошенность, которую Лили испытала, когда Кит рассказал ей о случившемся. И острую боль от того, что ее предали. И страдания, и крушение иллюзий, и признание того, что между ними действительно все кончено…
Поток воспоминаний был бурным и стремительным. Лили ощутила набиравшую силу волну эмоций и почувствовала, что сейчас рассыплется на кусочки. Ей пришлось сглотнуть, чтобы избавиться от комка, подступившего к горлу. Как можно было сделать такую глупость? Как можно пять лет возводить стену вокруг себя, а потом с такой легкостью ее разрушить? Лили снова упала в объятия Кита. О чем она только думала? Почему так мало сопротивлялась? Почему решила, что у них получится начать все сначала? Да почему она вообще захотела этого?!
Не глядя на Кита – Лили не знала, что он мог увидеть в ее глазах и на лице, – она опустила платье и пригладила рукой растрепавшиеся волосы.
– Лили? – спросил Кит с волнением. Он явно почувствовал – что-то изменилось.
– Что? – ответила она отстраненно, ища взглядом свои трусики и краем глаза заметив, как Кит приводит одежду в порядок – заправляет рубашку в джинсы.
– Ты в порядке?
– В порядке.
Кит прикоснулся рукой к щеке Лили, но она отпрянула, будто он ее ударил. Нахмурившись, Кит убрал руку.
– Что не так?
– Думаю, тебе лучше уйти.
Лили нужно было время, чтобы осмотреть раны и шрамы, которые только что были содраны.
– Не уйду, пока не скажешь, в чем дело.
– Ни в чем, – спокойно ответила Лили. – Ты получил что хотел. Теперь уходи.
Этот колючий тон заставил Кита побледнеть.
– Извини, что не смог сдержаться.
Как будто ее именно это расстроило.
– Забудь.
– Нет.
– Слушай, я была не права, – сказала Лили, скрестив руки на груди и посмотрев на Кита. – Это ошибка, ужасная ошибка, которую нам не следовало совершать. И теперь я действительно хочу, чтобы ты ушел. Пожалуйста.
Должно быть, Кит услышал в ее голосе, что все кончено, почувствовал ее усталость или что-то еще, потому что он пристально посмотрел на нее, а потом кивнул:
– Хорошо. Я позвоню тебе утром.
Сказав это, он повернулся, открыл дверь и вышел.
Лили его избегает. Это единственное объяснение происходящему.
Кит сидел за столом у себя в кабинете, в пентхаусе главного из принадлежавших ему отелей – это место он называл домом, – и разочарованно смотрел на экран телефона.
Все утро Кит пытался связаться с Лили, но, к его раздражению, домашний телефон упорно переключался на автоответчик, а мобильный – на голосовую почту. Короткое электронное письмо, в котором Кит просил ее перезвонить, тоже осталось без ответа.
Потерев рукой подбородок, он еще раз воспроизвел в памяти конец вчерашней ночи, пытаясь понять, почему Лили не захотела с ним разговаривать. Для него это было лучшее время в жизни, но не для нее. Она казалась расстроенной. Разочарованной. Измотанной. Будто вечер у нее был не из простых, и появление Кита стало последней каплей.
Тогда, много лет назад, ему следовало быть жестче, следовало настоять на том, чтобы они встретили трудности вместе, как бы тяжело это ни было. Лили не ошиблась, когда сказала, что они не умели разговаривать и слушать. Они и правда этого не умели.
Но что бы там ни было в прошлом, теперь все будет по-другому, подумал Кит, в сотый раз проверяя папку входящих писем, чтобы узнать, не ответила ли Лили. Теперь он настоит том, чтобы они разговаривали и слушали друг друга. И потому вдвойне обидно, что Лили не отвечает.
Ночью он не только понял, что они должны научиться общаться, – он многое осознал и сделал выводы, к тому же у него появились новые вопросы и некоторые из них было бы неплохо задать Лили.