Но мой земляк тогда отказался. Как я понял, он за хотелки лисицы особо рисковать не хотел, да и со мной не хотел встречаться. Кхм, или приказ такой был у «служебного» медведя.
А вот дядю Нишио, который устроил меня когда-то в Хиго Холдингс, Кайда не убивала! Слоник даже подтвердил, что это правда:
— Образы ее сейчас не вижу, но «запаха лжи» не чую!
Кицунэ только выпытывала у советника якудзы планы Ханда-икки по Фармеко. Ага, используя свой вариант «соблазняющего шарма». Эта лисья способность была послабее вампирской, но с внешними данными Кайды — для Нишио-сана хватило.
Рыжая не знала, кто подорвал Бентли советника. И это «событие» ускорило разрыв ее союза с Егучи. Ибо Кайда уже получила наводку от тануки, что мамины хвосты как-то достались британцам. А вампиров-янки она считала больше проблемой людей.
О Новом Сёгунате и его целях Кайда знала немногим больше меня, и в основном — от Егучи-сана. Мой директор «сёгуном» не был, но был знаком с некоторыми активными членами этой шарашки.
В ней действительно состояли некоторые японские аристократы, политики, коммерсы и «действующие» жрецы. Ага, это они продинамили Егучи с помощью против Фармеко. Зато теперь собирались прибрать к своим ручкам вампирские технологии поиска «сильной крови».
Сёгунату могли «служить» и ёкаи, но это были догадки моего директора. Старые наследные амулеты у кого-то из «сёгунов» имелись, как и тайные знания. Но Кайда раньше не встречала у людей такого количества потусторонней снаряги, как у «жреческого» спецназа.
— Кайда, а ты слышала что-то о Хозяине Вещей?
— Слышала, но выходить на него не пыталась. Слишком стремный типчик, по всем слухам!
— А поконкретней? Кто он вообще такой? Екай? Юрэй?
— Говорили, что он когда-то был человеком… очень давно. Но он не обращенный вампир. В остальном, кто-то к нему обращался за цацками с цукумогами… а кто-то становился «ингредиентом» для амулетов.
— Слушай, я понимаю, что тебе люди — пофиг. Но «сёгуны» вместе с британскими кровососами чуть тебя не порубили на ингредиенты! А игрушки для них возможно слепил Хозяин Вещей… У нас очень сильно пересекается круг врагов, хотя и причины «нелюбви» у нас разные. Как насчет поработать вместе?
— Да мне все эти уроды пофиг! Лишь бы они друг друга перебили, вместе с тупым икигами! — вспыхнула рыжуля, правда ненадолго. — Но… я еще подумаю над твоими словами.
Ага, вопросы мести для кицунэ имеют значение. И вряд ли кто-то про ее хвосты забудет.
Пусть думает, все равно со мной согласится. Просто повыделываться ей нужно, шпане ёкайской! Кайда сейчас и на взаимные клятвы-гири согласилась, о неразглашении тайн друг дружки.
— Подумай-подумай, это хорошее занятие! А «тупого икигами» и так чуть не прибили в Гонконге. Кто бы тогда твою задницу сегодня спасал?
— «Чуть» — не считается! А я контролировала из воздуховода, что там у тебя с кровососами получается! Но ты и сам кое-как справился. Тренировка в жестких условиях — это тоже «хорошее занятие»!
— Брешете, барышня! Еще скажи, что вернулась бы на помощь!
— А ты «свежесть» запахов при отходе не чуял, мальчик? Может, и вернулась бы… чтоб еще одного вампира в спину ударить. Уж не ради тебя!..
Хм… капля правды в словах стервозной засранки имелась. В теории, рыжая могла притаиться в воздуховоде вампирской базы и «прислушиваться», как ко мне прорываются вампиры и бойцы триады. Это ж она тогда хакнула систему безопасности, и возможность следить за происходящим — у нее имелась.
Только отличить шлейфы запахов, которые оставили десять и двадцать минут назад — не так просто… когда за тобой гонится толпа кровососов и автоматчиков под шармом! Но что-то она явно не договаривала.
Фиг с ней, с козой! Спишу один раз — на тяжелое детство и «кровать с гвоздями». Если подумать, она еще ничего… а могла и совсем в отмороженного монстра превратиться. А так — ну, пацанка «слегка».
Полной амнистии за гонконгскую подставу Кайда не заслуживала, но я уже не хотел наказывать эту жертву жреческого концлагеря:
— Ладно, сказочница! Прощаю тебя.
— Сдалось мне твоё прощение! Засунь его себе…
Ща как засуну! И точно не себе! Но я сегодня «добрый фей», блин:
— Осторожней с «засовываниями», девчуля!…Лови! Здесь наличка, чтоб по чужим карманам не шарила, «честное железо» и защищенный мобильник, — метнул я в лисицу трофейным рюкзаком. — Покеда, хвостатая!
Вообще, как только мы вылетели из круга силы, хвостики у рыжей пропали. А тут вдруг опять выросли… из-за спины кицуне! Кстати, я не замечал «специальной дырки» в ее джинсах…
— Стой, икигами!.. Ты ж на вертолете, небось⁈ Подбросишь до Хонсю? Мне хоть немного восстановиться надо! А сейчас еще и чертово новолуние… Или я могу не успеть надумать о «сотрудничестве» с глупым посвященным! — нагло «попросила» лисица.
