Итак, они заняли пустующую халабуду на самом краю, оборудовали основную и запасные огневые позиции. Их было всего трое, но наличие двух ручных пулеметов и крупнокалиберной винтовки с термооптическими прицелами давало им серьезные шансы.
Термооптика.
Когда они служили Украине, такое изучали только теоретически по журнальным статьям, кажется, ее не было даже у «Альфы». В России термооптика производилась, закупали и белорусскую – нужное количество прицелов им просто выдали. Командование, правда, тряслось над сохранностью матчасти, и использовали они их редко. Но эти прицелы у них были – равно как и новейшие ПКУ – новосибирский аналог дорогущего «Элкана». Их тоже не пришлось покупать, как на Украине за свои, – выдали.
Мир в термооптическом прицеле представлялся черной пустыней, полной серых теней. Ярко выделялись только живые, излучающие тепло объекты. Вон, например, собака. Ищет пожрать в какой-то куче. Лишь бы не залаяла, гадина…
Он промерил расстояния и наметил ориентиры для ведения огня. В пехоте карточку составляет командир, но у боевых пловцов каждый делает сам все, что может и что должен для выживания и победы. В отличие от морской пехоты, им постоянно напоминали: никто вам не поможет, никто не прикроет, никто пожрать не привезет. Ваше выживание зависит только от вас и ваших решений.
Ну и врага, конечно.
Старшина выключил термооптику. Нечего зря палить, тем более на глаза действует. Он может видеть в темноте и так, недаром тренировали ночное зрение. Ночью их поднимали по тревоге, заставляли искать друг друга, потом заставляли искать спрятавшегося человека в старой казарме, с завешенными окнами, потом – драться в спортзале в кромешной темноте…
Внезапно он почувствовал… именно почувствовал всем телом – движение в темноте чего-то большого. Такое чувство бывает, когда выдвигаются танки.
Термооптика включилась, она была направлена на ту же кучу мусора, но собаки не было. Убежала!
Он щелкнул пальцем по микрофону один раз, обозначая тревогу, и занял позицию за пулеметом.
Сначала ничего не было. Просто то чувство… как будто воздух чуть-чуть вибрирует, не проходило. Потом он увидел танки, идущие от линии фронта.
Украинские танки…
Черное море
USS Kearsarge (LHD-3)
19 августа 2019 года
Только что вышли на связь с Норфолком. Новости не радовали…
– Итак, джентльмены…
Капитан «Кирсаджа» был мрачен и сосредоточен.
– У меня две новости, и обе плохие. С какой начать?
– С самой плохой, сэр, – сказал кто-то.
– Это еще вопрос, какая из них самая плохая. Хорошо, новость номер один. Турция по-прежнему категорически отказывается пропустить в Черное море авианосную группу. Дошло до того, что в турецком флоте объявлена боевая готовность, корабли вышли, чтобы при случае запечатать пролив. То есть пути назад у нас нет.
…
– Это первая новость. Вторая – русские знают о том, что мы здесь. Основные силы флота вышли из баз в Крыму, кроме того, активна береговая авиация. За последний день наш пост ПВО отработал…
– Сорок девять, сэр.
– Сорок девять входящих целей. В основном это «Фенсеры», но были и «Бэкфайры», и «Фланкеры». Кроме того, был предположительный контакт с русской подводной лодкой, и я уверен, что они разворачивают комплексы береговой обороны. Таким образом – нас ждут, и нас ждут во всеоружии, джентльмены.
– Капитан, сэр…
– Да, Дэн, говори…
– Операция не предусматривает лобового столкновения с русскими. Вы – точка старта, нет необходимости продвигаться дальше.
– У тебя есть план?
– План… примерно такой, как у любого фокусника. Рука в белой перчатке отвлекает внимание, в черной – проводит трюк.
…
– Ваша задача отвлечение внимания, вы поднимаете вертолеты и обозначаете активность как минимум в двух направлениях. Но без фанатизма, дайте вас перехватить и отправить назад. Мы уходим в сторону Украины, там, на предельно малой, огибаем Крым и идем на предельно малой к цели. Так же и уходим.
…
– У вас не хватит дальности.
– Хватит. Третий вертолет – заправщик, плюс у нас резервные баки. Сядем и дозаправимся.
Все молчали. Потом палубный босс сказал:
– Попахивает новой «Пустыней-один»[81], как мне кажется.
– Есть еще варианты?
…
– Все нормально. Дозаправка нами отрабатывалась.
