- Слушай, да твой Ючонище, оказывается, милаш! – сообщила подруга, свесившись с кровати. – А ты-то про него нарассказывала!
- Ага, милаш, когда спит зубами к стенке! – сердито отозвалась я. – Ты же с ним не работала, не знаешь… Куда свои ручонки тянешь?!
- Да я только волосы ему поправить! – оправдывалась подруга, весело блестя глазами.
- Руки по швам, отвернулась к стене и не слезай с кровати до самого утра! – скомандовала я.
- У, злыдня, сама не ам, и другой не дам! – но Джиён послушно выполнила все мои команды. Засыпает она обычно моментально. Вот и сейчас, услышав ее громкое сопение, я выключила верхний свет, и, подбив под голову подушку, уставилась на хубэ.
Хм, при свете ночника он и впрямь выглядел… хорошо. Тени подчеркивали высокие скулы, четкий нос и подбородок, неяркий свет ложился на приоткрытые губы, окрашивал тушью густые ресницы. Уложенные с утра черные волосы сбились на лоб, и новичок казался совсем юным, буквально школьником… У самой рука потянулась поправить ему челку, очертить красивую линию бровей, погладить по щеке – правда ли она такая нежная и гладкая, как у ребенка?
Тьфу! И на меня тьфу! И трижды – на самого Ким Ючона, который навевает такие странные мысли.
И желания.
Решительно – аж кровать колыхнулась – я повернулась на спину и крепко скрестила на груди руки. Всем спать!
В том числе и ненужным мыслям.
***
[1] Макколи – рисовое вино, бражка.
[2] Дорама – юго-восточный (корейский, китайский, японский и пр.) сериал.
Глава 6
Проснулась я оттого, что на меня смотрят. Мы же чувствуем чужие пристальные взгляды, хотя и не всегда осознаем, что побуждает обернуться, посмотреть в ту или иную сторону…
Так и здесь.
Взгляд я ощутила как прикосновение. Очень осторожное, когда тебя будят по утрам бережно, а не тормошат в панике: «Вставай, проспали! Опаздываешь!». Под этим взглядом-касанием я с удовольствием потянулась – так и пролежала всю ночь, не меняя положения! – повернулась на бок и, сонно, медленно моргая, увидела перед собой…
- Как же ты меня напугал!
Отшатнувшийся из-за моего стремительного старта-подъема Ким Ючон смотрел на меня с пола: он что, так и просидел рядом с кроватью все утро, словно терпеливый пес, ожидающий, когда ленивый хозяин проснется? Сказал сипло:
- А я-то как напугался! Просыпаюсь и не понимаю – где я? А где я?
- А если подумать? – предложила я, опустив ноги с кровати. Склонив голову набок и впрямь как собака, Ючон разглядывал мою старенькую, но любимую пижаму в цветочек. Оценил:
- Миленько!
Спохватившись, я накинула на себя одеяло.
- Нечего на меня пялиться! Встал, оде… обулся и ушел!
- А, так я у сонбэ дома, да? – «догадался» стажер. Окинул наше жилище оценивающим взглядом. Что тут особо рассматривать: две кровати, туалетный столик, он же рабочий, когда удается разгрести от косметики; стеллажи, полки, кухня, телевизор, две двери – в санузел и на улицу, вернее, на крышу. - А как я сюда попал? И зачем?
- Ты вспоминай, вспоминай! – поощрила я. – Я пока в душ.
- Сонбэ!
Открыв дверь, я задержалась на пороге. Парень, все еще сидевший на полу, таращился округлившимися глазами.
- Сонбэ, вы что, ночью воспользовались моим беспомощным состоянием?! - Еще и руками себя крест-накрест обхватил – просто трагический памятник всем жертвам сексуального насилия!
- Размечтался! – припечатала я, с треском закрывая за собой дверь. За ней послышался смех. Вымывшись, с досадой поняла, что одежду-то я с собой прихватила, а вот полотенце… Приоткрыв дверь, окликнула:
- Эй, хубэ!
Судя по стуку, парень то ли резво вскочил на ноги, то ли что-то уронил.
- Да, сонбэ, чего желаете? Потереть вам спинку?
- Подай мне большое синее полотенце, - процедила я. - В ногах кровати белый комод, открой ящик…
- Ага, вот.
Я услышала звук открываемого ящика и запоздало продолжила:
- …верхний!
Тишина.
- Ты что там копаешься? – насторожилась я.
Через паузу Ючон произнес задумчиво:
- Мне нравится ваш стиль, сонбэ…
Я завопила:
- Хватит пялиться на мое нижнее белье, извращенец! Закрой немедленно! Я сказала: самый верхний ящик!
- Секунду, сонбэ, нельзя же быть такой нетерпеливой! - укорил стажер. – А вот и оно.
В щель просунулась рука. Быстро глянув выше, я увидела щеку старательно отворачивающегося парня, схватила полотенце, и, едва не прищемив ему пальцы, захлопнула дверь. «Не стоит благодарности!» - отчетливо произнесли за ней.
Когда я вышла с замотанной головой стажер разочарованно протянул:
- Ну во-от, а я-то ожидал, что сонбэ будет одета только в полотенчико!
- Пришибу! – сквозь зубы пообещала я. Почему-то живо представилась ситуация наоборот - как я оказываюсь в роскошной (ну я так думаю) квартире Ким Ючона, и тут открывается дверь ванной и выходит хозяин в одном обернутом вокруг бедер полотенце… Сериальный штамп, но всегда принимается на ура! Как и сцена с обнаженным героем в ду́ше.
