- Ты что творишь?! Скорей застегнись! Прикройся! Спрячься! В машину!
Ничего из этого он сделать, конечно, не успевает. Зато успевает другое: обхватывает меня обеими руками и в каком-то странном коротком танце - повороте на три шага - мы оказываемся в тесном промежутке между автомобилем и колонной. Слышу спокойные шаги никуда не торопящегося человека: он проходит мимо (с облегчением перевожу дыхание), останавливается и… возвращается! Я с придушенным писком утыкаюсь лицом в шею Ючона. Парень прижимает меня крепче, поворачивает голову и интересуется как ни в чем ни бывало:
- Вы что-то хотели?
- Да, - слышу я холодный голос и застываю: это Хон Сонги! – Хотел посоветовать: в следующий раз занимайтесь… своей личной жизнью не в офисном гараже!
Ядом, сочащимся из насмешливого голоса хубэ, можно тараканов травить:
- Обязательно рассмотрю ваше предложение!
Хон, как и положено взрослому, разумному – и осторожному! – мужчине, пикировку не продолжает. Навострив уши, я слушаю, как хлопает дверца, заводится мотор, мимо нас проезжает машина… Когда звуки наконец затихают, с облегчением длинно выдыхаю – прямо в грудь Ючона. Некоторое время мы стоим неподвижно, потом парень негромко спрашивает:
- Сонбэ настаивает на продолжении?
Каком… продолжении? О чем он? Поднимаю голову: Ючон глазами и кивком указывает на мои ладони, по-прежнему лежащие на его… гм… скажем,грудных мышцах. Очень твердых, надо сказать, мышцах. Отдергиваю руки, словно обжегшись.
- Ой, извини! Я просто пыталась тебя прикрыть, вот и…
- Хорошо, сонбэ, уговорили, не буду подавать на вас жалобу за сексуальное домогательство! - Ладони парня соскальзывают с моей спины.
- Домога… что?!
Ючон смеется. Всё ему нипочем! Даже если б нас застукали в таком интересном виде! Ему-то что, покровитель отмажет, а вот мне!.. Втолковываю это, пока стажер везет меня домой – я и не заметила, как автоматически уселась в его машину, хотя нам и правда лучше держаться друг от друга подальше. В нерабочее время. От рабочего я бы тоже не отказалась.
Бросив попытки донести до хубэ всю серьезность ситуации, размышляю, рассмотрел ли Сонги, с кем именно Ким Ючон «занимается своей личной жизнью». А если видел, что предпримет? Если предпримет. Может, ему вообще на меня плевать. Или при встрече что-нибудь такое ввернет… уф, как неудобно! К тому же неудобно за то, чего я вовсе не делала!
- Ну почему, почему, нас должен был увидеть именно Хон Сонги?! – ною я себе в ладони и вдруг понимаю, что получается слишком громко и отчетливо. Потому что мы уже приехали, и хубэ заглушил мотор.
Ючон смотрит на меня внимательно. Спрашивает:
- А почему сонбэ так волнует именно Хон Сонги?
***
[1] Оппа («старший брат») - обращение девочек, девушек, женщин к старшему брату или мужчине не намного старше себя.
[2] Королева Мин, императрица Мёнсон - главная жена короля Коджона из династии Ли, с 1870-х годов и вплоть до гибели в 1895 году правила Кореей «из-за ширмы».
Глава 11
Захваченная врасплох, я не отнимаю ладоней от лица, судорожно соображая, что ответить.
- Он вам нравится? – продолжает хубэ.
Ненатурально смеюсь и выпрямляюсь.
- С чего ты взял? Просто мы с замначальника Хоном часто сталкиваемся по работе, и… не хотелось бы, чтобы он всё неправильно понял!
- То есть, застань нас кто другой, вы бы точно так же реагировали?
- Ну конечно!
- Какое облегчение! – радуется Ючон. - А то мне показалось, что Минхва-сонбэ слишком уж легкомысленная!
Непритворно изумляюсь:
- Это я-то?! Да у меня ни на что и ни на кого времени и сил просто не остается!
Парень хитро прищуривается:
- А как же Первый принц?
- Тьфу на тебя, отстань ты, наконец, со своим принцем!
- Принц как раз ваш, мне он даром не сдался! Это раз, - продолжает насмешник. – Теперь вот еще руководитель Хон Сонги, чье мнение вас почему-то сильно волнует!
- Отстань, говорю!
- Это два. А есть еще и три… - Сделав паузу, Ючон сгибает и разгибает палец, хитро на меня поглядывая. Интригует.
- Ну? Что еще за «три»? – не выдерживаю я.
- Тот, кому вы даете деньги!
Моргаю, соображая.
- Деньги? Я?!
- Слышал ваш телефонный разговор в комнате отдыха.
А, вон он про что! И про кого.
- Тебя никто не учил, что подслушивать нехорошо? – хмуро интересуюсь я, Ючон невинно разводит руками:
- Я не подслушивал, просто сонбэ так орала!
Правда, что ли? Вроде, в основном, шипела… Хубэ неожиданно склоняется ко мне, участливо заглядывая в лицо:
- Что, к вам присосался парень вроде меня?
- В смысле?
- Ну… - Ючон картинно оглядывается, придвигается с выдохом: - Альфо-онс!
Ткнув пальцем в лоб, отталкиваю его близкое улыбающееся лицо.
- Ничего подобного! – Хотя что-то общее есть, да. Например, уверенность, что все вокруг им должны.
