— Это же дикари, командир, — пожал плечами Мёрфи Гарви. — Они и говорить-то едва умеют, и не видали ничего, кроме диких прерий у Наковальни Солнца, а потом — хлопковых полей и плетей надсмотрщика.
— Предоставьте это мне, — отчеканил Буревестник. — У нас с вами договор: я говорю вам, что делать и куда идти, до тех пор, пока мы не освободим ваш округ и не выясним, что стало причиной мятежа рабов. Я делаю эту работу для вас, далее — мы заключим новый договор, если вы этого захотите. Так что дайте мне работать, маэстру!
Возражений не последовало, поход продолжился. Далее на юг по Преторианскому тракту располагался посёлок Велвет, и он оказался разрушен и сожжён дотла, однако на пепелище, кроме разутых и обезоруженных трупов нескольких мужчин, людей (ни живых, ни мёртвых) обнаружено не было. Велветы нашлись в ближайшем лесном массиве, а точнее — эвкалиптовой роще на холмах за рекой. Женщины, старики и дети сумели уйти из посёлка, пока мужчины сражались с врагом. Многих из них орки захватили в плен и, как говорили местные мальчишки, следившие за ходом боя, — увели в сторону Дэниэлса, самого крупного из посёлков округа.
— Они берут пленных, маэстру, — заметил Аркан, под командованием которого к этому времени собралось не меньше сотни людей и почти полтора десятка телег. — Такое положение дел — знак того, что по крайней мере у этой банды есть вожак, способный мыслить тактически и поддерживать дисциплину среди своих бойцов!
Судя по следам и рассказам местных, банда была крупной — около двух сотен орков, не меньше. Многие из них оказались вооружены короткими мечами и плетьми, а ещё — железными прутьями, о которых каждый из бывавших в латифундии Галахеров утверждал, что именно из таких и состояла ограда усадьбы. Кроме того, почти все они были обуты. И для Рема сей факт в первую очередь говорил о том, что эти зеленокожие почувствовали вкус победы…
— Двигаемся к Дэниэлсу. Если враг там — мы вступим с ним в бой. Если нет — объединимся с вашими кузенами, вышлем разведку к латифундии и решим, что делать дальше!
Выжившие Велветы отправились в безопасные посёлки — к Лоусонам, Гарви, Бимам. Некоторые пожилые орра с седыми бородами наотрез отказались идти с ними: старики решили отомстить за гибель своих сыновей и внуков и взялись за пики. Это были крепкие, выносливые люди, в чьих руках ещё хватало силы, чтобы держать оружие, так что ни Аркан, ни другие орра не стали им перечить.
Рем никак не мог понять — как так вышло, что за целый день не встретилось ни одного патруля аристократов, ни одного представителя местной администрации, какой бы она ни была. В конце концов, на Юге имелся наместник — Вергилий Аквила, и пусть его власть во многом номинальна, но хоть кто-то должен был заинтересоваться огромной дырой в границе и мятежом многих и многих сотен рабов?
Дорога к Дэниэлсу выглядела примечательно и навевала и Аркану, и Ёррину вполне определённые ассоциации.
— Габи, не выглядывай пока из фургона, ладно? — попросил Рем. — Если сможешь — подготовь ещё таких флаконов, как тот, который мы использовали в Лоусоне. Очень полезная вещь, думаю — зверобоям такое средство пригодится. Ослепить и оглушить противника — знатный козырь!
— А что там? — наморщила нос Зайчишка. — Зачем мне прятаться?
— Неприглядная картина и ужасная вонь, — честно ответил Рем. — Дай мне, что ли, платок какой — лицо замотать…
Платок из тёмной материи, который протянула ему жена, пах ванилью. Не то чтобы Буревестник очень любил ваниль, но это было всяко лучше, чем запах от двух или трёх десятков трупов орков, развешанных на деревьях с табличками на груди.
«БЕГЛЫЙ РАБ, МЯТЕЖНИК И УБИЙЦА» — вот что было написано на каждой из них.
— Те, кто сделал это, точно знают твои говённые методы, монсеньёрище! — буркнул сидящий рядом на козлах и управляющий мулами Ёррин. — Или методы твоего папаши. Смотрится очень наглядно, не отнять.
Страшная аллея вскоре осталась позади, и показались первые дома Дэниэлса — каменные, двухэтажные, по южной традиции — с лестницами на улице. Каждый из путей, ведущих к центру посёлка, был перегорожен рогатками, за которыми дежурили пикинёры — вооружённые и сосредоточенные.
Дэниэлс если и подвергался атаке, то, очевидно, отбился и был готов к следующим нападениям!
— Орра, это кого нелёгкая принесла? — уточнил старший караульный.
Конечно, он увидел телеги, шляпы и пики и понимал, что прибыли отнюдь не орки. Но спросить был обязан — порядок такой!
— А то ты уже не узнаёшь родственников, Джон Дэниэлс! — возмутился Шон Лоусон. — Орра, это что получается? Мы, значит, убиваем орков по всему округу, выручаем кузенов и кузин, а вы тут в своем Дэниэлсе повесили парочку зеленокожих и носу из посёлка не кажете? Срамно!
— Иди-ка ты расскажи это кавалерчикам, которые тут командуют, Шон Лоусон, пока я не обиделся и не огрел тебя древком пики по голове! — рявкнул Дэниэлс. — Стыдить меня вздумал, мать-мать-мать, тебя, твою жопу, твой рот и обе твои корявые ноги!