Стажер ткнул пальцем в лежащую на столе записку:
- Сонбэ живет не одна?
Убежавшая с раннего утра на работу Джиён озаботилась покупкой «антипохмелина». Еще и напутствие оставила: «Обязательно накорми своего миленького хубэ хэджангуком[1]!» Вместо подписи – три сердечка.
- Не одна.
- С парнем или с девушкой? – не отставал «миленький».
- С парнем, конечно! – огрызнулась я, приканчивая лечебный бутылек.
- А вот и неправда, - с удовольствием возразил Ючон, разглядывая на этикетке состав. – С девушкой!
- Что, и ее белье тоже успел изучить? – фыркнула я. Да за время, когда я была в душе, он мог обыскать весь наш домик вдоль и поперек! Даром, что никаких ценностей и секретных сведений мы здесь не храним. И даже не имеем. Стажер вместо ответа глянул глазами смертельно раненого в самую душу олененка (и так умеет!) и залпом осушил бутылочку. Н-да, выглядит он и правда не очень: бледный, губы сухие, красные прожилки в глазах. Придется-таки приводить в чувство, иэх, полвыходного на него потеряю!
- Так. Топай в душ, - начала распоряжаться я. – Слева на полке новые зубные щетки. И голову не забудь помыть, от тебя вчерашним самгёпсалем[2] несет!
Ючон потянул прядь своих волос, пытаясь к ней принюхаться.
- А свежую одежду мне выдадут?
- Что, так не терпится примерить какую-нибудь из наших вещичек? – сыронизировала я. Вновь состроил укоризненно-невинную физиономию. Отыскав просторную, практически неношеную майку, я прикинула на взгляд размер и сунула Ючону.
- Вперед! А, погоди, еще полотенце!
- А я-то думал, что здесь их традиционно приносят прямо в душ! - невинно заметил Ючон и успел захлопнуть дверь прежде, чем в нее врезалась моя тапка.
Через час мы спустились в кафе, где обычно поправляем здоровье после напряженного вечера: хозяин, уже не спрашивая, сразу наливает нам похмельного супа. Я с ходу начала прихлебывать, жмурясь от удовольствия, а Ючон с брезгливо оттопыренной губой ковырялся ложкой в густом бульоне.
- Не нравится?
- А какие тут ингредиенты?
- Никогда не ел хэджангук? – не поверила я.
- Нет.
- Ты что, вообще никогда в жизни не напивался?!
- Ну… - хубэ практически утопил в глубокой миске ложку, а заодно и взгляд. – Я пью не очень хорошо…
- Уже поняла! - успела вставить я, прежде чем Ючон продолжил:
- …после пятой рюмки вообще могу просто отключиться. Вмертвую.
- Так какого же… зачем ты тогда вчера пил, как рыба?!
- Ну… мне стыдно: взрослый, а пью как ребенок. - Стажер неожиданно всполошился: - И вы тоже никому не говорите, сонбэ!
Только и осталось, что головой покачать: дурачок, натуральный самолюбивый дурак! Оказывается, даже у этого нахального парня свои комплексы имеются… Смягчившись, я перечислила, поочередно указывая ложкой:
- Говядина, лук, дайкон, лук-порей, ростки сои… Ну и еще по мелочи: рыбный соус, чеснок, чили… Да ты попробуй, это вкусно, потом за уши не оттащишь!
Вскоре хозяин наблюдал чу́дную картинку – как двое утренних страдальцев, причмокивая, прихлебывая, периодически даже похрюкивая, уничтожали его волшебную целебную похлебку. Смотрелись мы, наверное, в тот момент, как близнецы: оба в черных майках (неблагодарный хубэ еще попенял, что одежка безо всяких надписей и принтов!), с влажными волосами, оба с похмелья, правда, разного уровня.
- А и правда вкусно! – удивленно заявил Ючон.
- Так вот! Всегда слушайся свою многоопытную и много повидавшую сонбэ!
Сытый и поправивший здоровье новичок вернулся к обычным раздражающим манерам: то есть, к отсутствию всяких манер.
- Ой уж, многоопытная! Наверное, дальше Кореи и не бывала нигде!
Я сопела, глядя в сторону – и не возразить, и не оскорбиться – ведь и правда нигде не была. Пока.
Надеюсь, что пока.
Наконец сообразила, чем крыть – припечатала:
- Зато ты сам на собственной родине просто натуральный иностранец!
- Чего это? Потому что не знаю о похмельном супчике? Говорю же, напиваюсь редко…
- Да ты и на приветственной вечеринке на каждое блюдо смотрел как на чудо из чудес! Ты вообще ел нормальную корейскую еду, как вернулся?
Тут уже Ючон начал преувеличенно внимательно таращиться по сторонам.
- Кстати, прикольный район, я тут никогда не бывал раньше!
- Что прикольного-то, - проворчала я. – Дома старые и до работы далеко. Только и хорошего, что аренда жилья дешевле…
И что хозяйка нашего домика на крыше – дальняя родственница Джиён сделала скидку, а то я бы и на залог не наскребла…
Парень опять заозирался:
- А куда мы идем? Мы же ваш дом уже прошли?
- А зачем я тебя опять к себе поведу? – удивилась я. - Ты уже трезвый, на ногах крепко стоишь! Вон автобусная остановка, садись и езжай себе до своего дома, квартиры, отеля, что там у тебя…
Ючон загрустил, прижимая к груди пакет со своими вещичками:
- А я-то думал, что проведу весь день с любимой сонбэ!