Преодоление препятствий, перетягивание каната, эстафеты… Э, да к вечеру все умаются и с ног свалятся, мечтаю я, хубэ не соглашается: наоборот аппетит нагуляют! Некоторое время мы старательно болеем за «свои» команды (я, разумеется, выбираю команду госпожи Ча, потому что против Сонги): скандируем поддержку или возмущаемся коварными подставами. Потом Ючона как незаинтересованное лицо со стороны приглашают судить, а Дьяволноситпраду усаживается рядом со мной. Как всегда невозможно элегантная, в отлично сидящем на подтянутой фигуре дорогущем белом спортивном костюме (даже пыль и грязь боятся ее коснуться!). Уйти сразу неприлично, так что я машинально выпрямляюсь, втягиваю живот и начинаю искать причину вежливо улизнуть…
- Какой милый мальчик, – неожиданно говорит госпожа Ча, указывая подбородком на Ким Ючона. Тот как раз что-то доказывает Сонги: глаза горят, щеки раскраснелись, волосы растрепались…
- Ну да, - кисло соглашаюсь я, – смазливенький…
- Вроде его первоначально брали к нам в юридическую службу?
- Через месяц Ким Ючон будет ваш, целиком и полностью! – заверяю я. Видимо, с таким энтузиазмом в голосе, что руководитель Ча уточняет:
- С ним какие-то проблемы?
Я открываю рот, чтобы вывалить «послужной список» хубэ и… Закрываю. Напугаю еще, и юристы откажутся забирать его к себе! К тому же в последнее время парень так меня выручает, что язык не поворачивается его ругать. Во всяком случае, при посторонних. Пожимаю плечами и говорю беспечно:
- Ничего такого, с чем бы я не справилась!
Королева Ча поворачивает голову и окидывает меня взглядом из-под наращенных ресниц. Как-то… оценивающе.
- Вот как? Очень интересно! Я слышала совершенно другое.
Что такое «другое» я примерно представляю, на собственной шкуре опробовала. А слышала – от кого? Может, и ее Сонги предупреждал? Кто бы мне наконец ответил? Закидываю удочку:
- Говорят, Ким Ючона взяли по протекции?
- Ни в коем случае! – отвечает госпожа Ча скучным голосом. – У нас в «Ильгруп» подобное не практикуется!
Ну да, ну да, слышали мы такие лозунги! Некоторые даже верили. До поры до времени.
- Но мальчик, - взгляд руководительницы вновь возвращается к хубэ, который в этот момент несется по стадиону вперегонки с юристами и хохочет, - милый. Свеженький такой… непосредственный.
Ага, кисло думаю я. Ни дисциплиной, ни элементарными правилами поведения совершенно не отягощенный. Или - теперь уже я исподволь изучаю профиль госпожи Ча - имеется в виду кое-что другое? Интересно, а к начальникам такого ранга все еще применимо правило «никаких романов на рабочем месте», или чем выше человек, тем больше ему позволено?
С одной стороны, это решит множество проблем хубэ – и материальных, и карьерных (если он все-таки останется в «Ильгруп», а не удерет заграницу, как регулярно угрожает), с другой… Такая матерая хищница вряд ли выпустит парня из рук, а если он все же попробует удрать, то точно пострадает. Так что - ну ее!
Поддакиваю небрежно:
- Ага, симпатичный, от девиц прям отбоя нет! Хотя у него постоянная девушка имеется, вроде даже помолвлены...
Вряд ли Дьяволноситпраду такое остановит, но, может, хотя бы задумается… Я ожидаю гневной отповеди: ведь женщина всегда поймет женщину, как бы завуалированно беседа не велась. Или наоборот нейтрально-ледяной реакции: а мне-то что за дело до помолвки какого-то стажера? Но руководитель Ча вдруг очень оживляется:
- Неужели? Как интересно! А кто она?
Развожу руками уже искренне:
- Откуда мне знать! – Начни Ючон перечислять всех своих клиенток, я, наверное, и упомнить не смогу!
Руководитель Ча неожиданно похлопывает мою руку прохладной холеной ладонью:
- Если вдруг узнаешь, кто это, шепни мне на ушко! Буду очень благодарна! – и упруго поднявшись, спешит к своей команде: как раз объявляют следующее соревнование. В недоумении хлопаю глазами: и что, пойдет к гипотетической девице разбираться? Бр-р-р! Представляю, ко мне бы такая заявилась!
Некоторое время раздумываю, не предупредить ли хубэ, что одна из его будущих коллег им очень заинтересовалась. Парень будет держаться настороже или наоборот увидит перед собой новую заманчивую цель? Так. Все, что с Ким Ючоном случится дальше, уже не моя забота. У него своя собственная жизнь и свои собственные планы – вот пусть сам и разбирается!
***
[1] Говядина в ЮК дорогая.
Глава 19
Обед нам обеспечивает кейтеринг. Тут наша с хубэ помощь минимальна: только проследить, чтобы блюда соответствовали вчерашнему заказу на выездное обслуживание.
Но обед получается выездным даже дважды! Не успевают галдящие юристы наполнить тарелки и разбрестись - кто за столы на улице, кто на террасу - как подъезжает белый грузовичок, победно оповестив о своем прибытии длинным оглушительным гудком. Нам еще не видно, что на нем написано, но те, кто рядом, оживляются, улыбаются, указывают, обсуждают, а потом еще и начинают весело скандировать:
- Хон Сон-ги! Хон Сон-ги!
