— Здоров, Кентяра-сан! — полез обниматься радостный турист.
— Тебе тоже здоровья скоро добавится! — усмехнулся я и нарушил японские традиции хлопками по хакерской спине.
— Не за здоровьем я приехал, самурай! Ты отвези меня туда, о-о-о-о, где будут рады мне всегда…
Ой, б…! И ведь Пицца даже не бухал в полете…
Я отвез Ваньку в гостиницу под Осакой, недалеко от квартиры Ёси. А их рабочая встреча планировалась в коворкинге, на той же улице. И под моим присмотром!
Все-таки скоро придется и настоящий офис открывать. Моя заместительница уже была в мыле от нахлынувшей бумажной работы и без найма сотрудников мы долго не продержимся. А бизнес-аналитику по Фармеко и драгоценным камням я сам вытягивал за счет регулярного недосыпа.
Придирчивость Комацу-сан (и моя тоже!) не обещала легкой жизни с поиском сотрудников. Тем более, редкие интересные кандидаты смотрели в сторону крупняка, с долгой историей существования.
Пусть там скучно, зарплата не ахти и карьерный рост, растянутый до пенсии, даже для уровня старшего специалиста… Типа, солидная контора не отбросит копыта через год-два работы.
Ага, если на зуб корпоративным рейдерам не попадется! «Дружественные» слияния крупняка тоже сопровождались неслабыми сокращениями персонала.
Новые компании в Японии вообще запускались не так часто. А государство в первую очередь поддерживало национальных чемпионов. Эти конгломераты возникли еще до Первой мировой, при активном участии крупных аристократических кланов.
После Второй мировой, янки со всей силы прижали оккупированную Японию, чтобы разрушить этих монстров. Японцы послушно кланялись и исполняли.
Все дзайбацу (денежные кланы) переименовали в кейрэцу (финансово-промышленные группы). Кхм, на этом «мощнейшие» реформы и закончились.
Многоотраслевые монстры вроде Мицубиси, Мицуи, Сумитомо — как были, так и остались. И занимались они «всем» — от угля и пива, до электроники и мобильных приложух. Разве что, их корпоративные связи стали менее прозрачными.
Японцы неплохо умели учиться и перенимать лучшее. Вот они и заимствовали американские практики офшоров, «слепых» трастов и перекрестного владения акциями — для обхода антимонопольных законов.
А еще эти холдинги-кейрэцу держали за яйца всех политиков Японии, обладали мощными службами безопасности, а то и своими ЧВК. Впрочем, верхушка полиции и спецслужб тоже состояла из ставленников кейрэцу. Якудза выглядела на их фоне скромными гопниками.
Такой уклад почти не менялся веками, ведь нарушение «гармонии» и древних устоев — самое страшное табу в Японии! Даже известная методика улучшений «кайдзен» — допускала только маленькие шажочки изменений.
Подчиненные редко высказывали начальству свое мнение, чтобы не нарушить гармонию. Молодой компании тоже не стоило высовываться и нарушать «порядок» в отрасли, где рулили древние мастодонты. И пофиг, что эти гиганты десятки лет выживали только на льготных кредитах, которые и сделали Японию мировым чемпионом по долгам.
Только я не боялся ни конкуренции, ни всяких монополий с олигополиями! Набор моих старых и новых связей, способности посвященного — позволяли смотреть в будущее с оптимизмом… пусть и через оптический прицел. Главное, чтоб из бункера можно было выбираться по выходным!
И команда у меня будет такая же! Лишь бы друг друга не покусали…
Комацу Ёси как-то не оценила улыбчивого и модного Пиццу, встретившись с ним в коворкинге.
— Ух, какие мы строгие! И стройные… — тихо высказался мне Ванька о Ёси.
— Простите, Оками-сан! Но это какой-то непонятный и слишком эмоциональный гайдзин-иностранец! — через минуту прошептала мне на ухо ассистентка.
— Ну, думаю, вы сработаетесь! — громко пожелал я коллегам на английском и свалил по срочному делу.
А Пицца приступил к проверке настроек рабочего ноута и телефонов Комацу, терзая девушку техническими и личными вопросами. Если она начнет дубасить Ваньку и выгонит его на улицу, там неподалеку прятался в кафе морпех Исай. Поможет коллеге мужского пола, если что… и примет на себя часть ударов.
Коллег я «бросил» не из-за своей «черствости». Мне срочно требовалось заехать к букинисту, за старыми словарями и сопутствующей литературой по японским иероглифам.
Расшифровку манускрипта Егучи откладывать не стоило. Но медитация в месте силы требовала еще и справочников… которые я планировал «скормить» баку! Ведь мой Пожиратель снов и памяти был еще и потусторонним запоминающим «устройством».
Юки, моя инструкторша из семейки жрецов, рассказала мне лишь о методе шифровки. Только ж нормальный японец не знал и двадцатой части всех иероглифов! Их же под восемьдесят тысяч набралось за всю историю!
В процессе медитации я смогу использовать Ибаку Полиграфыча как текстовый со-процессор! Это мне подсказала баба Маса, наконец-то вернувшаяся в Осаку. Только термины она использовала немного другие:
— Баку будет заплаткой на твоих мозгах дырявых, олух! И не думай, злыдень, что я про ресторации рыбные и сакэ забыла в новом теле!