— Нормальные у меня ноги… — расстроился Лоусон. — Чего ты, мать-мать-мать, такие неприятные вещи говоришь? А ещё кузен, называется! И вообще — для разговоров с кавалерчиками у нас свой собственный баннерет имется, Рем из Аскерона — он у нас командир!
— Если баннерет, то где его знамя? — резонно заметил Джон Лоусон.
Аркан вздохнул и сделал первое, что пришло в голову: он спрыгнул с козел и остановился, поджидая телегу с пикинёрами из Гарви. Без штандарта, или баннера, как говаривали в старину, ортодоксальному баннерету командовать войском было невместно.
— Дайте пику, маэстру! — попросил он кого-то из солдат.
— Орра, командир, возьми дедовскую, ему всё равно уже не пригодится… — откликнулся кто-то из молодых южан.
За эти сутки у отряда Аркана тоже были потери, в том числе — четверо убитых, которых, замотав в полотнище, хоронили недалеко от места боя, чтобы потом вернуться, забрать павших на родовое кладбище и упокоить рядом с предками. Легкораненых перевязывали и снова ставили в строй, тяжёлых — везли на телегах, но таких было немного. Бездоспешный пикинёр или умирал сразу, или доживал до конца боя практически невредимым — длинное оружие, бесполезное на ближней дистанции, было тому главной причиной.
В два движения Буревестник привязал к пике тёмный, почти чёрный платок, перехватил древко одной рукой и, закинув оружие на плечо, двинулся во главу колонны.
— Я командую здесь, — кивнул он караульным. — Отведите меня к вашим аристократам.
В центре посёлка слышалось ржание лошадей, громкие голоса и смех. На открытой террасе у таверны за столами восседали кавалеристы, то есть молодые аристократы — не меньше полутора десятков человек. Они представляли собой тот самый классический тип «кавалерчика», о котором так часто говорили южные простолюдины-поселяне.
Длинные волосы, гладко выбритые лица, ботфорты, шпаги, арбалеты, кафтаны и шляпы с перьями — всё это было самого разного качества и богатства, но строго определённого фасона. Все кавалеристы были молоды и при этом явно понюхали и крови, и дорожной пыли. Их улыбки скорее напоминали оскалы, а привычным выражением глаз стал нехороший прищур. Один из них, с ветвистым шрамом на подбородке, вдруг вскочил со своего места и с нескрываемым удивлением почти радостно закричал:
— Орра, смотрите, кто идёт под чёрным знаменем! Это же Аркан Буревестник! Ну, теперь начнётся настоящий бардак! — И побежал навстречу Рему. — Виват, Аркан!
Герцогу понадобилось несколько секунд, чтобы узнать соратника: это был Коннор Доэрти, кузен Патрика Доэрти, один из командиров наёмной кавалерии во время войны с дю Массакром. Не чинясь Рем шагнул вперёд и коротко обнял давнего боевого товарища.
— А я-то думаю — кто это орков вдоль дорог развесил? — ухмыльнулся Буревестник.
— А я-то думаю — кто мог сколотить войско из простолюдинов и отвоевать местное захолустье за сутки? — в тон ему откликнулся Коннор. — Ваше высочество, рад вас видеть. Воистину вы — Буревестник: где вы — там буря! И это хорошо, потому как вам не впервой справляться с делами странными и страшными. Готов перейти под ваше командование немедленно! Вы ведь здесь для того, чтобы решить вопрос с этими ублюдками из партии ко? Вы прибыли во главе деспотского войска?
Аркан с большим удивлением воззрился на молодого аристократа и проговорил:
— Боюсь, маэстру Доэрти, перед вами всё войско, на которое мы можем рассчитывать в данный момент. И будьте любезны, поясните мне, что за бредятина творится сейчас на Юге?
Почти половина всадников-аристократов, которые охотились на орков в окрестностях Дэниэлса, как оказалось, имели опыт боевых действий в Аскероне во время войны за герцогский скипетр, или в армии Змия Аркана — за земли Лабуа, а то и во время кампании на Рубоне Великом. Будучи по сути своей наёмниками, они не разделяли мессианский энтузиазм аскеронских ортодоксов, а, являясь коренными орра, обожали родную землю и не собирались оседать где-то ещё, кроме несравненного Юга.
Однако ни один из этих факторов не мешал им признавать превосходство семьи Деспота Аскеронского в плане тактических хитростей и стратегического планирования. Поэтому появление настоящего Аркана было встречено с большой радостью. А новость о том, что герцог теперь — женатый человек, все кавалеристы-южане одобрили полностью и безоговорочно.
Габриель Атерна-Аркан, герцогиня Аскеронская, покорила каждого из них с первого взгляда. Оскалы южан вместо угрозы источали теперь натуральный елей и кленовый сироп. Они освободили для Габи лучшее кресло — единственное с бархатной обивкой, мигом налили вина в самый чистый и самый хрустальный бокал, даже нашли маленькую скамеечку, чтобы Габриель могла вытянуть ноги, и наперебой предлагали варианты, как сделать жизнь юной герцогини более комфортной:
— Приказать хозяину наполнить для вас ванну на втором этаже, ваше высочество? Там имеются неплохие апартаменты, пока что их занимаем мы с Шимоном, но выселяемся немедля!