– Ты одна? Что-то не вижу твоего спутника.
– Его здесь нет, – я сжала в руке бутылку с водой и собралась обойти Бруччи, однако он загородил путь.
– Без дружка уже не такая смелая? Куда же ты убегаешь? – склонил он голову набок.
Я поразилась тому, как маг Воды отозвался о Миллере. Они вроде бы были давними приятелями. Однако стоило взглянуть на эту ехидную улыбку, как зародилась мысль, что Бруччи не считал блондина другом.
– Извини, но меня ждут, – я попыталась всем своим видом показать, что нет никакой дрожи в теле от страха, вызванного его неожиданным появлением.
– Кто?
– А это не твое дело, – сделала я шаг в сторону и пошла к столику, которого и вправду не было видно.
Ноги не хотели нормально двигаться, не подчинялись, а в спину словно вставили кол. Между лопаток ощущался липкий взгляд, на лбу проступили холодные капельки пота. Я взглянула на лестницу и вдруг поняла: надо идти именно туда. Если Бруччи увидит, как исчезнет мое тело за магическим барьером, он может что-нибудь заподозрить. Так пусть лучше и вправду думает, что я спускалась сюда только ради бутылочки воды.
– Ролан, – с моих губ сорвался еле различимый даже для моих ушей шепот, – я пойду наверх. Скажи, когда Бруччи Хингар уйдет, чтобы смогла вернуться обратно.
Легкий ветерок прикоснулся к щеке в знак согласия. Еще недавно я бы подумала, что мне показалось, но теперь воздействие магии Ролана стало слишком привычным явлением, поэтому с легкостью ее различала. Ступеньки сменяли друг друга. Сперва сложно было даже поднять ногу, однако чем больше я отдалялась от мага Воды, тем меньше ощущала на себе воздействие пронзающего холода.
В главном зале лиурима неторопливо прогуливались люди. Их количество значительно уменьшилось по сравнению с прошлым разом, теперь различались необычные сооружения наподобие горящего фонтана. Никому не было интересно, каким образом там вместо воды льются камни или постоянно циркулирует воздух. Маги сидели рядом и разговаривали между собой. А мне же захотелось прикоснуться и изучить работу этих фонтанов, понять суть происходящего процесса.
В центре располагалась зона для детей, откуда доносилось много смеха, слышались хлопки, визг, раз за разом поднималось в воздух конфетти, постепенно сменяя свой окрас. Они в медленном танце опускались на шероховатый пол, вскоре снова взлетая вверх.
– И к кому именно ты так спешила?
Сердце ухнуло вниз. Бруччи, наверное, именно этого и добивался – напугать. Однако я не подала виду, что его появление меня сильно огорчило.
– Неужели обманула? Зачем было завышать цену? Согласилась бы на кого-нибудь попроще, а не Льюэсов.
Я резко повернулась к наглому типу, собираясь что-нибудь высказать, сыграть роль дерзкой Самилии, которая не спустит с рук никакие подколки в ее адрес. Однако мне на глаза попалась быстро удаляющаяся фигура Эммианны, матери Ролана. Я хотела удостовериться, что увидела именно ее, но русоволосый молодой мужчина словно специально загородил обзор.
– Ты сегодня слишком надоедлив, – незаметно сглотнув и с силой сжав бутылочку с водой, я с вызовом посмотрела на Бруччи.
А самой стоять было трудно. Страх пронизывал до мозга костей перед этим наглым типом. Казалось, он опустит взгляд и обязательно заметит записывающий камень, прикрепленный ленточкой к бюстгальтеру.
– Как иначе ты хотела? У меня, к примеру, все готово для заключения сделки.
– Самилия, вот ты где. А я тебя повсюду ищу, – появился Ролан и положил руку на мою талию, слегка приобнимая.
– Почтенный Льюэс, – сразу же залебезил маг Воды.
Мне от его слов стало противно, словно это было ведро помоев, которыми окатили нас с ног до головы. И сложилось впечатление, что от этой грязи вряд ли можно отмыться – обязательно останется вонь, еще долго напоминая о Бруччи.
– Прошу прощения, не заметил вас. Стремительного течения. Теперь же позвольте забрать у вас мою Самилию, а то без ее общества мне становится скучно.
Я мазнула напоследок взглядом пребывающего в шоке мага Воды и позволила Ролану увести себя в сторону лестницы. В его присутствии сразу появилось спокойствие, словно никто не сможет причинить мне вред. Я не ожидала такой огромной помощи с его стороны и тем самым безмерно была благодарна.
– Спасибо.
– Насколько я помню, ты не хотела меня втягивать в это дело, тогда почему он назвал мою фамилию? – резко остановился Ролан. – Объяснишь?
– Непременно, но не посреди лестницы.
Мы продолжили спускаться, вскоре достигая скрытого столика, которого и вправду не было видно. Я шагнула в его сторону и неожиданно уперлась коленями в край диванчика, упав вперед. Благо, Исмир вовремя подхватил меня и не позволил попасть в неловкое положение.
Он отодвинулся, предложил сесть с ним рядом, что меня слегка озадачило и одновременно порадовало.
– Что у тебя с Хингаром? – нахмурился брат Самилии. – Ты с завидной скоростью заводишь дружбу со всеми моими врагами. И после этого еще хочешь стать членом семьи?
– Подожди, сейчас все поймешь.
Я в третий раз потянулась к декольте, теперь уже не встретив никаких препятствий. Мне пришлось отвернуться, потянуть вниз ткань и развязать ленточку. Почти закончив, я мельком глянула на мужчин и обнаружила, что Исмир специально отвел взгляд, а вот Ролан, наоборот, пожирал меня глазам, слегка наклонив голову. Забавно было наблюдать две абсолютно разные реакции.
– Вот, держи, – наконец положила я перед братом Самилии записывающий камень. – Там содержится ответ, почему мне приходится общаться с Бруччи. Но не советую слушать сейчас.
– Отчего же?
– Кое-кто не знает о причине твоего незавидного положения, – и я указала взглядом на Ролана.
Маг Огня прищурился, окинул взглядом нас двоих, а после все-таки включил запись. Лица мужчин менялись по мере прослушивания доносившихся из камня голосов. Когда Бруччи говорил о заклинании, они переглянулись и вскинули брови. Но в большинстве моментов лица магов становились мрачнее тучи.
– Подорвать авторитет нашей семьи? – словно не веря, заговорил Исмир. – Неужели она настолько…
– Мразь? Ты ведь это хотел сказать? Другим словом Самилию не назовешь, – слегка скривился Ролан.
Маг Огня запустил руки в волосы и долго переваривал полученную информацию. Я сперва хотела погладить его по спине, но пришлось придержать неугомонную конечность, иначе меня могли неправильно понять. Зато Ролан теперь смотрел очень странно. Мне хотелось уточнить по поводу этого пристального теплого взгляда, подкрепленного слегка приподнятыми уголками губ. Однако сейчас не стоило нарушать тишину преждевременно. Как бы я ни старалась, но долго выдержать его на себе не удалось. Мне понадобилось найти какую-нибудь опору, чтобы отвлечься от разливающегося в груди жара, чтобы щеки случайно не запылали, а настолько важный момент не испортить своей широкой улыбкой.
– Почему вы так удивились, когда речь зашла о заклинании? – спросила я, передвигая по столу туда-сюда бутылочку с водой.
– Ничто не может действовать так, как он описал, – повернул ко мне голову Исмир. – Самирский язык не сработает из-за неверного произношения, а артефакты никак не потеряют силу. Можно ослабить, но только один. Для самого заклинания же и вправду нужна кровь и два мага, один из которых обязательно должен быть магом Воды. Вторым может быть и Огневик. Первый должен взять кровь, сплести из нее сеть и набросить на накидку. Второй маг необходим, чтобы залечить рану, иначе человеку не выжить.
– Но зачем ему было врать? – не поняла я.
– Он просто не знает его действия. Бруччи ведь получил права только благодаря своему отцу.
– Да? – удивился Ролан.
– Он всегда кичится и строит из себя невесть кого, а сам даже Взаимодействие Стихий сдать не смог.
– Это предмет такой в академии?
– Самый простой, – пояснил Ролан.
– Спасибо, Лия, – повернулся ко мне Исмир. – Я пока не знаю, как это применить должным образом, чтобы было минимум последствий именно для тебя.
– Если тебя всего лишь лишили прав за кражу, то мне вряд ли грозит что-то очень плохое. Так что не волнуйся, поступай, как считаешь нужным. А я уже как-нибудь справлюсь.
– Лия, – усмехнулся брат Самилии и крепко меня обнял.
Казалось, это обычный сон, а сейчас вот-вот появится Хулиган и оближет ухо. Потом придется вытирать мокрый след и отбиваться от собаки, что будет без конца проситься на прогулку. Однако ничего подобного не произошло. Меня на самом деле обнимали, благодарили за проделанную работу. Сейчас словно был сделан шаг к чему-то хорошему и прекрасному. Но лучше не загадывать наперед и притормозить коней своей пустившейся вскачь фантазии.
– Наверное, вы не примете меня в семью, но если есть шанс, хоть маленький, я бы с удовольствием попробовала.
– Можно никому не рассказывать о том, что ты Лия, – отстранился Исмир. – Но учти, я бы предпочел не врать. И еще, если ты после снятия накидки все-таки вернешься к нам, от меня, кроме сухого приветствия, ничего не жди.
Казалось, сейчас он сам принял меня в семью, дал разрешение, хотя вслух этого не произнес. Я широко заулыбалась и чуть не обняла его, но вовремя остановилась.
– Вот видишь, а говорил, что Самилия превратила все в пепел, – вспомнился мне момент прощания с Исмиром. По угасшей улыбке стало понятно, что это напоминание было лишним, однако я не сдержалась и тихо пробормотала про себя: – Ничего, из пепла обычно возрождается красивый феникс.
– Что ты сказала? – спросил Ролан, поморщившись и потерев при этом грудь.
– Тебе показалось, – поджала я губы и быстро перевела тему, чтобы не пришлось повторять: – А почему Самилия мстила?
Исмир тяжело вздохнул, спрятал записывающий камень в карман, явно не желая отвечать. Немного помолчав, он все же начал рассказ:
– Мне сложно понять ее, но, наверное, трудно быть не такой, как вся семья. У нее единственной не обнаружилось магии. Она усердно старалась ее открыть, однако не смогла. В детстве я изредка подшучивал над ней по этому поводу. Потом как-то и позабыл. А когда Самилия сама стала указывать всем на эту особенность, снова начал, чтобы хотя бы так сгладить накалившуюся обстановку. В какой-то момент она даже озвучила предположение, что у нас разные отцы, обвинив маму в измене – тогда мы впервые сильно поссорились. Никто не поддержал эту догадку. Наверное, это стало отправной точкой, после чего появились постоянные колкости, изде