Мой бывший поднимается из-за стола и с неловкой улыбкой пробирается к грузовику, где пара расторопных парней уже преобразуют машину во всем знакомый фургончик с едой. Подойдя, я вижу на белом боку грузовичка розовый лозунг: «Хон Сонги, удачи!!!» С тремя восклицательными знаками.
- Ого, не знал, что замначальника Хон так популярен! – комментирует Ючон. – Прямо будто фанаты какого-то айдола[1] угощение прислали!
Через мгновение мы узнаем, кто тут главный фанат Хона Сонги: из подъехавшей следом машины европейской марки вылезает его длинноножка. Эффектно замирает под многочисленными любопытными взглядами – или ждет, когда жених поспешит ей навстречу? Непринужденно берет подошедшего мужчину под локоть и, приложив ладонь к груди, кланяется всей компании.
- Здравствуйте. Я Со Наюн, невеста руководителя Хона Сонги. Приехала его поддержать.
Народ активно приветствует и оценивает невесту, а на угощение и вовсе реагирует так, как будто не оставил за спиной только что заполненные тарелки: грузовичок просто берут штурмом. Я кривлюсь:
- Можно было тогда и не напрягаться!
- Ага, так вот кто ее жених!
- А ты что, не знал? Вы же с ней давние друзья!
- Неа. Наюнка сказала, что помолвлена, и что он работает в «Ильгруп», на этом всё, а дальше я не расспрашивал. - Ючон с интересом разглядывает парочку, будто прикидывая, подходят ли они друг другу. Выдает итог: - Похоже, ей повезло…
Удивляюсь:
- Почему «ей»? Это как раз ему повезло, такой куш отхватил – дочку своего начальника, карьера и все блага обеспечены!
Парень косится на меня.
- А откуда нуна об этом узнала? Они же вроде не афишировали свои отношения?
Спохватываюсь:
- Не помню, слышала где-то...
- Минхва-нуна, сейчас все вкусняшки разберут, ускоримся! – Ючон неожиданно хватает меня за руку и тянет в водоворот клубящихся у грузовичка людей. Я упираюсь, да куда там, тащит как на прицепе! Очутившись рядом с откидным прилавком, прячусь за хубэ, оживленно выпаливающим: «Привет, Наюн-ши, хорошо выглядишь! Нам два айс американо, а еще…» - и он начинает скороговоркой перечислять всё, что видит. А я встречаюсь глазами с хоновской невестой. Приветливой улыбки на ее лице как ни бывало; взгляд снайперский, словно у меня на лбу красный кружок мишени. Эй, подруга, это я должна так на тебя смотреть! Аккуратно кивнув посередине между ней и Сонги, дергаю хубэ за рукав:
- Хватит! Оставь что-нибудь другим!
- Да ладно! - отвечает тот безмятежно. – Она много привезла, всем хватит. Спасибо, милашка Наюн! Увидимся!
Девушка отвечает вежливой улыбкой, но пока мы возвращаемся к террасе, чувствую ее сверлящий мой затылок взгляд. Ючон вываливает добычу на чистые янтарные доски рядом с нашими тарелками и щедро предлагает:
- Ешьте до отвала, сонбэ!
Да от Наюновских гостинцев я точно заполучу себе какую-нибудь язву желудка! Вдобавок к той дыре, что еще не заросла в сердце, и – машинально трогаю затылок – которую приобрела сейчас.
- Голова разболелась? – замечает мое движение энергично жующий Ючон. – Ну да, толпа, шум… может, сонбэ отдохнет пока в комнате? Я тут один справлюсь.
- Правда справишься?
- Да конечно!
Соблазн удрать хоть на время пересиливает «добросовестность и трудолюбие», которые я декларировала прошлым утром.
- Тогда я пошла. Зови, если что-то случи…
- Да идите уже, Минхва-сонбэ! - отмахивается Ючон.
В комнате, которую предстоит делить этой ночью еще с десятком женщин, доедаю остывший привозной обед и сворачиваюсь клубком на своем спальнике. Как-то не готова я была столкнуться сегодня не только с бывшим, но и с его нынешней. Утреннее воодушевление и гордость от хорошо сделанной работы сменяются саднящей болью. Когда я перестану так реагировать на них – по отдельности и тем более вместе? Когда успокоюсь, смирюсь, привыкну? Лет через десять? Никогда? Надеюсь, никто из окружающих не заметил моей реакции…
Просыпаюсь через несколько часов: да что ж такое, почему меня в этой поездке постоянно рубит? От переизбытка свежего воздуха? Снова испугавшись времени на часах – так поздно?! - торопливо обуваюсь и вылетаю наружу.
А там…
Там уже все готово! Мой хубэ, оказывается, прекрасный организатор! Вернее, припрягатель к своей собственной работе безвинных окружающих. Эти самые окружающие – молодые юристы - со смехом и шутками как раз накрывают длинный стол, составленный из складных столиков для пикника. Даже Хон Сонги достает из упаковок и расставляет бутылки. Это уж никуда не годится! Издалека кланяясь, я подбегаю к нему:
- Руководитель Хон, что вы делаете?
- Выспалась, Минхва-ши? – как ни в чем ни бывало интересуется Сонги.
- Э… да, - теряюсь я от вопроса. А еще больше - от заботы в его взгляде.
- Отлично! - И говорит потише: - Я же знаю, как ты всегда себя загоняешь, пользуйся возможностью, отдохни хоть здесь.
Едва не умилившись, вовремя напоминаю себе, что: во-первых, мы на работе, во-вторых, он - теперь совершенно чужой мне человек, а в-третьих… Где там его длинноножка? Снова кланяюсь и твердо заявляю: