- Я не подвергну Имару опасности, - сказала я.
- Но…
- Она моя дочь, Эмили. Моя дочь.
Эмили открыла рот от удивления, а затем закрыла. Она, наконец, неохотно, кивнула.
- Скажи, что тебе нужно, - сказала я. - Я сделаю все, что смогу.
- Тебе нужно быть намного лучше.
- Ох, и…? - Я сделала жест своей больной рукой. Она выглядела пристыжено. Совсем недолго.
- Ну, хорошо, - сказала она и потянулась, чтобы закончить исцеление. - Ты бесполезна для меня, будучи без сознания.
* * *
Имара совершенно не поддерживала мое решение околачиваться поблизости и совершенствовать навыки пожарного.
- Это плохая идея, - сказала она. - Ты больна, к тому же, огонь слишком разросся.
Мы стояли на улице, прислонившись к машине. Моя рука лежала на ровной глянцевой поверхности машины, очищенной от моих отпечатков пальцев.
- Ты совершенно права, но я так же не могу всё так оставить. Возможно, Эмили стерва, но она права: я - хранитель, и я давала клятву защищать.
- Есть и другие, кто может этим заняться.
- Да, но их нет рядом. Здесь есть только я, и это мой долг, Имара.
Я посмотрела на нее и увидела грусть на ее лице. - Расслабься, малышка. Это не в первый раз и, к сожалению, не в последний. Эмили - опытный Хранитель Огня, и если она уже работает над этим, я могу посодействовать, изменяя погодные условия. И мы сможем завершить начатое.
Ее взгляд был отсутствующим несколько секунды, затем она произнесла:
- Здесь нет джиннов.
- Что?
- Ни одного джинна рядом с пожаром, - сказала она. Наверное, я выглядела опустошенной. - Джиннов притягивает огонь, и чем он больше, тем лучше. Они покидают человеческую оболочку и... ты бы сказала, купаются в нем. Обновляют себя. Ты помнишь, как это было - чувствовать солнечный свет на своей коже, когда сама являлась джинном?
Медленное, сладостное удовольствие, сравнимое с оргазмом. Да, я прекрасно помнила.
- Если Джинны не появятся у этого огня, - продолжила она, - значит, происходит что-то еще. Этот огонь не естественного происхождения. И он небезопасен.
- Это не для тебя, - согласилась я. - Если джинны держаться подальше, я хочу, чтобы ты сделала то же самое. Останься в стороне. Точнее, останься здесь и присмотри за машиной. Или сходи и поговори со своим отцом, узнай, что мы можем сделать, так как мы точно не выбивали его из парка в Сикаскете. Верно?
- Я тебя не оставлю!
Я потянулась и прижала руки к ее щекам. К раскаленной коже джинна. - Да, - сказала я. - Так и будет. Ты нужна мне, чтобы выяснить, что нам делать дальше, Имара. Это очень важно. В действительности, это совершенно необходимо.
- Но…
- Не заставляй меня приказывать. - Я крепко ее обняла. - Просто иди. Я буду в порядке.
- Это потому что я не такая сильная, как любой из джиннов? Не такая, какая нужна тебе...
- Нет! - Я отступила и отбросила волосы с ее лица. - Дорогая, нет. Все это не твоя вина. Ты - то единственное хорошее, что из всего этого вышло. Поняла?
Она слабо кивнула, но я видела, что она не поверила мне. Мой ребенок джинн располагал полным комплексом неполноценности. Больше, чем просто человек, но меньше, чем настоящий джинн. Это было неприятно, и я не знала, как помочь ей справиться с этим.
- Разыщи своего отца, - сказала я. - Объясни ему, что произошло с Ашаном. Узнай, что мы должны делать дальше. Хорошо?
- Хорошо, - она шагнула назад, - будь осторожней, мама.
И затем она ушла, испарилась без единого звука. Я вздохнула и повернулась к Эмили, стоящей на крыльце, смотрящей на меня осуждающе. Я не слышала, как она вышла.
- Мы бы могли ее использовать.
- Имара - единственная из джиннов, кому мы сейчас можем довериться. Я бы предпочла не бросать ей вызов каждый раз. Кроме того, мы можем справиться сами.
- Надейся. - Она выглядела угрюмой при этом.
- Что случилось с твоим мнением «Мне не нужен джинн, чтобы решить мои проблемы»? - спросила я. - Веселей, тетушка Эм. Нас ждут приключения.
Клянусь, ее взгляд мог бы раздробить стекло.
* * *
Имара, не особо нуждаясь в транспортировке, оставила Камаро стоять в подворотне. Выбор стоял между ним и украшенным боевыми шрамами внедорожником Эмили, полноприводным, повидавшим многое. Мы не должны были, строго говоря, на самом деле идти к месту пожара, поскольку Хранители часто делали свою работу дистанционно. Но если этот огонь был так опасен, как ей казалось, то нахождение поблизости может быть единственным достаточно быстрым способом реагирования. Огонь был самым сложным из всех элементов. Даже сложнее, чем бури, ведь огонь обладал разумом, недоброжелательностью. Желанием причинить боль. Чем больше огонь, тем умнее и злее он становится. Плохая комбинация.
Я выбрала внедорожник. Камаро и впрямь был не той машиной, которую я хотела бы подвергнуть условиям бездорожья.
