Последний вздох – и голова мага упала назад. Тело стремительно превращалось в камень, делая из любимого мужчины самую настоящую статую. Мои глаза расширились, сердце перестало стучать. Но не успела я толком испугаться, как потемнение начало исчезать, а затвердевшая кожа быстро вернулась в нормальное состояние.
– Смрад, – прошептал Ролан, открывая глаза.
– Ох, – громко выдохнула я и кинулась его обнимать, не в силах сдержать эмоции.
Ощущалось слабое сердцебиение Ролана, температура его тела постепенно приходила в норму, а дыхание было уже не таким затрудненным. Стоило бы успокоиться, ведь все вроде бы закончилось, но я прижималась к нему, боясь, что это только кажется, что с минуты на минуту начнется ужасное воздействие магии. В тот крохотный миг, когда он стал полностью каменным, у меня даже появилась мысль, что его уже не вернуть.
– Ролан, – прошептала я ему в шею, обнимая еще крепче.
Запах стал другим: теперь от мужчины веяло древесными нотками, которые дурманили и в то же время успокаивали. Пропала свежесть. Но сейчас это не имело значения – он был жив, рядом, с ним все в порядке.
– Только не плачь, а то с этой проблемой я не справлюсь.
– Дурак! – возмутилась я, прижимаясь носом к его коже, запах которой медленно развеивал все страхи и придавал сладкое удовольствие.
– Покажи свои плечи, – поднял Ролан накидку и, расстегнув пару пуговиц блузки, отодвинул ткань. – Видишь, как просто, и не пришлось пользоваться никакими мазями.
Я повернула голову, чтобы посмотреть на оголенный участок тела, который быстро охладил ночной воздух. Там не осталось никаких ран и покраснений. А от прикосновения к накидке не появлялось дискомфорта – ткань с обеих сторон стала шелковой.
От потрясения я отстранилась от мужчины, начала проверять свою кожу, поднимая накидку, еще больше расстегивая блузку, чтобы посмотреть раны на руках, спине и верхней части груди. Это походило на чудо, ведь даже с листьями суары мне не удавалось добиться подобного эффекта.
И, лишь ощутив под собой кое-что твердое, я перестала на нем ерзать, замирая от пронзившей голову мысли. Реакция мужчины была приятна, но в то же время пришло смущение от того, что сама забралась к нему на ноги, чуть ли не разделась, увлеченная осмотром своих плеч, а ведь еще совсем недавно Ролан едва не превратился в камень. Обойдется ли это без последствий?
– Слезешь с меня или продолжишь вертеться? – и словно специально он провел пальцем по краю блузки на спине, задевая оголенный участок кожи.
Я невольно выпрямилась, ощущая, как натянулась внутри струна, вибрация которой тревожила каждый нерв в теле. Казалось, если сейчас попытаюсь подняться, то неловко упаду и сделаю только хуже.
– Или хочешь продолжения вчерашней ночи? – Ролан оторвался от дерева, сомкнул руки на моей талии и даже поцеловал в плечо.
А у меня пересохло в горле, колени сами сошлись друг с другом, а руки сжали ткань брюк.
– Но перед ответом напомню, – и его пальцы очертили спереди край приспущенной блузки, прикрывающей грудь. – Если согласишься, то это не изменит того факта, что нам в дальнейшем не по пути.
– Игра, – сглотнув, выдохнула я, не переставая смотреть Ролану в глаза.
Маг улыбнулся, словно мартовский кот, а потом взмахнул пальцем. Он нахмурился и вдруг посмотрел на свою руку, повторил движение, еще раз и еще раз, затем и вовсе потряс ей.
– Смрад! – выругался мужчина, подхватывая меня за талию и поднимая на ноги.
Хорошо, что Ролан не заметил, как я пошатнулась, чуть не упала из-за дрожи в коленях. Казалось, на меня одну подействовала наша близость и все эти прикосновения только мне затмили разум. Он же продолжал что-то делать с воздухом и лишь еще больше злился.
– Что случилось? – поинтересовалась я и начала застегивать пуговицы на блузке.
– Магия не работает. Лия, какое «поддайся»? А я почему послушал? Вот дурак! – взялся он за голову.
– Ты видел себя? Если я правильно поняла, то бороться было неправильным решением.
– Да знаю я все, смрад, смрад, смрад! Магия бы не убила, просто дольше бы действовала. А так…
Ролан резко развернулся и направился к тиасу.
– У тебя навсегда пропала магия? – побежала я за ним.
– Нет.
– А из-за чего это? Такое часто случается?
Мужчина резко развернулся и пристально посмотрел, словно пытаясь заморозить взглядом. Но ночью глаз было не разглядеть, тем более в воздухе почему-то появился теплый запах цветов. Я хохотнула, не ожидая почуять именно это сочетание. В ответ Ролан еще больше разозлился, снова потряс рукой и вновь пошел к летающей машине.
– Благословение усиливает текущую магию, – резко заговорил мужчина. – Простым людям даются сразу все четыре, но понемногу. И я точно не прикасался к камню, но почему-то получил.
– Землю?
– Да, Лия, именно ее! Противоположную! – он остановился возле тиаса и тяжело вздохнул. – Не знаю почему. Спертый воздух, да мы сейчас и до круга не доберемся!
– Ролан, успокойся. Давай придумаем что-нибудь. Прикоснись еще раз к алтарю, вдруг он вернет тебе магию. Или… О! Браслетом вы ведь управляете другими магиями. Так же можно и с тиасом.
