«Увидишь грехи или нет? Не отдамся тебе, пока не посмотришь в глаза», – нагло шептала расстегнутая блузка.
Ноги сами вынесли меня из зала. Не помня себя от напряжения, я ворвался в туалет и сунул лицо под сильную струю холодной воды.
Глава 3
– Даниил неадекватен. Вначале ерзал на стуле, как маленький ребенок, когда сильно хочет писать, а потом пулей вылетел из зала, не дождавшись пяти минут до кофе-брейка, – это было самое милое, что удалось о себе услышать во время обеда.
Доклады прошли мимо меня. Даже не помню, кто выступал, кроме Софьи и директора. Помню только аплодисменты, бесконечные графики и глотки минеральной воды, что помогали не заснуть между перерывами. После официальной части, обеда и часа свободного времени, тянувшегося неимоверно долго, началось то, что я всегда ненавидел больше всего в корпоративной культуре. Мне редко когда хотелось сближаться с людьми, которых я едва знаю. Конечно, создатели развлечений для менеджеров среднего звена подразумевают сплочение и возможность узнать друг друга лучше, однако тот факт, что это было обязательно, портил все впечатление от дружеских братаний с коллегами. Словно я был рабом, а дружба навязывалась хозяином. Насильно мил не будешь. Но всегда находились люди, в том числе и бывшая подруга Марина, которые были в восторге от посиделок в ресторане и другого совместного досуга. Еще до появления дара я старался избегать шумных сборищ, теперь же находиться в гуще событий стало почти невыносимо.
Нас разделили на семь равных команд. Первое задание – выбрать капитана, придумать название команды и девиз. Второе – быстрее всех найти спрятанные по всей территории лесопарковой зоны артефакты. Побеждала команда, отыскавшая больше всего закладок. Путь к ним лежал через подсказки, которые тоже необходимо было найти. Призы победителям обещали «не детские». В моей группе оказались люди, о существовании которых я даже не подозревал. Кто они и что делали в компании, оставалось для меня загадкой. Смотреть в глаза им не было настроения. Все мысли заняты одним: «Что подумает обо мне Софья?» Она успешная, красивая, зачем ей нужен тот, кто даже побоялся посмотреть ей в глаза? Учитывая все то, что говорили обо мне коллеги, со стороны я выглядел тогда слишком странно.
Капитана, название команды и девиз выбрали без меня. Мы получили первую подсказку и направились в лес. Руки в карманы, капюшон на голову… Я рассекал заросли подлеска… Активная часть группы повела остальных куда-то в чащу. Среди криков членов других команд я различил голос Софьи. Кажется, она была капитаном…
Когда мы вышли из леса, то оказались предпоследними и, как результат, с маленьким количеством артефактов. Первой пришла команда Софьи, они же собрали больше всех статуэток. Удивительно, учитывая, что никто не знал их общее количество. Я чувствовал себя ничтожеством по сравнению с ней. Награждение победителей прошло необычайно весело. Софья так радовалась, будто выиграла миллион в твердой валюте. Мне это непонятно. Еще одна Марина? Секс с Дмитрием Михайловичем?
Я пришел в номер, чтобы принять душ и переодеться к ужину. Павел был уже там. Разложив на своей кровати какие-то безделушки, он, улыбаясь, с интересом их разглядывал.
– Что это у тебя такое? – спросил я.
– Призы! Мы же победители.
– Ты был в команде с Софьей?
– Да, завидуешь?
– Чему?
– Ты так на нее пялился, что точно завидуешь. Даже не заметил меня среди победителей.
– Я не пялился.
– Перестань, я тебя понимаю. Софьей невозможно не восхищаться. Она как манекен в витрине дорогого магазина, на который смотришь с улицы, облизываешься и идешь дальше. Жить с такими женщинами невозможно, если она вообще женщина.
– Что ты имеешь в виду?
– Она невероятно красива, очень умна, обладает качествами прирожденного лидера, причем мудрого лидера. Я бы сказал, что ее уровень интеллекта гораздо выше среднестатистического. Эти ребусы и загадки, которые вели к артефактам, она решала так, словно разгадывала их сотый раз в жизни. Но делалось это так деликатно, что многие принимали ее успех за командное достижение. То есть Софья не выпячивает себя, а работает на команду. В итоге у нас в команде все остались довольны, особенно девочки из бухгалтерии. Она им внушила, что они тоже сумели разгадать загадки. Меня сложно провести этими приемами, но я искренне восхищен. Знаешь, я задался вопросом, а можно ли жить с такой дамой?.. Она дама, не женщина, не девушка, а именно дама. Так вот, нельзя с ней жить. Либо ее партнер должен быть очень глупым и тупо ее боготворить, либо он не вынесет натиска интеллекта и психологических уловок, потому что как далеко неглупый человек не привык играть роль безмолвной тени. Одним словом, даме Софье вроде и крупно повезло с внешностью и умом, а вроде и нет. Она одинока как перст, чувствую это… А я неплохо разбираюсь в людях.
– На одну ночь сгодится, как думаешь? – мой вопрос стал неожиданным для самого себя.
