- Я - Хранитель Погоды, - я сказала. - Я… в смысле, я часть тебя…
Ошибка. Ветер вернулся, устойчивый, сокрушительно давящий на меня, пришпиливший меня на месте. Я никогда вживую не испытывала настоящие перегрузки, но это напомнило мне о фильмах, которые я видела. Боль была такая, какую я никогда не ощущала, доводя каждый мускул до предела.
Затем все закончилось. Я перенапряглась, качнулась вперед почти до пола, и сделала прерывистый вздох с привкусом крови.
Оракулам не нравилось их сравнение с людьми - это было так очевидно. Я могла понять это. Мы были несовершенные существа, постоянно рождающиеся и умирающие. Привязанные к суше и морю гравитацией, голодом, тысячей невидимых струн. Земля сама воспринимала нас как неприятность. Оракул не видел ничего, что бы изменило это мнение.
- Я спасла его, - сказала я, и подняла глаза на безликое существо, плавающее в воздухе надо мной. - Я спасла Оракула Огня. Метка Демон уничтожила бы его, и, добравшись до него, он попал бы в кровь Матери. Так что немного уважения было бы уместно сейчас.
Без ответа. Боже, это было неприятно, не говоря уже, что страшно. Я бросила жаждущий взгляд на покрытую льдом дверь туалета.
- Я спасла жизнь Оракулу, и мне нужно, чтобы сейчас ты помог мне. Просто помоги мне поговорить с Матерью.
В воздухе появилось внезапное ощущение, словно все в мире зябко поежилось. Оракул, окутанный туманом, наклонился ближе. После этого, ленты молочно-белого тумана окутали меня, облизывая меня подобно языкам. Я вздрогнула, и когда лицо Оракулу приблизилось к моему, я увидела его глаза.
Всего на долю секунды, потому что я отвернулась, закрыла веки и молилась, молилась, чтобы никогда больше не увидеть ничего подобного. Я вспомнила, что считала глаза Джонатана пугающими - и они таким и были, бездонными и ужасающими - но, по крайней мере, они напоминали мне кое о чем, что я понимала. Что-то из моего собственного опыта.
Эти же глаза были самой вечностью.
- Помоги мне, - сказала я. - Пожалуйста.
Воздух снова задрожал, на этот раз еще сильнее, со звуком миллиона серебряных колокольчиков, падающих из грузовика. Оглушительно. Это был голос? Должна ли была я понять? Я не поняла. Я не могла. Даже в криках Оракула Огня было больше смысла.
- Я не могу тебя понять! - Сказала я и сразу поняла, что ошиблась. Один не исправит божества, даже незначительного, и если Джинны поклонялись этим существам, то это было достаточно хорошо, чтобы претендовать на их имя. Воздух вокруг меня сворачивался и утолщался, снова давя на меня. Сжимая. Я не могла дышать. Яркие пятна плясали перед моими выпученными глазами, и я опустилась на колени на крошечный пол уборной с Оракулом, согнувшимся в какой-то невероятно нечеловеческой позе, следуя за мной вниз. Всматриваясь в меня этими глазами.
Я начинала жалеть, что не была каким угодно другим Хранителем, а не Хранителем Погоды. Раз это был мой покровитель, то у меня были проблемы, потому что было чувство, что он играл со мной. Наслаждаясь моей болью. Интересуясь моей паникой.
Стоило мне только подумать, что он сейчас раздавит меня, как виноград, как воздух снова успокоился, совершенно никакого намерения или жизни. Оракул не отошел. Вздохнув, я дышала туманом, распространяемым этим бесполым, безликим лицом.
Я избегала смотреть прямо на него.
- Я не отступлю, - сказала я. - Если ты мне не поможешь, я пойду к Оракулу Земли.
Оказывается, у него был рот и зубы изо льда, и он показал их мне. Кажется, я захныкала, ожидая своей кончины, и туман обернулся вокруг моей шеи густой, облачной веревкой, чтобы ближе подтянуть меня.
Мою кожу обжег внезапный ледяной холод.
Я из последних сил перевела взгляд от зубов на эти ужасающие глаза и сказала, - Я не сдамся. Если мне придется пожертвовать своей жизнью, чтобы добиться этого, я так и сделаю. Убей меня или дай мне поговорить с Матерью.
Эти слова, казалось, будут моим смертным приговором, но было слишком поздно что-то менять, и кроме того, я именно так и думала. Если мне придется умереть, так и будет. Черт возьми, я делала это раньше, и сделаю снова, хотя бы раз. Можно было уже вести счет.
Видимо, был и третий вариант, который я не рассматривала, потому что веревка вокруг моего горла вдруг распалась в холодный белый туман, и зубы Оракула сверкнули так, что мой мозг мог истолковать только как улыбку, и... он просто развеялся. Втянулся обратно в вентиляционную систему.
Ушел.
Мои задыхающиеся вдохи вырывались белыми облачками в ледяном воздухе, и я сидела там, дрожа еще несколько минут, прежде чем почувствовала дрожь самолета.
Мы вышли из спокойной зоны и снова попали в турбулентность.
Я отперла дверь туалета. Она открылась с треском льда, и я пошла на трясущихся ногах к своему месту, пробралась мимо Ива, и пристегнула себя к креслу.
- Мон Дье, ты выглядишь так, как будто привидение увидела, - сказал он, и прикоснулся к тыльной стороне моей ладони пальцами. - Ты вся ледяная.