– Знаю я, Лия! У меня нет ни одного голубого камня на браслете, мне они ни к чему были. А алтарь раз в сутки дает благословение, если не реже. Магия может вернуться через час или через месяц. Смрад!
– Ну вот видишь, будем надеяться, что через час. Не паникуй.
– Паника? Лия, да на мне вся семья держится. Ни в коем разе нельзя оставаться без магии.
Он сел на порог летающей машины и взялся за голову, упираясь локтями в колени. Я хотела подойти и обнять Ролана, помочь ему успокоиться, но боялась, что только подолью тем самым масла в огонь, разозлю его еще больше.
– Извини, – я села на корточки перед ним.
– За что?
– Это ведь из-за меня все так произошло. Приехали сюда, ненужное благословение, а теперь потеря магии.
Ролан усмехнулся и погладил мою щеку, слегка ущипнув напоследок.
– А девочки обычно плачут во время неприятностей. Лия… – вздохнул он и поднялся на ноги, обхватил пальцами мое запястье и увлек за собой в тиас.
Мужчина сел на сидение, усадил к себе на ноги и обнял, зарываясь лицом в волосы.
– Они жалуются, если что-то болит. Вытягивают моны, надувают губы, соблазняют, играют на нервах, надоедают, просят внимания к себе, – Ролан откинул голову назад, покачивая ей, словно не верил тем мыслям, которые там блуждали. – И не нашлось исключения.
Мне хотелось возразить ему, сказать, что я совершенно не такая, но теперь следовало промолчать, ведь не так часто Ролан выговаривался, открывал передо мной душу. Может, благодаря этому ему станет легче. Я провела рукой по приятной на ощупь ткани пиджака, поправила его и снова посмотрела в лицо, собираясь слушать дальше.
– Хочешь, не будем играть. Ты ведь явно ко мне неровно дышишь. Пока ничего не начали, никому не рассказали, можно отступить.
– Будем. Я помогу тебе.
И пусть это противоречило моему пониманию нормальной семьи, где ссоры лучше решать обычными разговорами, а не попыткой доказать через окружение свою правоту. Я не знала о сложившейся ситуации, как денежной, так и почему на Ролане держалось все. Но этот человек, как мне и показалось с первого взгляда, хороший, может, не для всех, может, не всегда. Жаль, что он не хотел в дальнейшем оставаться со мной, но тогда я побуду с ним, пусть и недолго.
– Лия, только не влюбляйся, – поднял мужчина голову, посмотрев мне прямо в глаза.
Он прикоснулся к щеке, заправил за ухо выбившуюся прядь, от чего появился маленький комок внизу живота.
– Не беспокойся, ничего такого нет и не будет.
Ролан хохотнул, явно не поверив в услышанное. Он потянул меня за шею и уложил голову себе на плечо. Мы долго сидели в таком положении. Казалось, мир вокруг исчез. Остались только я и он. Только его рука, поглаживающая мои волосы, только его медленный ритм сердца и постепенно угасающий запах цветов.
Мы снова завели разговор о мире, из которого я пришла. Ролан интересовался моей учебой, окружением, семьей. Даже прозвучал вопрос, был ли у меня раньше мужчина. Я постоянно водила пальцем по его пиджаку, по рукаву, воротнику. Казалось, еще немного, и в них появятся дыры.
– Ролан! – подскочила я. – Мята!
– Ты о чем?
– Ты снова пахнешь мятой. Попробуй что-нибудь сделать с воздухом.
Он взмахнул рукой, и мои волосы поднялись вверх, что вызвало широкую улыбку сразу у нас обоих. Ему понадобилась пара минут, чтобы проверить свои способности, насколько слушается его воздух, и убедиться, стоил ли лететь прямо сейчас.
– Что такое мята? – закрыл маг на расстоянии дверь тиаса и поднял его вверх.
Тот, правда, пару раз чуть не упал, поэтому мужчина впивался пальцами мне в бок, но вскоре полет стал более ровным, а Ролан и вовсе расслабился.
– Сложно описать, – начала я, долго раздумывая над ответом. – Это смесь травы и холодной свежести.
Вскоре мы добрались до этажа Ролана, где вмиг зажглись светильники-молнии. На этот раз нас никто не встречал, не ругался, не возмущался. Хотя я была уверена, что это повторится еще не единожды. Мужчина помог подняться на ноги, потом спуститься с летающей машины, даже провел до комнаты, улыбаясь на прощание.
Душа порхала. Она пела и мешала уснуть. От чувства возвышенности улыбка не переставала блуждать на губах, и даже щеки заболели. Вторую ночь подряд я проводила с восхитительным мужчиной. Мне говорили не влюбляться, но разве это было возможно, когда я уже с головой окунулась в омут безответных чувств…
Глава 20
Впервые с тех пор, как я попала в другой мир, проснулась с улыбкой на лице. Накидка не мешала, мягкое одеяло согревало, а Хулиганчик мирно сопел под боком. Воздух еще не наполнился солнечным теплом, переливался в его ярких лучах. Он передавал мое внутреннее состояние, поддерживал и радовался вместе со мной.
Наверное, многие бы меня осудили, назвали бы сумасшедшей из-за согласия сыграть в дурацкую игру на публику. Зато я счастливая сумасшедшая, и это многого стоило.