– Да, именно на одну ночь. Многие в компании не прочь с ней переспать, только удастся это тому, кто понравится ей, а таких, подозреваю, здесь нет, – Павел усмехнулся.
– В этой комнате или вообще?
– Подумай сам, – Павел быстро сложил безделушки в пакет и пошел завязывать галстук.
Мы чуть не опоздали к началу ужина. Свободных мест осталось аккурат ровно два с краю самого дальнего стола от противоположного конца зала, где как раз сидели директора и другие топ-менеджеры. Столов было тоже семь, как и команд, только сейчас все расселись по своим «компашкам». Принудительно никого не заставляли присоединяться к совершенно незнакомым людям, но мне «повезло» и в этот раз. Мы с Павлом (не знаю его отношение к данным коллегам) оказались за одним столом с сисадмином, его помощником, офис-менеджером, представителями отдела кадров в лице двух девушек и помощниц директора. Все они прекрасно общались друг с другом, частенько заседали на кухне, перешептывались, а за глаза эту милую кампанию называли «змеиным гнездом». Именно они были в фарватере обсуждений сексуальной жизни Софьи и распространения всяческих сплетен. Мы с Павлом появились явно некстати, кто-то из девушек смерил нас презрительным взглядом и поморщился, совершенно не стесняясь.
Официанты засуетились вокруг столов, наполняя бокалы, салаты и легкая закуска уже были на столе. Я отказался от вина, предпочтя налить стакан воды. Павел пил сок, а все остальные – вино. Оживленный разговор, который нарушило наше появление, никак не возобновлялся. Едва возникая, он сразу умолкал. Все уткнулись в тарелки, изредка что-то бормоча соседу. Я не мог найти Софью взглядом, что делало ужин еще более невыносимым. Дмитрий Михайлович произнес пустой, никчемный тост, все встали, чокнулись и продолжили поглощать казенные закуски. После выпитого бокала вина «змеиное гнездо» оживилось.
Я всматривался в лица напротив и видел сплошную гниль, которая едва могла удержаться в сосуде их душ, не выплеснувшись наружу. Еще немного, и все вокруг заполнится едкими высказываниями, суждениями и просто грязными инсинуациями. В одних глазах я прочел ненависть к родному брату, в других таились махинации на прошлом месте работы, в третьих – измена, гордыня, алчность. Стоило ли продолжать? Я отвел глаза, переключив внимание на вполне недурной салат, рулетики из баклажанов и нарезку из слабосоленой семги. После закусок подали горячее, причем можно было выбирать между морепродуктами и говядиной в грибном соусе. Я давился мясом, запивал водой, поглощал рис, тщательно пережевывая каждую порцию. Увлекшись едой настолько, что происходящее вокруг превратилось в параллельную реальность, не слишком соприкасающуюся со мной, я погрузился в мир своих мыслей. В те мгновения мне вспомнилось детство. Счастливая пора, как я думал большую часть жизни. Мой первый поход. Я шел вместе с другом и его родителями по узкой извилистой тропинке, а за спиной чувствовалась тяжесть рюкзака. В руке удочка, которую отец подарил на день рождения. Родители не любили походы, отец не любил рыбалку, а мама не любила готовить. Меня они тоже не любили. Глаза увлажнились при воспоминаниях, и, чтобы не заплакать при всех, связь с реальностью не была полностью порвана, я вышел из зала.
Зал располагался на первом этаже отдельно стоящего коттеджа. Видимо, он был специально построен для проведения торжественных мероприятий. Я вышел на длинную открытую террасу. Фонарь над головой освещал только вход, углы террасы оставались темными, и в одном из них я решил укрыться от остальных. Стрекот кузнечиков наполнил теплый вечер, легкий ветерок тревожил рубашку – идиллия природы смотрела с укором на происходящее в мире людей. Я не смог сдержать слез. Прекрасный вечер, чтобы умереть. Ах, отчего все так, как оно есть? Почему люди не могут быть ангелами на земле? Неужели алчность делает кого-то счастливым? И есть ли место для меня среди таких счастливых и алчных?
Легкий стук каблуков сзади отвлек от грустных дум. Я оглянулся и смог различить темный женский силуэт, протягивающий мне бокал.
– Привет, Даниил, – мягкий голос Софьи звучал неподдельно дружелюбно. В темноте сложно поймать взгляд, здесь будто каждый стоит в своей маске, закрыв полностью лицо и даже тело. Все эмоции только в голосе и движении. Был ли я рад? Ведь это так логично – радоваться тому, о чем долго мечтал. Только я испытал страх, дрожь и почувствовал себя ребенком, к которому подошла красивая девочка из старших классов, чтобы погладить по голове, потому что меня только что побили. Я представлял нашу встречу совсем иначе – более официальной, где-нибудь на кухне в офисе, но не в почти интимной атмосфере затемненной террасы. – Возьмите вина, оно хорошо расслабляет, – Софья подошла еще ближе. Я машинально взял бокал, сам не понимая, что делаю. Язык одеревенел, мысли спутались, остался только взгляд в глубину призрачного образа, где ничего не было видно.
– Я хочу поговорить с тобой, ты не против? – продолжала Софья так легко и непринужденно, что мне казалось происходящее сном.