— И вам не хворать, маэстру! — откликнулась хозяйка заведения и пошерудила под сковородой так, что пламя из плиты взметнулось едва ли не до потолка. — Блины будете?
— После того как сей достойный кхазад, великий забойный мастер, сказал нам, что некая мифическая дщерь народа гномов печёт блины, мы только и мечтаем о них! — подал голос Патрик, оправившись от секундного шока. — Поверите ли, мистрисс, мы только что дрались с толпой Галахеров и устали, нам хорошо бы восстановить силы!
— Сделаю тогда пышные блины с мачанкой из колбасы и сала с луком! — решила рыжая кхазадка и принялась орудовать большой ложкой и какими-то горшками и котелками. При этом она бросила взгляд в сторону Ёррина. — А что, этот прохиндей — он и вправду сказал, что ему понравились мои блины?
— На правах друга и сеньора этого прохиндея, — Аркан ткнул внезапно тихого Сверкера в плечо, — хочу отметить: он не просто прохиндей, а прохиндей легендарный! По крайней мере, целый клан и огромный подземный чертог в Аскеронском герцогстве — это его вотчина. И поверьте, мои вассалы не испытывают недостатка в еде и напитках, каких только яств маэстру Сверкер не перепробовал… Так что его мнение о блинах можно признать авторитетным. Но, по правде говоря, вы на него произвели впечатление гораздо большее, чем блины.
— «Сеньор»? «Вассалы»? — засомневалась кхазадка, выливая на сковороду тесто из большой ложки. — Похожи-то вы на бандитов с большой дороги, а не на благородных господ!
— Это после драки, — пояснил Буревестник, отряхивая кафтан. А потом показал девушке-кхазадке рукава: — Но вы взгляните на серебряную тесьму на обшлагах! Мне жена сказала — очень стильно. И вполне подходит для герцога!
— А вы — герцог? — Она большой лопаткой перевернула очередной блин, и тот зашипел на сковороде.
— Самый настоящий. Герцог Аскеронский Тиберий Аркан Буревестник! — раскланялся Рем. — А это — мои верные вассалы.
— И этот — вассал? — Она показала лопаткой на Ёррина, который в смущении не знал, куда деть руки.
Он теперь и не рад был, что попросил Аркана посвататься и похвалить его. Нет, просьба эта выполнялась, но как-то слишком по-аркановски: невозможно было понять, герцог глумится и иронизирует или вполне серьёзно выполняет возложенную на него почётную миссию.
— И этот, — кивнул Рем с невозмутимым лицом. — Очень важная шишка в Ордене Зверобоя и Аскеронском герцогстве. У него во владении Сверкер-Дум — это подземные чертоги величиной с дюжину дворцов наместника!
— То есть пристроен, при деле, место имеет? Жилплощадь… Ценное имущество? — В глазах кхазадки зажёгся практичный огонёк.
— В качестве свадебного подарка он преподнёс мне полтонны золота! — привёл последний аргумент Аркан.
— Так! — Блины продолжали готовиться, их стопка росла, разговор вовсе не мешал бойкой молодой женщине делать дело — и весьма ловко! — Меня зовут Гудрид Рамзай, и я хочу понять, что здесь происходит! Вы мне его сватаете, что ли, ваше вроде как высочество?
— Мы сватаем тебя за него, — признал Аркан и развёл руками. — У меня просто нет другого выхода! Этот гном как с ума сошёл: примчался с утра и твердит — жениться хочу на мифической женщине, которая печёт блины и имеет очень хорошо поставленный удар справа! Прямо сегодня, говорит, необходимо жениться!
— Ну, так-то парень он не промах! — признала Гудрид Рамзай, поглядывая на Ёррина с оценивающим прищуром. — Работать умеет, кушает хорошо, как мужчина вполне приятен, и живот у него — рельефный, мускулистый…
Южане-зверобои, хотя и общались в Цитадели Ордена с гномами из Сверкер-Дума, но всё-таки не очень привыкли к их манере общения, а потому фыркали и улыбались.
— Слыхали? — впервые подал голос Ёррин. — У меня мускулистый живот! А никакое не пузо!
— Пузо у тебя будет, если ты на мне женишься! — усмехнулась Гудрид и вышла из-за прилавка с огромной стопкой блинов (и когда только успела?) и сковородой с горячей поджаркой. — Это я тебе обеспечу. А ты мне?
— И я тоже! Я тоже обеспечу и тебя, и пузо тебе, и всех, кто из этого пуза появится! — гаркнул гном. — Ты — женщина моей мечты, понимаешь? Гудрид Рамзай, стань уже скорее Гудрид Сверкер и… И нехрен ерепениться!
— Пойдём в муниципалитет? — Она поставила на стол перед людьми блины и сковородку со шкварчащим салом и колбасками.
— Это зачем? — удивился гном. — Зачем нам туда идти?
— Так жениться. Тут у них эта, как бишь её… Запись актов гражданского состояния! — отчеканила кхазадка. — Расписался в каком-то журнале — и всё, женат!
— Дикость какая, — вздохнул Ёррин озадаченно. — Нет, я не против, я очень даже за, но… Расписался — и всё? А страшные клятвы и обеты? А таинственные обряды? Ладно, пошли распишемся, если тут так принято, но как доберёмся до ортодоксального капеллана — он нас нормально поженит. А потом уже свадьба, когда в Сверкер-Дум приедем. Пригласим всю мою родню, и всю твою родню, и родню моего сеньора. Посидим узким кругом, думаю — не больше шести тысяч гостей, скромненько… А! Да! Кстати, я ортодокс, так получилось. Придётся и тебе в ортодоксальную веру перейти, тут вариантов нет!