США, Вашингтон ДС
19 августа 2019 года
Отследить политический кризис в США или кризис в мире, связанный с США, на самом деле очень легко, если ты вашингтонский инсайдер. Все знают, что, несмотря на то что в Белом доме есть столовая (персонал, кстати, полностью из ВМФ США), – она скорее предназначена для снабжения кофе и булочками, в Белом доме почти никто не питается. Все идут в хорошо известные рестораны и пиццерии. А если происходит что-то серьезное, то пиццу заказывают с доставкой и с запасом. В этот день в ближайших пиццериях, таких как DI – любимая пицца Барака Обамы, кстати, – не хватило муки и ингредиентов, чтобы справиться со всеми заказами…
Сам же Белый дом перешел на усиленный режим безопасности, все посещения были отменены. Добавляло трагичности то, что в стране было два вице-президента. Первый официально объявил о своей отставке, но юридически полномочия еще не сложил, второй – все знали, что новым вице-президентом будет именно он, но юридически он был никем. Просто генералом, который рвался к власти во что бы то ни стало…
Вице-президент США Рональд Энтони Пикетти сидел за своим столом, в своем кабинете, перед погасшим экраном монитора и думал: как он дожил до такой жизни. Как с ним произошло то, что произошло?
«Педогейт-2» – как это назвали.
Первый педогейт рванул в 2017 году, когда журналисты вышли на засекреченную сеть извращенцев в высших эшелонах власти США, под ударом оказались команды Обамы и Клинтон. Этот скандал был скомкан и не получил развития ввиду предвыборной кампании, которую миссис Клинтон проиграла. Не исключено, что если бы она выиграла, то скандал получил бы самое неожиданное развитие. Сама миссис Клинтон, с ее выявившейся в ходе кампании нетрадиционной сексуальной ориентацией, – вполне вписывалась[82].
Но это была только прелюдия.
Вообще, американская политика отличается редким ханжеством. Все спят со всеми, верных людей в Вашингтоне не найти. Молодые журналистки ложатся в постель за инсайдерскую новость, помощницы и помощники – за покровительство, продвижение по службе. Но если только кого-то ловят на горячем – его обвиняют во всех смертных грехах, причем особенно усердствуют в обвинениях те, кто сам виновен в том же самом.
Виновен ли был он? Да, виновен. На сто процентов виновен.
И то, что дочь ему была не родной, а приемной, и то, что ей уже было шестнадцать лет[83], и то, что все происходило без насилия, – это никого не интересовало. Джона Подесту, советника Барака Обамы, обвинили в намного более худшем, но никто и ничего не расследовал, потому что демократы контролируют 90 % прессы.
Справедливо ли с ним поступили? А где в Вашингтоне вообще найти справедливость?
В дверь постучали.
– Можно?
– Да, заходите.
В кабинет зашел конгрессмен Стивен Боуман, член комитета по разведке, один из ближайших соратников президента.
– Рон.
– Пришел проведать Звездного скитальца?
– Ну, если ты так хочешь…
– Присядь…
С Боуманом они были знакомы давно – в свое время шли из одного партийного округа, один за другим.
– Черт… сейчас бы как в старые добрые времена… взять пару выпускниц Вассаровского… махнуть на побережье…
– Ну, если тебе больше нечем заняться, можешь продолжать жалеть себя.
– А что? Мне оставили какой-то выбор?
– Ты сам себе оставил выбор.
Пикетти насторожился – голос его друга звучал совсем непривычно.
– Что-то не так?
Боуман замялся.
– Рон… ты бы пошел и остановил тех людей, что сейчас сидят в ситуационной комнате. А то они кого-то покусают.
– Я?
– Да, ты, Рон.
…
– Ты вице-президент Соединенных Штатов. А если учесть сложившуюся обстановку, то, возможно, и исполняющий обязанности президента.
– Не смешно.
– Ты прав. Совсем не смешно. А через пару часов никто и не подумает смеяться, если мы, конечно, останемся к тому времени в живых.
Пикетти посмотрел на свои руки.
– Что там происходит?
– Они обсуждают возможность нанести удар по русским позициям на Юге. В частности – по мосту.
– Они что, охренели?
Боуман серьезно посмотрел на вице-президента.
– Нет, Рон, они в своем уме. И прекрасно осознают, что они натворили. Вне зависимости от того, вернется ли президент, начнется федеральное расследование, в котором им не выжить. Менее запачканные сдадут более запачканных, спасая свою шкуру, как это всегда и бывает. У них единственный шанс: сотворить что-то такое на фоне чего-то, что они сотворили, покажется детской шалостью. Именно это они и пытаются сделать сейчас. Они ведут страну к ядерной войне, Рон. И приведут, если ты их не остановишь…
Рон посмотрел на Боумана, тот показал ему лист бумаги.
– Что это?
– Твое заявление. Я украл его из ящика стола в Овальном кабинете.
…
– А теперь смотри.
Конгрессмен медленно разорвал лист пополам. Потом еще раз. И еще…
В ситуационной комнате было на удивление немноголюдно для такого события. Среди черных костюмов выделялся человек в военной форме.
Генерал Марк Макмастер. Бывший рейнджер. Бывший командир семьдесят пятого полка рейнджеров. Бывший командующий в Ираке.
Он был на своем месте, и все слушали его.
Пикетти зашел в кабинет. Никто не обратил на него внимания.
– Что происходит? – спросил он.
Никто не ответил. Но так как он продолжал стоять – ответ требовался. Первым среагировал Макмастер – старший среди со