— Так, это лишнее… — придержал я чужую «страсть» на дистанции. — Оденься, пожалуйста. Мы подождем такси на улице.
Через пару минут я уже усаживал бессловесно рыдающую Аяно в такси. Водитель заслуживал премии за свое скорое появление.
Я не обвинял Симидзу Аяно в «продуманности», когда она отвергла бедного Кенту. Каждому — свое. Да, большинство японских девиц прицеливались навечно осесть дома, сразу после замужества. И вопросы «экономики» имели значение. Но далеко не все японки были такими… «флюгерами».
Что ж, похоже, я буду должен Харуко за потерянную клиентку, для ее рекламного агентства. Уж в злопамятности Аяно я не сомневался.
На сборы оставалось всего ничего. Оставшийся тротил и мои клинки были переданы на ответственное хранение одной старушке-одуванчику. И я рванул в Итами, международный аэропорт Осаки. Хм, лишь бы баба Маса не рванула мои запасы!
После ночного пика сил, мой перелёт проходил весьма неприятно. Как будто меня что-то иссушало изнутри. И спать я привык, обрабатывая себя туманом для усиления. А тут проснулся перед посадкой и почувствовал себя выжатым лимоном.
Билеты мне заказывала помощница Егучи, и летел я обычным экономом, а вот гостиницу обеспечивала принимающая сторона. И для рядового во всех смыслах гостя не пожалели четырехзвездочный спа-отель Шератон. С учетом разницы во времени и плотного графика — не долго мне тут прохлаждаться. Но приятно, блин.
Уже в ресторане отеля меня нашла моя сопровождающая — менеджер компании Фармеко, Кэтрин Доул. Да уж, на 200 килограмм она не тянула. Рыжая фито-няшка, с чуть заметными веснушками и с идеальными зубами, которые она демонстрировала в постоянной улыбке.
Японцы в этом были похожи на наших. Мы-то улыбаемся только тем людям, которых уже узнали и приняли как своих. И если повод есть. Но в остальном, претензий к американке у меня не было, хотя денек выдался бешеный.
Мы посетили несколько объектов сети Фармеко — от небольших клиник, до совсем крошечных медлабораторий, потом заехали в один из офисов. Заметным отличием от Японии и основной фишкой Фармеко была жесткая система сбыта «своих» медпрепаратов.
Ну, вот это и отражу в отчете для Кокавы-сан. Может быть, добавится одна строчка в оферте на выкуп, про «сумасшедшую» эффективность новой сети.
Будем считать, что и задание Нишио я выполнил, про «налаживание связей среднего звена». Я травил Кэтрин байки про Японию, восхищался бизнес-процессами и кадровой политикой Фармеко:
— Кэтрин, если вам надоест на родине — в Японии вас ждет выдающаяся карьера модели или кинозвезды!
— Да ладно тебе, Кента-сан! — хихикала рыжик. — Но, если что, позову тебя на свое шоу!
В отеле, я зашел в один из баров, чтобы купить себе пару банок энергетика на утро. И даже мои ослабленные сейчас способности, в пассивном режиме, сразу отметили приближение «неправильности». Двигалась она прямо ко мне и уселась рядом за барной стойкой, эффектно закинув ногу на ногу. Мыс ее туфельки «невзначай» касался моего бедра.
Под запахом духов я не «нашел» ничего, впрочем, кровью тоже пока не пахло. Ко мне приперлась «вампирша»! Надо сказать, что Меган Фокс, которую напоминала нелюдь, должна была биться в истерике — от превосходящей «идеальности» своей копии.
Вот только как женщину её воспринимать не стоило. Те, кого я встречал из ее сородичей, к людям относились или как к еде, или как к расходному материалу.
Твою дивизию!.. Впрочем, народа в баре и у бассейна неподалеку хватало. Вряд ли здесь меня будут убивать или пытаться «выпить». Но вот «шепотков» на ухо я допускать не собирался.
— Тоже командировка? — мило улыбнулась «Меган»-вампиресса. Пока без клыков.
— Угу.
— А вы из Сингапура? Япония? Стойте, сама угадаю, — и меня просканировали, как тушу перед разделкой. — Японец, корнями с северных островов! — задорно подмигнула нелюдь.
Наверное, у нас сорт мяса отличительный! К моему счастью, бармен наконец «родил» мне мои банки с «кофеиновой» газировкой. Нет, мало, дайте блок!
— Вы угадали. Простите, леди, завтра ранний вылет, — собрался я на ночное дежурство вместо сна.
А мой взгляд скользнул по оч-чень откровенному вырезу на блузке вампирши. Это я просто… примеривался, куда сподручнее штырь воткнуть, да! Свою заточку я контрабандой провёз в Штаты, «испортив» стержень автоматического зонтика.
— Неужели я вас так напугала, самурай-сан? — обольстительно улыбнулась хищница и провела ярко-красным коготком по моему плечу.
— Не совсем, незнакомка-сан. Но меня ждет дома невеста. А ваша красота — сносит с ног! И день был тяжелый…
Ну да, от ее хука с левой и Тайсон метров на десять отлетит. И вообще, руссо-японо туристо — облико морале!
— Почему же незнакомка? Я Эйприл, — и мне выдали в подтверждение визитку. — Мне всегда хотелось узнать больше о японской культуре, погрузиться в нее глубоко-глубоко, прочувствовать каждой клеточкой своего тела, попробовать на вкус…
Я с усилием вырвался из пелены какого-то гипноза и сконцентрировал свой взгляд на визитке, вместо колыханий притягательного вражеского тела. Финансовый консультант из Нового Орлеана. Коллега, ее южных штатов мать!
