— Она как-то на тебе «заякорилась»! И сознание у нее возвращается! Поднажми, икигами! — восторженно выдал слоняра. — И тумана можно чуть добавить в руки…
Я на мгновение задумался, стоит ли выходить ли мне из режима инкогнито, и машинально помассировал нежное содержимое своих ладоней. Но выбора мне не оставили…
Гурэн раз за разом переживала ужасный кошмар, в котором ее превратили в жалкую безвольную марионетку. И всё это — через жуткую, пронизывающую боль во всем теле! Нет, нет! Она больше никогда бы не согласилась… Хоп!
И жрицу вдруг «выбросило» из пыточной круговерти в… воспоминание о наглом подозреваемом, который так нагло ее облапал когда-то! И-и… продолжал делать это прямо сейчас, наяву!
Маска этому негодяю не поможет! Эти загребущие руки она запомнила… как и ноюще-сладкое чувство в своем теле! Ну вот, опять! Только еще хуже… и трусики уже влажные.
Согласно всем приличным книгам, фильмам и комиксам-мангам, молодой женщине требовалось сейчас сказать «Ямате кудасай!» или «Пожалуйста, прекрати!». Именно за этой фразой потом обычно следовало бурное, страстное и многократное… кхм, облегчение.
Но Гурэн сегодня уже обманулась в своих ожиданиях! Очень жестоко! Поэтому из уст жрицы вырвалось другое японское «заклинание», чтоб не было глупых «разночтений»:
— Ганбаттэ кудасай! Пожалуйста, постарайся изо всех сил!
— Я в домике! А ты — это… работай, икигами! Может и память у нее восстановится, — посоветовал мой штатный менталист и слинял в свою фигурку-нэцкэ.
Что значит «может»⁈ Если уж я за что-то взялся… тем более, это «что-то» — большое и упругое!
Потом… жрице вроде не понравился ритуал от Хозяина Вещей! Значит, есть шанс не только на ее выздоровление, но и на перевербовку. Мои руки плавно переехали за спину Гурэн, и меня тут же прижало к земле вражескими «пятёрочками»…
Оздоровительный допрос проходил в напряженном режиме. Вражеская телепатка довольно быстро восстановилась и еще быстрее избавилась от всех походных одеяний, включая очень «строгую» черную комбинацию, на тоненьких «веревочках».
И всё это богатство, с очень гармоничной талией, хотело только одного — безудержного секса во всех формах, позициях и побольше! Есть у нас такое в арсенале. Кхм… ведь бывают моменты, когда стоит проявить благородство к поверженной противнице… с такими сказочными формами и зашкаливающей страстью… к исправлению!
Ну да, в коротких перерывах между сериями исцелений — Гурэн успела поплакать у меня на груди, рассказать свою историю и потребовать новых утешений!
М-да, пребывание марионеткой ее конкретно впечатлило. Жрица больше не хотела иметь дело ни с какими с потусторонними практиками!
Ее и к Новому Сёгунату занесло случайно. Хотя закономерность тут некоторая присутствовала… с сугубо японским оттенком.
В предках Гурэн тоже попадались жрецы, но сама девушка училась на переводчицу и знала кучу восточных языков, включая тибетский, монгольский и китайский. А в храм Ясукуни ее сначала привлекли для перевода древних текстов.
Япона мать, да я сам ее такими заказами загрузил бы!
С личной жизнью у Гурэн складывалось не особо, поэтому в свободное время девушка стала и в храмовых церемониях участвовать, благо обязанности жрицы-мико она знала.
И ей постепенно доверяли больше и больше, выясняя ее взгляды на жизнь, личные способности и предлагая интересные перспективы.
В общем, Новому Сёгунату нужны были боевые оккультисты и «телепаты» — чем больше, тем лучше. А Гурэн хотела «отомстить» несправедливому миру, за невнимание к себе!
Твою ж сисястую дивизию и родину япону-мать!
Просто в Японии был «исторический стандарт красоты», в который Гурэн никак не вписывалась. Ну, и комплексы у нее нарастали с детства.
Ибо от девушек требовалось быть миниатюрными, иметь небольшую грудь, излучать детскую невинность и инфантильность. Ярко выраженная женственность считалась не комильфо.
Конечно, не все японские мужики искали «кавайных» девочек-припевочек. (Которые наедине легко могли превратиться в стервозную «циркулярку».)
Хотя, зачем далеко ходить за примером⁈ Институтская любовь Оками Кенты — Симидзу Аяно была внешне таким вот «кукольным» идеалом. Ага, и куклой Вуду по характеру.
А Гурэн…
Блин, вот как с такими достоинствами и с таким… «жизнелюбием» можно было на Новый Сёгунат работать⁈ Если в Японии не ценят — вон, моя первая родина есть, с гораздо более широкими взглядами на женскую красоту!
Ибо девушки разные нужны! И места у нас есть подходящие по климату, для горячей японки! В смысле, тут же все теплолюбивые…
Через пару часов Гурэн откинулась в изнеможении на мою сброшенную куртку и неожиданно заявила, с какой-то мечтательностью:
— Оками-кун, мне нужно в Крым.
— Кха! Кхым! В какой Крым⁈
— В Се-ва-сто-порь. У меня там все будет хорошо! И далеко от Нового Сёгуната…
Я даже себе по груди постучал, точнее — по домику слоника, вызывая консультанта по менталу:
— Тут что-то непонятное — с Гурэн! Хоть и правильное… в целом.