Кхазадка почесала затылок и очень по-хулигански наморщила нос.
— Ну ты же будешь мой муж! Я буду тебя слушаться,— решила она. — Буду делать всё, что скажешь, куда деваться? Но если ты будешь говорить всякую херню — получишь в глаз!
— Во! — обрадовался гном и повернулся к Аркану и остальным. — Видите? Видите⁈ Я же говорил: она самая подходящая жена! Ну, вы сидите ешьте, а мы пойдём жениться.
И он эдак важно подошёл к Гудрид Рамзай, оттопырил локоть, за который кхазадка мигом ухватилась, и они вышли из блинной и пошли в сторону муниципалитета, покачивая бёдрами и поглядывая друг на друга, чрезвычайно заинтересованные в происходящем и довольные собой.
— М-да… — Патрик озадаченно глядел им вслед. — Никогда не задумывался о том, как женятся гномы. Странное дело!
— Не более странное, чем драться из-за напитков, — парировал Аркан. — Маэстру, тут у нас легендарные блины от мифической гномской женщины остывают! Прежде чем покинуть Преторию — мы просто обязаны их попробовать!
— Почему «попробовать»? — зашумели зверобои. — Мы съедим их все!
Драка в таверне имела неприятные последствия: Аквила прозрачно намекнул, что Аркану стоит уже покинуть Преторию. Несмотря на преступления, совершённые главой клана Галахеров, не замешанные в этом родичи притеснениям не подвергались и обладали всеми правами аристократов. Избить их самым пошлым образом? Это наносило ущерб репутации целой фамилии! А тот факт, что среди победившей стороны был иноземец Аркан и нелюдь — Ёррин, только добавлял ситуации пикантности и придавал конфликту интернациональный и даже межрасовый характер.
Поэтому убрать с глаз долой скандально известного герцога представлялось самой лучшей идеей. Вергилий Аквила обещал навестить Буревестника на восточной границе, где тот со своим наёмным войском планировал дожидаться окончания сбора урожая и прибытия последних рекрутов. Никаких препятствий аскеронцу наместник чинить не собирался, но и помогать — тоже. Разве что выделил свой дормез, чтобы Габриель могла с комфортом добраться до Тулламоры, этого самого восточного из портов Юга.
Этот заурядный приморский городишко с тремя или пятью тысячами населения почти ничем примечателен не был, кроме того, что здесь проживала самая большая ортодоксальная диаспора. И она тяготела не к условно близкому географически Юго-Востоку и Первой Гавани, а к Аскерону. Даже священников сюда присылал аскеронский экзарх! Всё это было связано в первую очередь с торговлей: купечество Деспотии именно здесь закупало хлопок и шёлк для переработки на мануфактурах герцогства. В местном порту на рейде всегда стояло множество аскеронских кораблей, совершавших каботажное плавание вдоль побережья Последнего моря с заходом в море Зелёное. Теперь же ажиотаж и вовсе стал небывалым: несмотря на потасовку в таверне, все необходимые соглашения с Аквилой герцог подписал, так что хлопок, шёлк, пряности и другие южные товары хлынули в портовые склады полноводной рекой. Разгром орочьего восстания и некая пауза в Войне Напитков из-за появления третьей силы — партии ци — способствовали оживлению экономической жизни.
Аркан подозревал, что навещал эти берега в бытность свою галерным гребцом: гёзы тогда имели наглость грабить прибрежные поселения и купеческие суда и в этих неспокойных водах. Однако ни подтвердить, ни опровергнуть такие догадки было невозможно: из трюма рассуждать о координатах сложно, а из пиратов не выжил никто, кто мог и хотел бы поделиться такой информацией. Так или иначе — многосотенная колонна наёмных пикинёров и кавалеристов во главе с Буревестником и его людьми выдвинулась из Претории на восток. По пути к ним присоединялись новые и новые отряды. Так, Рем с радостью приветствовал своих соратников: Шона Лоусона, Мёрфи Гарви и других: Велветов, Тичеров, Дэниэлсов… Многие мужчины из пограничных округов, в основном — молодёжь, позарились на щедрые посулы Аркана!
В Тулламоре меж тем кипела работа: корабли из флотилии маркиза Флоя и огромные купеческие каравеллы Имперско-Эльфийской торговой компании выгружали оружие, доспехи, продовольствие длительного срока хранения, а ещё — людей. Орден Зверобоя почти в полном составе прибывал на Юг. Это было волевое решение Буревестника: не трогать войска Деспотии. Оставлять родину без защиты? Нет, не для этого он разыгрывал свой страшный гамбит… Децим Аркан, Бриан дю Грифон, Людовик Монтрей и другие военачальники останутся стеречь рубежи отечества — вместе со своими войсками.
Буревестник понимал, что собирается купить безопасность родного герцогства и всей Деспотии ценой жизни южан. Но и свою голову беречь не собирался. Он прекрасно представлял себе, с какими опасностями может столкнуться его наёмное войско, и потому вызвал зверобоев. Тысяча матёрых, обученных, закалённых в боях охотников на чудовищ могли стать той силой, которая позволит до безумия храбрым, но сумасбродным орра не растеряться в бою с врагом противоестественным и ужасным. Спускались по трапу на причал Оливьер и Сухарь, Шарль и Луи, Цудечкис и