Хрен ей! Я тут погостить собрался у родителей пару дней. Как-нибудь сама переберется через пролив между островами! Хоть вплавь! А то спасешь один раз, потом на шею сядут…
Честно говоря, я так до конца и не понял, как рыжая уломала меня — взять ее с собой в гости. Угу, а потом и место в вертолете ей предоставить!
Нет, ну это логично, что старики Кенты порадуются, если я с девушкой буду! Они ж все переживали, что я «разошелся» со своей институтской подругой Аяно.
И возможную союзницу сберечь стоит, хоть она стерва и предательница… Ведь ее хвосты будут опаснее во вражеских руках!
Кайда точно не пыталась накрыть меня шармом! Помнила, зараза, что я его сбрасывал уже. Но вот шевеления ее хвостиков, похоже, обладали каким-то гипнотическим эффектом. Да, точняк!
— Это все потому, что у человеков ни хобота нету, ни хвостов… хотя бы, — дружески пояснил мне Полиграфыч по дороге.
— Ни фига! Вот хобот ей не помог бы! Это извращение над природой.
— А кто себе «призрачно-извращенные» ручищи хотел присобачить?
— Не было такого! Я сразу просчитал их тактические недостатки!..
Мне даже пришлось поучаствовать с рыжей нахалкой в «ограблении» торгового центра, в Саппоро! И тоже — все «логично»! Как я ее покажу родителям в разорванной и окровавленной одежде? Магазины-то еще были все закрыты.
Заодно время скоротали, чтоб не звонить старикам еще затемно. А деньги за выбранные Кайдой шмотки — я оставил около кассы. Сама рыжая считала, что все люди ей бесконечно задолжали.
Лисица коварно просекла, что агрессия в мой адрес работает крайне плохо. Совсем в «няшку» она не превратилась (раздражает!), но подло изображала милую человеческую девушку.
Даже цвет волос изменила на черный, чтоб не светиться и больше походить на стандартную японку. Так-то, я уже видел ее в брюнетистом виде. На боевых выходах она старалась не привлекать лишнего внимания к особым приметам.
В общем, Кайда четко нацелилась вернуться на Хонсю, «основной» остров Японии — на нашем вертолете и под моей «охраной». Потом, кицунэ отличались любопытством, и лисице было интересно изучить меня в «домашней» обстановке. Сама в этом призналась!
Фиг с ней! Кайда и так могла найти адрес родителей Кенты. Все равно, главной тайной была моя «посвященность», а насчет «личных секретов» мы обменялись клятвами-гири…
— Хáха, мам, привет! Я тут, в Саппоро — по работе сейчас. Заеду к вам? — наконец набрал я родителям.
Возможно, из-за наших айнских кровей или из-за самого простого происхождения, в семье Оками было поменьше японских «строгостей» в общении.
Поэтому Оками Сумико, мама Кенты — всегда была «ха́хой» или просто «ма», вместо официозного «окаа-сан», «почтенная матушка». Хотя я так иногда обращался к Пепельной волчице, ведь она была мамой Гарика, моей волчьей половинки.
А Оками Соута, папа Кенты — аналогично именовался «чичи» или «па», вместо «отоо-сан», «уважаемый отец».
— Конечно, Кента-кун! Поскорее приходи!
— Кхм… у меня даже остаться получится, на день-два! Только я — с девушкой?..
— Ох радость-то какая! Конечно, приводи девочку… через два часа! Чтоб не раньше! Нет, через три…
Ну вот! Из-за рыжей кикиморы теперь родители будут марафет наводить. Точнее, мама будет. У бати Кенты была любимая «философия» насчет всяких уборок: «Время всё расставит по своим местам!»
Зато кроме фирменного рамэна по-хоккайдски на обеденном столе нас поджидала и специальная жаровня для другого местного деликатеса — дзингисукана.
Рамэн или густая лапша с мясом, овощами и яйцами — отличался на Хоккайдо особой сытностью. Здесь же «суровые японские холода»! Ага, с климатом нашего Крыма. Но для термоядерных реакторов в желудках икигами и ёкайши — самое то!
Маму я предупредил сразу, что лисица сожрет всё, лишь бы мяса побольше… то есть, что девушка много работает, спортом занимается и калории не считает.
Вкуснятина дзингисукан готовился прямо за столом. На пирамидку маленькой жаровни набрасывали тонкие ломтики маринованной баранины. А по горячим стенкам пирамиды стекал вкуснейший сок — прямо на овощи-гриль. Там и лучок был сладкий и фасолька, и нежные початки молодой кукурзы… Ням-ням!
Кстати, дзингисукан — было японским произношением Чингисхана! Блюдо так называлось отчасти из-за «монгольского мяса» — баранины.
Но имелась легенда, что айны ждали когда-то прихода этого завоевателя на свои острова, чтоб помочь ему против старых захватчиков — японцев. Только ураган-Камикадзе или «Божественный ветер» разметал тогда десантную флотилию монголов.
А на десерт мама добила нас «драниками»! Ха, японские рисовые сладости моти здесь делали из картофеля. Даже мясоедка Кайда уплетала эти имо-моти за обе щеки!
Конечно, в семье простого рыбака на пенсии — даже праздничный обед был бы сильно попроще. Ведь старики Оками переехали из Осаки в пригород Саппоро — потому что здесь все подешевле было.
Но денежные переводы теперь шли не Кенте от родителей, а наоборот, как бы они не сопротивлялись.