— Всё, сестричка, сейчас — он твой! А со словами у волчар всегда проблемы! — выдала Кайда и плеснула на нас водичкой.
— Это ты каких еще волчар знаешь⁈ — прищурился я на старшую кицунэ.
— Да по тебе одному всё понятно, бестолочь! — показала Кайда язык и молнией выскочила из прудика.
Ну-у… просто инвест-банкиру проще презентацию подготовить и показать. А речи толкать — у меня больше боевыми командами выходит.
— Не правда! Он довольно умненький, — хихикнула Юки и соскользнула по мне в воду.
— Довольный — точно! И никому вас не отдам… — рыкнул я и продемонстрировал мечнице, что по ней я скучал никак не меньше.
Оставшуюся половину сил я вкачал в хвостик Юки. Он пока был практически неосязаемым, но моя «процедура» умножала удовольствие и для «начинающей» кицунэ.
— И-и-и… и не надо о-о-о… отдавать! — выдохнула Юки после первого захода.
Собираться для короткого перелета — девчонкам было не долго… казалось бы. Ведь Юки попала в этот домик в обмороке, а для Кайды это было одно из временных конспиративных убежищ. Только новые сумки и чемоданы возникали будто бы из воздуха…
Ну, у девушек с потусторонней природой — и не такие способности могут проявляться. Главное, что меня не утопили чуть раньше за «проблемы со словами».
— Кента, а ты уже придумал, как все объяснишь своим родителям? — прищурилась на меня Кайда.
— Кхм… Чудом?
Глава 15
Вообще, текущее мировосприятие лисичек было немного забавным.
Ямаки Юки просто радовалась, что родители и она сама — живы, даже новая потусторонняя родственница появилась — Кайда. Еще и ее «тайный» возлюбленный Оками Кента смирился с неизбежным, то есть, с самой Юки.
Так-то она понимала, что этот очень интересный, сильный и заботливый парень пытался держать с ней дистанцию — из-за своих «деловых сложностей». Даже «пугал» ее специально — своей «неоднозначной» репутацией.
Действительность оказалась намного страшнее. Мечница имела некоторое представление, что «власть имущие» не брезгуют ничем на своем пути. И так было всегда, если верить историческим хроникам.
Но тут же вампиры оказались реальностью и даже похитили ее родителей! А она сама чуть не стала жертвой в оккультном ритуале!
Зато истинный образ Кенты превзошел все ожидания и надежды Юки! Не зря она шаг за шагом и без лишнего «давления» привязывала его к себе.
Ну а то, что еще есть Кайда… так она спасла мечнице жизнь и «нечаянно» открыла для девушки дверь в мир духов. Ведь Юки чувствовала его с детства, столько знала о нем из семейных фолиантов, а теперь стала его «частью».
Да, это мир был полон опасностей, но ей и так пришлось побывать на грани смерти! Зато никто не сможет ее безнаказанно обижать, как мерзкий наследник Адати, при помощи всяких извращенных амулетов! Или как оккультисты семьи Фудзивара, которые превратили ее в послушную куклу!
Теперь будет легче себя защитить, ибо к ее кен-дзюцу добавятся ёкайские силы кицунэ и чудесная катана от Кенты-куна! Обидно же всю жизнь быть сильной, а потом в одночасье оказаться не способной постоять за себя!
И «старшей» сестричке так тяжело пришлось в детстве! Потерять родителей, жить в клетке и служить лабораторной зверушкой! И потом — выживать в одиночестве, против всего мира.
Но за внешней и нарочитой «колючестью» Кайда просто прятала свою ранимость и желание душевного тепла. Уж Юки могла такое разглядеть с детства, благодаря своему жреческому наследию.
А все «личные необычности» (в отношениях с Кентой и Кайдой) — сознание Юки списало на специфику её… «нового состояния».
Она же теперь сама кицунэ! Ну, или скоро ею станет, ибо тело и душа Юки еще проходили через очень непростую «перестройку», как объясняла это Кайда.
Её родители в безопасности, спасибо Кенте! И она скоро с ними свяжется. Со всем остальным — помогут разобраться ее милый и «колючая» сестренка.
Пока же — надо с непослушным хвостиком управиться. Но Кайда уже рассказывала о стольких полезных свойствах этой новой части тела!
А когда Кента вливал свои силы в ее хвостик, во время любовной игры, и ласкал своими пальцами «основание» пушистого «опахала»… М-м-м… Юки хотелось просто растечься лужицей от невозможного блаженства.
Кайда же — не могла себе четко объяснить, как чертов икигами вошел в ее жизнь. А потом… еще много куда вошел, кобель похотливый! Но это оказалось неожиданно… хорошо. Даже очень… очень-очень. Только пусть о себе ничего такого не думает!
Пф-ф! Всё хорошее — это ее великое наследие лисьих оборотней! И ее тело — шедевр! А то, что у посвященного получалось так «играть» на этом шедевре, вырывая стоны и крики наслаждения — это… это… его обязанность, да!
Просто у этого Кенты — старики очень милые и заботливые! Кайда даже растерялась при первом знакомстве с Сумико и Соутой Оками — от нахлынувших на нее волн теплого внимания и участия.
Проклятье! Кайда чуть не расплакалась тогда… непонятно от чего.
Они же её кроме как «доченькой» и не называли. И ничего от нее не хотели! Ну, кроме того, чтоб она чаще у них появлялась… с этим волчьим обормотом!
Но каким бы «показушным нахалом» не был икигами, этот юнец всегда приходил ей на помощь. Даже после её «проверок» и воспитательных мер! И… практически ничего не требовал взамен, идеалист безумный! Так-то, стоило признать (но не вслух!!), что Кайда ему конкретно задолжала.
«Воспитывать» Оками Кенту тоже особо не получалось. Дубина непрошибаемая! А его «юность» была какой-то… фальшивой! Кайда сама себя все чаще ощущала маленькой лисичкой с этим… хитрым паразитом!
Вот только чувствовать себя «малышкой» и «рыжиком» (так непотребно называл ее волчара) — Кайде нравилось. И для кицунэ стало почти невозможным обходиться без этого.
Вообще, ощущать этого Кенту… глубоко в себе — было восхитительно! Только это всё проклятые инстинкты стаи! Пускай не зазнается!
Она и так за этого клыкастого козла перепугалась, когда Оками чуть не впал в убийственное безумие, над телом жреческой наследницы! А кицунэ слышала истории про древних икигами, которые превращались в выгоревших Жнецов Смерти — «заготовок» для демонов. За ними потом охотились и люди, и нелюди.
Ведь Кайда не для того «слепила» из него более-менее приличного икигами, чтоб потерять! Ну, может, он и сам «слепился». Но кицунэ играла важнейшую роль идеала и вдохновительницы!
К человеческим девицам Оками — гордая кицунэ относилась в лучшем случае. как к домашним питомцам. Правда, икигами пересекался в Японии и с какой-то шалавой-койотихой. Но ему хватило ума вовремя понять свою позорную ошибку.
Иначе Кайда бы им устроила! Пф-ф-ф! Не из-за ревности (вот еще!), а просто потому… потому… потому что кицунэ — лучшая! Чем койотиха. И всякие козлиные посвященные должны об этом помнить.
А импульсивный поступок Кайды, когда она пожертвовала одним из маминых хвостов — запустил другие стайные инстинкты ёкайши-оборотня.
Где-то в глубине души, кицунэ посочувствовала юной мечнице, которая отдавала свою жизнь — матери. Даже какое-то уважение и сопереживание возникло к этой Ямаки Юки.
Ведь Кайда все свое детство мечтала о силе, которая вернула бы ее собственных родителей. Если можно назвать «детством» то, что лисица пережила! Но она сама бы отдала всё, чтобы ее родители остались в живых, чтобы не быть одной…
Только отданный мечнице хвостик — не «просто» сохранил жизнь Юки, но и как-то запустил её «обращение» в кицунэ! Точно, дело не могло обойтись без гадкого икигами или духов, которым Кента был посвящен. Ведь волки — это недоразвитые лисы!
Когда же нюх и потустороннее восприятие Кайды уловили первые изменения в Юки, кицунэ поняла, что она больше не будет одна. Будто ее мама-лисица сделала прощальный подарок и у Кайды появилась младшая сестричка!
Уж она воспитает Юки! А Оками Кента — их семейная собственность, да!
Родителям я представил Юки как троюродную сестру Кайды и… признался, что выбирать между девушками не планирую.
— Кха! — грозно крякнул на меня Оками Соута. — Всё у вас банкиров — не как у людей!.. А чего так долго не привозил к нам Юки? И Кайду мы сколько не видели, после твоего круиза⁈
— Ох, доченьки, — всплеснула руками матушка и потащила лисичек срочно обедать. Даже про меня забыли!
— И Пожиратели Кошмаров не кормлены! — недовольно хрюкнул Полиграфыч.
В общем, старики явно рассчитывали, что теперь их точно не продинамят с внуками. Хотя меня, конечно, постращали насчет серьезности и стойкости моих намерений.
Остальное… было списано на древние японские традиции, проистекающие из Синто, Пути богов.
Ведь главный синтоистский принцип — жить в гармонии с природой, с духами-ками и с людьми. Зло — это лишь нарушение гармонии.
Если лисички не пытались меня притопить в купальне, около охотничьего домика Кайды, значит моя ответственность проканала, и гармония соблюдена.
Исторически, детали брачных союзов всегда оставались на усмотрение японцев. Так было и при первых императорах, и при сёгунах. Хотя последние пытались регламентировать предельное количество жен по разным сословиям и прочую бюрократию развели.
Причем, у японцев это не было похоже на закрытые гаремы Ближнего Востока. Традиционной «практикой» было «перемещение» мужа между отдельными домами жен. Хотя и «семейные дворцы» не возбранялись.
К тому же особой массовости таких «расширенных» браков не было. В основном — среди аристо, чтобы гарантировать наследников, на фоне многочисленных войн и болезней. С войнами у меня и сейчас все «в порядке».
Или пусть мне предъявят семейный кодекс для икигами и ёкаев-оборотней! Когда дойдет дело до официоза — у Юки есть «белое» ай-ди, а Кайде человеческие печати не интересны…
А перед отлетом с Хоккайдо я «познакомил» лисичек с духами из круга силы, чтобы девушки тоже могли настроиться на сигнальные камни. Айнские духи могли и прямую поддержку в бою оказать, только на меньшем радиусе.