Эмили жила в крошечном городке под названием Смирна Миллс, представленный в основном одной улицей - Смирна Стрит. Мы оказались за городом за меньшее время, чем потребовалось бы, чтобы блеснула мигалка, и направились на юг, по трассе I-95. Другой Хранитель, оказалось, была фанаткой кантри-музыки, в отличие от меня. По большей части, всю дорогу до Хоултона и канадской границы я провела за раздумьями и разглядыванием неба. Оно выглядело не очень хорошо. Эфир кипел, повсеместно были разрывы; повсюду появлялись энергетические вспышки, когда Хранители пытались разобраться со своими локальными проблемами, но это была не локальная проблема. Это было нечто большее. Худшее. И будет только хуже.
У меня действительно не было никаких особо важных дел, чтобы я проводила поездку вот так, но я не могла придумать, что мне еще сделать. Сбежать от тысячи погибших? Я бы уползала, а не убегала, если бы пришлось так поступить. И уже ничего не имело бы значение, поскольку я полностью сбилась бы со своего пути.
Когда мы прибыли к пограничной зоне, я вспомнила кое-что с болезненным толчком. - Хм, Эм? Маленькая проблемка.
- Что такое?
- У меня нет паспорта.
- Что? А где он?
- Во Флориде. Вместе со всеми остальными моими вещами, которые еще не смыло. - Она уставилась на меня, как будто не могла поверить, что я выхожу из дома без него. - Я не планировала никаких международных поездок.
Она покачала головой и резко свернула на узкую тропу, ведущую в лес. - Держись.
Я вцепилась в ручку, когда мы начали подскакивать на ухабах, двигаясь на скорости по дикой местности. Четыре ведущих колеса отлично справлялись. Я понятия не имела, куда мы едем, или имела ли Эмили хоть малейшее представление о направлении, но она, казалось, не беспокоилась.
- Дело в том, - сказала она, выворачивая руль влево, чтобы увернуться от пня, - обычно, я не смогла бы проскользнуть мимо них подобным образом, но сейчас там царит хаос. Если им удастся остановить нас, заткнись и дай мне вести разговор.
Я так и планировала.
Ничто не материализовалось из-за деревьев, останавливая нас. Тридцать минут извилистой дороги - и не то что дороги - спустя, мы выехали из-за деревьев и попали на Канадское Шоссе №2, поворачивая на север.
Я сбилась с нашего маршрута еще где-то около Преск-Айл (прим. ред. - небольшой город в штате Мэн, США); Эмили, следя по мобильному телефону, двигалась в нужном направлении. Мы наткнулись на полицейские заграждения, и что бы им не сказала Эмили, они позволили нам проехать. Дорога преподносила всё более сложные испытания подвеске. Я держалась за ремень с пассажирской стороны и старалась не думать об остаточной боли в исцеленной руке.
Я немного больше нервничала здесь, в дикой местности, и я была не совсем подходяще одета для борьбы с пожаром. Когда-нибудь, пообещала я себе, ты сможешь вернуться к нормальной жизни. Красивой одежде. Бикини на пляже. Обуви, на которую не даются скидки.
Я закрыла глаза, но, сделав это, не увидела творения Джимми Чу или Маноло Бланик, а увидела лицо Дэвида, то, каким он был при нашей первой встрече. Милая, ироничная улыбка. Глубокие карие глаза, с медными бликами. Угловатые скулы так и просят, чтобы их погладили.
Эта улыбка.
Я так по нему скучала, что практически ощущала физическую боль, слезы сдавливали горло. У нас не было шансов, не так ли? Так мало времени, чтобы узнать друг друга, найти равновесие. Мир просто продолжал давить, давить, давить. Я хотела, чтобы это прекратилось. Я хотела спокойствия и места, где я могла бы находиться в его объятиях, завернутая в тишину и покой.
И я не уверена, что это когда-нибудь произойдет, особенно теперь, когда мы были в двух шагах от конца света.
Внедорожник с грохотом въехал на грязную горящую дорогу. Я открыла глаза и увидела нависшую над кронами огромных деревьев грозовую тучу.
Нет, это не грозовая туча.
Дым. Черный, плотный и нависающий.
Из кустов выскочил олень и бросился мимо нас, каким-то образом избежав нас,… он выглядел диким и напуганным. Эмили замедлила внедорожник. Другие представители дикой природы мчались по дороге - кролики, медвежонок, за ним огромная неуклюжая мама медведь, поторапливающая его. Больше оленей, скачущих впереди всех.
Эмили затормозила. Убегающие животные, если были достаточно малы, бросились под машину, а более крупные оббегали ее. Медведица прошла достаточно близко к окну, что я смогла ощутить запах подпаленной шерсти и услышать ее тяжелое пыхтящее дыхание.
- Нам придется идти пешком, - сказала Эмили. - Другой Хранитель впереди.
- Почему мы не можем поехать? - Потому что это была настолько близко к огромнейшему медведю, насколько мне вообще хотелось попасть. Эмили одарила меня раздраженным взглядом.
- Если я проеду дальше, пожар может окружить нас, топливо в этой машине может взорваться, - сказала она. - Я предполагаю, что ты не хочешь быть в нем в это время. Кроме того, мне нравится мой грузовик.
Часть про взрыв впечатлила меня. Я отстегнула ремень и выскочила наружу, как можно аккуратней, но, похоже, эвакуация замедлилась. Пара отстающих серых кроликов проскочила прямо в момент моего выхода, а несколько полевых мышей бросились под грузовик. Больше никаких медведей, слава Богу.