— Простите Эйприл-сан, но мне правда пора. А для освоения японской культуры — рекомендую просмотр наших аниме на телевизоре Сони, под сладкие данго с зеленым чаем!
«Специфический» жанр хентая — я рекомендовать не стал. Еще насмотрится и пойдет на приступ моего номера. А данго — «наши» клевые снеки из рисовой муки. Может, оценит и на нормальную диету перейдет? Иначе, окажется у меня на шампуре. На мече-шото, в смысле!
Нелюдь секунду меня разглядывала, а потом заливисто рассмеялась:
— Нет, мы просто обязаны еще раз встретиться! Вы просто не понимаете, от чего вы отказываетесь, мистер…
— Окамура Кента.
К счастью, у меня оставались «левые» визитки финансиста, из такой же левой токийской конторы. Их я иногда использовал для сбора данных по проектам Хиго Холдингс.
Всю ночь в номере — я готовил отчет для Кокавы, напряженно вслушиваясь, внюхиваясь и поглощая энергетики. Лучше потом лечить язву желудка — туманом, чем получить летальное малокровие во сне. Если бы «Эйприл» сюда проникла, то уж точно не для того, чтобы высосать… мой редбулл!
Отпустило меня только в самолете. К счастью, на борту не было никаких потусторонних, и я немного помечтал о нормальной встрече с Харуко. У Ханда-икки тоже должно все стать поспокойнее, как и в ×2. Ну, после того как я разберусь с директором Егучи.
А когда земля Восходящего солнца стала ближе, я даже заснул в самолете, умиротворенно улыбаясь. Наступающий понедельник обещал быть счастливее прошедших «выходных».
(Днём ранее)
В субботу, Учида Харуко пребывала в крайне плохом настроении. Командировка Кенты лишила её совместных выходных — с человеком, к которому она привязывалась всё больше и больше. Даже вчера, после ресторана — Кента не смог к ней приехать. И в гости к нему — Харуко никак не попадет, а ведь так любопытненько…
Потом позвонила из Токио мама и рассказала неприятную новость. Дядя Такаюки потерял свою маленькую фирму! Будучи терапевтом в большой клинике, он открыл парочку небольших, зато своих медицинских лабораторий. И его принудили продать этот выстраданный бизнес за гроши! А семья дяди так рассчитывала на эту прибавку, к его приближающей пенсии.
— Нет, ну ты представляешь, доченька! Финансовые консультанты покупателя вели себя как бандиты какие-то! Они же бедному Такаюки буквально руки выкручивали своими условиями и угрозами…
Особенно огорчало Харуко, что ее Кента тоже работал в похожей сфере, только в более солидной компании. Но ведь он сам — и не стал бы таким заниматься! И у Кенты там проекты с шахтами, недвижимостью… А его ночной выезд к клиенту, прямо из ее кроватки, просто по-дурацки совпал по времени с новостями о жестоком убийстве в пригороде какого-то авторитета!
В обед с Харуко связалась Симидзу Аяно и в крайне нервном тоне попросила (чуть ли не потребовала) срочно встретиться. Якобы, это крайне важно для самой Харуко и не может ждать.
Честно говоря, Харуко собиралась попросить свое руководство, чтобы фирму Аяно отдали на сопровождение другому маркетологу. Ей теперь было как-то некомфортно общаться со знакомой, оказавшейся бывшей девушкой Кенты. Ну ладно, можно встретиться, а заодно и предупредить Аяно про смену клиентского менеджера.
Но в кафе разговор сразу свернул совсем не туда, куда хотела бы Харуко.
— … Кента, наверное, тебе сказал, что у нас были отношения с ним? — постучала Аяно ноготком по столу.
Кента говорил ей про ухаживания за Аяно, а не про «отношения», но спорить Харуко не собиралась:
— Да. Я только не понимаю, какое это имеет значение, и не хочу это обсуждать.
— Харуко, умоляю, пойми меня правильно! У нас всё с ним начиналось хорошо. Скромный мальчик, очень старательно учился, так мило ухаживал… Но когда я рассказала про Оками Кенту родителям, прежде чем дошло до чего-то серьезного — мой отец проверил его по своим каналам…
Харуко резко встала из-за стола, чтобы не касаться этих грязных сплетен. Но Аяно схватила ее за руку и прошептала:
— Ты хочешь оказаться замужем за якудзой⁈
Ноги у Харуко ослабели и она тяжело опустилась на стул.
— Я вам не верю, Симидзу-сан, — холодно обозначила Харуко новую дистанцию в отношениях, только подняться снова не смогла.
— Кента может и не составит в самой банде, но пойми, он родился в Нисинари. У него резиденция якудзы — по дороге от дома в школу. Он мне сам… хвастался! А еще он, похоже, сильно им задолжал. Я точно знаю, что у него не было денег на универ, где мы учились. А отец сказал, что в осакских банках ему отказали.
— Он мог занять у родных, у близких…
— У него бедные родители и нет богатых знакомых. Уж я-то знаю! — участливо покачала головой Аяно. — А якудза — это не только те, кто с ножами и пистолетами. Я недавно узнала от знакомых, где Кента работает. И папа сказал, что это одна из самых жестких инвест-компаний! Некоторые говорят — из самых жестоких! Я даже сама в новостях читала — они сейчас маленькие клиники сгребают по всей Японии, в одну сеть. Папа намекал, что там и настоящие головорезы могут участвовать…