— А я тебя предупреждал о пост-эффектах в ее сознании! Ей же в голову и шарм попал из треснувшего жезла, и Хозяин Вещей намутил — через камни силы, — отмазался Полиграфыч. — Ты вот о чём думал «в процессе»?
— Да не думал я ни о чём! Ну так, чуть-чуть. О том, чтоб девушке хорошо было… по жизни.
— Вот твоё «чуть-чуть» у неё и отложилось, как план действий!
— Блин, это же не ее мысли!
— Ха, это слишком хорошо совпало с ее затаенными желаниями! Шарм-то уже рассеялся.
— Да она даже не слышала раньше про Крым, нафиг! И про Севастополь!
— А зачем ты ей «показал» картинку здоровенных гайдзинов, в белой военной форме, на параде? И твои мысли жрица уловила, что ее собственную «форму» там высоко оценят.
— И что теперь?
— И теперь у нее такой образ «девичьего рая» сформировался, что она туда пешком допрется! Еще и сегунов по дороге затопчет, с якудзами в придачу. Ты ж не только «думал», но и «эйфорией» ее накачивал… «лекарь» посвященный!
— Сам сказал мне «работай»! «Технолог» потусторонний!
Так у Нового Сёгуната стало еще на одного опытного «телепата» меньше. А кому понравится, когда какой-то Хозяин Вещей мозги выкручивает наизнанку?
Ага, я-таки отправил Гурэн на свою первую родину. С «временными» документами для путешествия и переводом банковских счетов — бывшей жрице помог Пицца.
Пусть девушка открывает в Севасе языковую школу, ищет личное счастье и удаленно зарабатывает на переводах для икигами! Ведь у меня в манускрипте имелись отдельные непонятные закорючки, в которых я подозревал древние тибетские письмена.
Естественно, на прощание Гурэн выдала клятвы-гири о неразглашении. А секретами о Сёгунате она начала делиться еще раньше. Ну, о чем она могла рассказать, с учетом старых обетов.
Гурэн не относилась к командному составу ОПГ из аристо и жрецов, поэтому ей многое не сообщали в принципе. Но кое-что ей доверяли и не всегда под клятвы!
Например, жрица сама освоила зарядку «рыцарских» амулетов, и я теперь тоже знал, как правильно запустить этот процесс. В добавок мне указали пару старых храмов, где имелись нужные алтари, с функцией подзарядки. Правда, режим охраны «электростанций» — Гурэн уже не могла для меня уточнить. Ничё, разберемся.
Планы Сёгуната о демонах были «закодированы» надежнее всего. Но даже жрецы-террористы не смогли полностью совладать с женским любопытством и пытливостью!
— Полгода назад, я учувствовала в одном непонятном ритуале, на месте археологических раскопок. Находка была закрыта полотнищем, но ощущения у меня были от нее жутковатые. Возможно, тебе интересно будет там побывать, Оками-кун! — намекнула мне экс-жрица еще на полянке (и верхом на икигами).
Вот это удача!.. С большой долей вероятности я получил координаты одной из гробниц с демонами. Храмовое начальство Гурэн забыло тогда навесить на девицу отдельную клятву, а у меня появилась ниточка к поганому плану Сёгуната!
И мое возвращение в Осаку можно было назвать почти триумфальным. Правда, психованный Хозяин Вещей не забудет теперь про меня и слоника-баку. Только наши пути и так должны были пересечься.
Зато у меня появились «ключи» к решению главной проблемы — Нового Сёгуната! И новые вводные требовалось срочно отработать. Тем более, что я «приглушил» активность сегунских союзников из Ямагути-гуми, а Ванька готовился лететь в Монголию, на пуско-наладку нашего дата-центра…
Ага, вот и моя заместительница Комацу Ёси мне звонит — похоже, чтоб согласовать финальные платежи подрядчикам:
— Комацу-сан, привет! Мы что, за лимиты бюджета вышли?
— Оками-сан, тут другое «вышло». Тебя вызывают в Комиссию по ценным бумагам!
— Ну, любой приличный инвест-банкир вынужден тратить десятую часть времени на походы к следователям и отраслевым «надзирателям», — усмехнулся я.
— Оками, я уже вызвала адвоката Гушикен-сана! В повестке говорится о расследовании связей Оками Инвестментс с организованной преступностью! — включила тревожные нотки моя помощница. — И твои проекты в Хиго Холдингс будут повторно рассматривать…
А вот это уже тянуло на очередной ход Сёгуната! Моя собственная компания была «белее снега». Но чертов Того-сан, кандидат в президенты ×2, мог «поднять волну» по моим старым проектам, с подачи своих покровителей.
История с Фармеко была надежно подчищена — мною и Нишио-саном. Скорее всего, «сёгуны» наносили отвлекающий удар и опять били «по площадям».
Я не собирался «легко» отмахиваться от такой угрозы. Уголовку мне точно не смогут пришить. Вот попасть в список лиц, связанных с якудзой — было чуть проще, из-за «политизированности» таких решений.
Но адвокатская компания Гушикена была готова и к подобной атаке. Даже группы парламентских лоббистов были заранее задействованы и проплачены. Угу, в рамках действующих законов.