Ярко сверкнула молния в небе, сменившем свой цвет с черного на дымчато-серый, и за бортом что-то проплыло в тумане и завихрениях, с глазами вечности.
Я рефлекторно прижала руку к окну, пытаясь добраться до него, пытаясь его оттолкнуть, может быть и то и другое, но затем молния угасла, и там ничего не было.
Ничего.
Я почувствовала, что мой желудок скрутило, и схватила пакет от укачивания.
Ив, встревожившись, отодвинулся, когда меня вырвало, и облегченно вздохнул, когда я прекратила, вытерла рот и закрыла пакет. - Лучше? - спросил он, и неуклюже погладил меня по плечу. Я кивнула, в горле до сих пор саднило. Я чувствовала себя выжатой и истощенной, как если бы я прошла через часы работы Хранителем. - Мы уже почти сели. Мы сделаем это.
Он был прав. Даже после того, как он произнес эти слова, облака закручивались от черного до серо за окнами, а потом появился открытый воздух и вид пустыни под нами. Остальные пассажиры стихийно зааплодировали. Я сжимала обеими руками свой пакет и старалась не плакать.
Самолет приземлился с едва заметным толчком - самая гладкая посадка, какую я когда-либо видела - и плавно вырулил к терминалу. Рев двигателей уменьшился до мурлыканья. - Так, - сказал второй пилот резко. - Не буду говорить вам, чтобы вы оставались на своих местах, потому что вы в любом случае не послушаете, пассажиры никогда не слушают, поэтому просто скажу, что это ваши кости - ломайте их, если хотите. Мисс Болдуин, благодарим вас за полет с нами, вы, конечно, не дали нам умереть со скуки, и теперь вы прибыли в Феникс, штат Аризона. Удачи вам.
Я глубоко вздохнула и смогла натянуто улыбнуться в ответ на восторженный оскал Ива. Мне удалось освободить себя от ремней безопасности, я держала пакет от укачивания, потому что не знала, что с ним делать - они никогда не говорят вам об этом - и послала воздушный поцелуй Иву, потому что не была уверена, что он хотел бы ощутить привкус рвоты у себя на губах. Он обнял меня. Это было мило.
Черис обняла меня тоже. Кевин наградил меня своим запатентованным слишком-крут-для-этого пожатием плечами и одними губами сказал до свидания. Все остальные, казалось, испытали облегчение, когда я направилась к двери.
Никто больше не выходил в Фениксе.
Капитан Монтегью появился, чтобы открыть дверь и спустился вниз по ступенькам за мной. Он выглядел таким же накрахмаленным и собранным, как в начале полета. Я, с другой стороны, дрожала, сжимая в руках пакет от укачивания, а моя рубашка прилипла к моей коже от пота.
- Хороший полет, - сказала я. - Думаю, я у вас в долгу.
Он поднял серебристые брови и пошевелил форменной курткой достаточно, чтобы показать мне влажные пятна пота под мышками на его рубашке.
- Вовсе нет, - сказал он. - Впервые за три года я вспотел. Мне не было так весело с тех пор, как я управлял самолетом, полным пьяных Хранителей Погоды, возвращающихся с Конвенции в Таити в сезон ураганов.
Я предложила ему руку, не удерживающую пакет. - Я никогда больше не полечу с кем-нибудь другим.
- Думаю, я влюбился, - сказал он, и одарил меня профессиональной улыбкой, чтобы убедиться, что я восприняла это восхищение как нечто профессиональное. - Берегите себя, мисс Болдуин. Там довольно паршиво. - Он говорил не о погоде в Фениксе: небо было пасмурным, но достаточно стабильным на вид.
Я отсалютовала ему, вынула свой чемодан и покатила его по красной ковровой дорожке в сторону въездных ворот. Я сопротивлялась почти подавляющему желанию упасть на колени и расцеловать асфальт.
У входа был мусорный бак, и я выбросила доказательство моей слабости в него.
Мое путешествие было завершено.
Если Оракул в облаках была моей последней надеждой, то был всего один способ. Но, возможно, просто возможно... был еще один шанс.
Глава 8
Первое бюро проката автомобилей не располагало огромным выборов и, в основном, предлагал устаревшие четырехдверные седаны или тесные маленькие машины эконом-класса. Когда я высказала это агенту по аренде, опрятной маленькой рыжеволосой девушке, которая была просто симпатичная как ошибка в ее темно-синем костюме, она оглянулась и заговорщически наклонилась вперед, чтобы сказать, - Вам стоит позвонить этим парням. - Она вручила брошюру с коварнейшим движением кого-то, кто завершает сделку с наркотиками. Я взглянула на название на глянцевой бумаге: Аренда Ветта. Срань Господня, я на самом деле нашла кого-то, кто понимает. Каковы были шансы?
- Спасибо, - сказала я с проникновенной искренностью. - Вы спаси мне жизнь.
Она подмигнула и направилась к туристической семье позади меня, которая хотела угловатый четырехдверный седан.
Я подошла к телефону автомату и позвонила по номеру на брошюре. Есть ли я водительские права? Конечно. Действующая кредитная карта? Нет проблем. Я почти плакала от выбора, который начала перечислять женщина на другом конце провода: Вайпер SRT-10, Мерседес SL-500, Порше-Кабриолет, Корвет С6, Порше Бокстер... я остановила ее на БМВ Z4, в основном потому, что я никогда не водила и