Кхм, да я и не думал такого! Может, совсем чуть-чуть…
В общем, букинист уже сделал подборку нужных мне книженций. Стоили эти раритеты нифига не дешево, и я тщательно выбирал действительно нужное. Или не хватит бабла на борьбу с вампирами и на рестораны памятливой бабульке…
Только я отъехал от книжного, мне позвонила Комацу-сан. Блин, я-то думал, что Пицца дольше продержится… Но голос, раздавшийся в динамиках мотошлема, принадлежал совсем другой девице — рыжей кицунэ!! Какого х…
— Твои люди без сознания. Гайдзин-иностранец скоро умрет. Я сейчас в гостях у племяшки Егучи. Надолго не задержусь, — раздавила меня новостями ёкайша.
Но мой «ступор» всегда проявлялся активно, и я выкрутил ручку газа на максимум:
— Две минуты! — сбросил я звонок и слился воедино с моим Кавасаки Ниндзя.
Было понятно, что это не кицунэ напала на Ваньку! Видимо рыжая как-то оказалась по близости… А кто это сделал, и что за дерьмо там произошло вообще- сейчас узнаем, б…!
И мой «мото-снаряд», используя покатую ограду эстакады как трамплин, ушел в затяжной прыжок. Секунд двадцать сэкономлю!..
Я ворвался в квартиру Комацу с единственной мыслью — лишь бы Иван был еще жив! Или… или… По-моему, у меня начала закипать кровь. Буквально.
На полу валялись бессознательные тела Ёси и… Исая. Похоже, морпех тоже подоспел к непонятной разборке.
С бешеным псом! Запах поганого инугами присутствовал и на моей ассистентке, и на хакере! А от кожаных куртки и лосин кицуне пахло кровью собачьего оборотня… ЖАЛЬ! Жаль — не я ее выпустил!!
Ванька лежал на кровати, а рыжая держала свои ладони на его посиневшем горле и вспоротом животе! И какое-то красное марево дрожало над ее руками.
Через мгновение, мои пальцы уже ощупывали едва затянутые раны Пиццы, а сознание выло — призывая на помощь волчью половину!
— Я смогла только отсрочить его смерть. Залечить нутро я не могу, — спокойно бросила мне лисица-оборотень.
— Ка-а-ак⁈ — прорычал я.
— Я шла за одной вампиршей. Сама кровососка следила за инугами. Пёс нашел девчонку Егучи в офисном здании… Цени! Мне пришлось прикончить свою собственную цель, вместо допроса, и помочь твоим людям с инугами!
Хм, лисица и сюда всех перетаскала. Видать, нашла квартиру Комацу Ёси по запаху…
— Спасибо, ценю, блин!
— На тебе долг. Мне скоро потребуется твоя помощь в одном деле. Я с тобой свяжусь. Мне жаль, что так вышло с твоим человеком, — быстро «отстрелялась» словами кицуне и вылетела из квартиры.
— Это мой друг, с… ка!! — прохрипел я и тут же заткнулся.
Долги, месть, ярость — всему этому сейчас не было места. Мои «японские бойцы» были просто в нокауте. А вот пульс Ваньки неумолимо затихал.
Врё-о-ошь! Я сполз на колени у кровати, осторожно накрыл своими ладонями раны Ивана и отправил себя в «принудительный» сон. Скорее это можно было описать, будто мое сознание сжималось в точку и погружалось в темноту. Но тьма была не абсолютной, в ней мелькали серые тени моих мыслей…
Мгновение, я вызвал сюда же серебристый целебный туман. Почти одновременно «проявился» здесь и Белый волчонок:
— Аники! Быстрее к маме! — потянул меня за собой Гарик.
— Подожди, брат! Я чую, что нужно хоть немного «подлатать» друга. Или и стая не поможет! — и я «окутал» туманом образ Ваньки.
Как-то так я делал с Харуко и Исаем…
— А теперь «сожми» туман в две «тучки», представь, что это «ватка», и промокни ею раны, — нарисовался рядом и слоник.
Угу, «моя семья и другие животные»… Но слоновью методику потусторонней медицины я попробовал. Может, такой «концентрат» и эффективнее. Тем более, сегодня полнолуние и уже ночь почти!
— Ибаку, а ты сможешь «тучки» так удержать без меня?
— Это больше от твоего контроля зависит! — ткнул в меня хоботом пожиратель снов. — Но смогу, если недолго!
Полиграфыч даже о своем жире не обмолвился! А Гарик сразу утянул меня к маме, в волчий лес.
— Окаа-сан! Помогите мне исцелить Ваньку! — взмолился я к маме-волчице.
— «Так» ему уже не помочь.
— Но сегодня полная луна! Если мы все вместе… туманом…
— Я сказала «ТАК» не помочь. Зато полнолуние поможет привязать твоего человека к икигами. Ты готов стать проводником силы для него?
— Да! Что от меня потребуется?
— Твой правый глаз и левое…
— Что?
— И подписка на ПорнХаб! — фыркнула прошаренная волчица. — Главное, чтобы ты был уверен в своем выборе. Кое-какие силы твоя младшая стая получит от нас. А твой человек сможет исцелить себя туманом самостоятельно. «Изнутри» это гораздо эффективнее…
Пепельная продолжала «изучать» мои воспоминания из мира людей. Но Порнхаб — это из памяти Кенты! Не, я слышал, конечно…
— А остальных? Исая с Ёси можно тоже сразу? Если это Ваньке не повредит!
— Главное, чтобы ты был уверен! — повторила волчица. — И трое — это твой предел…