- Жаль, - вздыхает Ючон, - а то бы я надавал кучу полезных советов, как с нами обращаться!
- Да ты, похоже, этим просто гордишься! – изумляюсь я.
Глаза парня блестят в темноте машины.
- Просто я рад, что теперь у меня нет никаких секретов от сонбэ!
- Прямо никаких?
- Ну… важных секретов! А вот у вас их куча. Если это не жиголо, то… шантажист?
- Угу, - хмыкаю я. – Интересно, чем меня вообще можно шантажировать, не подскажешь?
- Например, тем, что он знает, какого цвета у вас нижнее белье? Кстати, я вот теперь знаю!
- Умереть захотел? Или по губам получить? – Да-а, если бы Сонги нас сейчас слышал, точно бы уверился в нашем… романе!
- Ну я-то это узнал случайно! - оправдывается Ючон с такой хитрой физиономией, что становится ясно: передо мной жуткий фетишист женского белья, который в доме каждой своей знакомой первым делом лезет если не под юбку, то в ящик с нижним бельем – точно!
- Так, - говорю строго, пытаясь вернуть разговор из обсуждения моих трусиков в нормальное русло. Мне явно не хватает не только возраста, но и авторитета, раз мой младший вообще осмеливается поднимать подобные темы! – А теперь объясни, что такое сегодня было?!
Ючон утомленно вздыхает:
- Вы опять про утро? Мы же уже все обсудили!
- Теперь уже про вечер! С какой стати ты решил передо мной оголиться?
- Простите, сонбэ, - кается парень совершенно с нераскаянным видом. – Это все моя проклятая привычка!
- Привычка раздеваться в общественном месте? Омо[1], так ты еще и эксгибиционист?!
- О… - Ючон делает вид, что серьезно себя анализирует. - Пока нет.
- Какое облегчение! Тогда что еще за привычка?
- Ну вы же понимаете, нам, альфонсам, регулярно приходится демонстрировать товар лицом, – вальяжный взмах рукой вдоль тела. – Сонбэ с меня глаз не сводила, пока я расстегивал рубашку, вот привычка и сработала!
Чувствую, как у меня вспыхивают щеки – и правда, зачем я тогда на него пялилась? Огрызаюсь:
- А, то есть это я во всем виновата?!
Ючон вздыхает:
- Ну как я могу ругать сонбэ, если она желает полюбоваться моим роскошным телом!
Тьфу! Вот так вразумила: меня же еще и обвинили в сексуальной озабоченности!
- Так, всё, разговор закончен! С завтрашнего дня ты больше не опаздываешь в офис, а я больше не поднимаю темы твоей… подработки!
Ючон легонько присвистывает:
- Ого, вы этому у своего шантажиста научились? Вы же обещали никому ничего не рассказывать!
Мрачно гляжу на него и с «до завтра!» собираюсь выйти из машины. Хубэ неожиданно перехватывает мою потянувшуюся к двери руку. Не успеваю возмутиться, как он спрашивает – уже вполне серьезно:
- Сонбэ, вас же не коллекторы преследуют?
Смеюсь:
- О нет! Я точно не пойду за займом! У меня противоядие имеется.
- А… ну да, конечно, - непонятно соглашаетсяЮчон. – Тогда остается только…
Продолжаю сидеть, заинтригованная сегодняшними версиями хубэ на мой счет. Парень переводит взгляд с меня на лобовое стекло. Продолжает - очень осторожно:
- Говорят, здесь… то есть, в нашей стране, такое часто бывает. Парни тайком делают интимные фото или видео девушки, а при разрыве выкладывают их в интернет… иногда даже на сайте компании, где она работает… рассылают знакомым и родственникам. Или вымогают деньги, угрожая, что выложат.
Да, я тоже много о таком слышала. Некоторые глупышки даже кончают жизнь самоубийством – ведь общество почему-то осуждает именно жертву, а не сделавшего это подонка!
- Сонбэ, - парень косится на меня краешком глаза, – это же не ваш… случай?
Тут и врать не приходится! Я даже успокаивающе похлопываю его по руке, по-прежнему сжимающей мое запястье.
- Точно не мой! Но спасибо за заботу, хубэ.
С парня тут же сползает слишком большая одежда серьезного взрослого человека: он вновь веселый, как щенок, и бесконечно нахальный. Заявляет жизнерадостно:
- Я так и подумал! Зачем моей сонбэ таким заниматься!
Вот только умилишься его нежданной заботе, как он сразу все испортит! Я раздраженно стряхиваю руку Ючона.
- Ты еще скажи, что в моей жизни вообще никаких парней не было!
- А сколько их было? – тут же цепляется хубэ.
- Сколько надо, столько и было, - ворчу я, наконец выбираясь из машины. – Просто я умею их выбирать!
И не будем сейчас вспоминать мой последний «умелый» выбор - Хона Сонги! Спасибо ему хотя б за отсутствие в сети интимных фото…
Перед тем, как закрыть дверь машины, напоминаю:
- Не забудь, о чем мы сегодня говорили!
- Всё помню! – заверяет Ючон и начинает послушно загибать пальцы. - О моей «подработке» – раз, о белье сонбэ – два…
Тьфу! Хлопаю дверцей, чуть не шарахнув по носу перегнувшегося через сиденье Ючона, и направляюсь к лестнице. Хубэ заводит машину, но не уезжает. Уже взявшись за перила, я глубоко вздыхаю – со всем этим совершенно забыла…
Возвращаюсь. Ючон предупредительно опускает стекло, но выходить не рискует – и правильно! Наклонившись, говорю: