– Прошу прощения, ваше величество, – сказала Одаренная Танди. – Я опасаюсь, что чемпион ошибается. Мы точно знаем, что демонов темного мира невозможно убить.
– Нам и не нужно их убивать, – ответил ей Тау. – Их достаточно лишь удерживать подальше от вас.
– Вы уже обсуждали это раньше? – спросила Нья у королевы.
– Мы знаем, что наш чемпион сражался с демонами, чтобы защитить Одаренную Зури, – ответила Циора.
Нью это ни убедило, ни удовлетворило, но она кивнула с таким видом, словно ответ достиг и того, и другого.
– Да, демонов действительно возможно сдержать, – начала Танди, и ее речь звучала все быстрее от растущего возбуждения. – Возможно, что наши Одаренные смогут контролировать своих Стражей столько же времени, что и Одаренные Одили.
– Так мы устраним последнее преимущество Одили, и план Хадита сможет сработать, – сказал Келлан с усмешкой. Танди, отбросив присущую ей сдержанность, улыбнулась в ответ. Нья, подождав немного, сочла необходимым прочистить горло, вернув Танди в реальность.
Тау полагал, что реакция Одаренной на Келлана была не редкостью. Лицо и тело Окара были красивы сверх меры и неизменно привлекали внимание. Ему, думал Тау, не помешало бы заиметь побольше шрамов.
– Основная армия, водная, резервы и воины в Исихого, чтобы защитить Одаренных, – сказала Танди визирю, словно ее мысли не были заняты ничем, кроме военных планов.
– И воины в Исихого, чтобы защитить вас, – эхом повторил Келлан, и взгляд Танди вновь обратился к нему.
– Ваше величество? – уточнил Хадит, спрашивая одобрения королевы.
Все время, пока говорили другие, королева не сводила глаз с Тау.
– Воины в Исихого, – повторила она. – Ладно, чемпион. Ты все-таки добился своего. Обучи их ради нас.
Тау почувствовал, как вскипает кровь. Он был готов за это взяться.
– Ваша воля – моя судьба.
– Позаботься о тех, кому доверяешь, – сказала она. – Если те, кого ты обучишь, не смогут оставаться верными до конца, мы можем потерять больше, чем если бы только проиграли Одили.
Подозрения Ньи от этих слов лишь возросли.
– Пусть в этом обучении участвует Танди, – сказала она. – Пусть она будет Одаренной, которую вам нужно защищать. Так вы поймете, на сколько времени Одаренным хватает покрова.
Тау, который несколько мгновений назад едва не валился с ног, теперь был полон сил.
– Значит, у нас есть план.
– Есть, – подтвердила королева.
– И немного времени, – добавил Тау.
Королева кивнула.
– Я начну сейчас же.
– Что? – Одаренная Танди пришла в ужас. – Когда вы в последний раз спали? Кого вы выбрали для этого обучения?
– Прямо сейчас и выберу, – ответил ей Тау.
Глава шестая
Тау собрал своих избранных за конюшней. Это было тихое место, с мягким песком, на котором в случае панической атаки можно было отлежаться. И что еще важнее – вокруг никого не было.
Пятеро воинов встали в шеренгу, и Тау изложил им основы, начав с того, как войти в Исихого. Все проделали это по нескольку раз и вернулись задолго до появления демонов.
Как и хотела королева, он ничего не рассказал им о собственном обучении. Пятеро бойцов знали лишь то, что если у них все получится, они смогут обеспечить Одаренным необходимое преимущество в битве за Пальм.
– Не хочу показаться дремучим, но просто чтобы уяснить: мы идем в Исихого, чтобы драться с демонами, которых нельзя убить, и наверняка там погибнуть? – спросил Темба.
– Именно, – подтвердил Тау.
– То есть мы должны стать живым щитом, и это никого не смущает?
– Меньшие, – буркнул Удуак.
– Нэ? – переспросил Темба.
– Мы Меньшие, – сказал Яу. – Мы всегда были живым щитом.
– Он не Меньший, – возразил Темба, указывая на Келлана.
Поскольку Хадиту пришлось вернуться в лазарет, чтобы отдыхать и восстанавливаться, Тау попробовал применить его трюк:
– Я доверяю Келлану. Поэтому он здесь.
Великий Вельможа выпрямился и так выпятил грудь, что Тау изумился, насколько безотказно работали дурацкие уловки Хадита.
Впрочем, сказанное было правдой. Тау, может, и не желал этого признавать, но он не сомневался, что Келлан будет сражаться яростнее всех остальных, поэтому и выбрал его. Келлан к тому же оказался единственным Вельможей из всех, кого он позвал.
Более того, Келлан был единственным из них, кто не состоял в Чешуе Джавьеда. И если это можно было назвать кумовством, ну и что? Королева сама просила Тау, чтобы он научил только тех, кому доверяет, и эти пятеро были именно такими.
– Я научил вас входить в Исихого и выходить из него, – подытожил Тау. – И я предупредил вас, что как только демоны нападут, вы не сможете уйти, и выход останется только один.
– А ты уверен, что они не смогут нас убить? – спросил Азима.
Барабанщик Чешуя Джавьеда был последним, кого Тау избрал. Чтобы окружить Одаренную, которую они должны были защищать, требовалось не менее шести человек; и после бойцов, входивших в шестерку Джавьеда, Азима был сильнейшим воином в чешуе.
– Если вы не поглощаете энергию темного мира, ваше тело остается здесь и не может пострадать от демонов, которые находятся по ту сторону, – сказал Тау.
– Заметьте: он сказал «тело», – пробормотал Темба, постучав себя по голове.
– Темба, я сам так уже делал.
Темба многозначительно развел руками.
– Ты хотел бы, чтоб я выбрал вместо тебя кого-то другого? – спросил Тау.
Темба с хрустом размял шею.
– Я в деле.
Удуак кивнул.
– Мы все в деле, – сказал Келлан.
– Тогда начинаем, – сказал Тау.
– А мы не будем ждать Одаренную Танди? – спросил Келлан.
– Сейчас она нам не нужна.
– Но Нья сказала…
– Мы только начали обучение, и нам не нужно, чтобы Одаренная отмеряла для нас время. – Тау не нравилось, что Нья навязала им Одаренную, и после неприятного разговора с визирем перед конюшней он был рад начать без присмотра Одаренной.
– Садитесь, – велел он воинам, и все пятеро расположились на песке.
Он устроился рядом с ними и обвел взглядом лица бойцов. Так же повел бы себя и Джавьед. Последним он взглянул на Яу.
– Где мы бьемся, – произнес Яу тихо.
– Мир горит, – отозвался Тау и воины чешуя.
– Келлан? – позвал Яу промолчавшего Великого Вельможу. – Ты теперь с нами.
Келлан помедлил, принимая решение, и кивнул. Яу повернулся к Тау и выжидательно взглянул на него.
– Где мы бьемся, – повторил Тау.
– Мир горит, – ответили все пятеро. – Мир горит!
Тау увидел, как его братья по оружию закрыли глаза, успокоили дыхание и отправили свои души навстречу испытаниям. Он собирался сделать то же самое, но услышал звук шагов. Он обернулся и увидел Танди.
– Нет! – воскликнула она. – Нет!
– Мир горит, – прошептал Тау, закрывая глаза и присоединяясь к товарищам.
Тау, с мечами наготове, всмотрелся во мглу. Они остались там же, за конюшней, и в то же время оказались в ином мире. Воздух здесь был плотнее, и было трудно дышать. Под ногами был уже не песок, как в реальности, а зыбучая, рыхлая и влажная почва. И главное, в Исихого все краски словно выцветали. Словно Тау смотрел на мир сквозь прищур. Янтарно-коричневая стена конюшни выглядела серой, а сумеречное небо утратило свою звездную синеву, став непроглядно черным.
Исихого было царством кошмаров наяву, в котором деталей хватало лишь на то, чтобы удерживать разум в своем плену. Словно этот мир был создан лишь на четверть. Мир, где настоящими выглядели лишь золотистые ореолы вокруг соратников Тау.
– Они нас нашли, – предупредил Тау, перекрикивая ветер и вглядываясь в движущиеся тени в глубине мглы.
– Богиня, спаси нас, – прошептал Яу, прижимаясь к плечу Тау.
– Не принимайте силу, которую дает вам Исихого! – напомнил Тау. – Если примете, то умрете дома так же, как и здесь.
«Дома», – подумал Тау. Сколько времени он провел здесь, во мгле? Когда чужбина начинает казаться домом?
– Слева! Вижу их! – крикнул Азима.
Им не повезло. В первый свой визит в темный мир они наткнулись на целое гнездо. Так Тау называл места, когда, оказываясь в Исихого, попадал в лапы сразу стаи демонов. Обычно он попадал в гнезда ближе к концу долгого дня, проведенного в битвах, но сейчас, оглядевшись по сторонам, задумался: могло ли быть, что свечение шести душ привлекло больше рабов Укуфы, чем обычно?
– Рассредоточиться, – приказал он. – Построиться в круг. К бою!
Первым приказ выполнил Келлан. Выставив огромный меч перед собой, он отбежал на несколько шагов и прикрыл Тау со спины. Следующим стал Удуак, занявший место справа от Тау.
Темба покачал головой.
– Безумие какое-то, – сказал он, прежде чем броситься вслед за Удуаком.
Яу стоял с закрытыми глазами, его губы шептали молитву. Дочитав, он распахнул глаза и, кивнув Тау, занял позицию.
– Азима, – окликнул Тау.
– Не могу. Слезы Богини, Тау, я не могу.
Тау понимал, как это бывает.
– Следуй за мной. У нас получится. Помни, из этого места ничего нельзя забирать. Дар, что оно дает, это яд для…
Почуяв чье-то присутствие рядом с собой, Тау развернулся и взмахнул мечами. Фигура была скрыта многослойным переливчатым покровом, не позволявшим видеть ни лица, ни отблеска души.
– Танди? – крикнул Тау.
Она проигнорировала его, ринувшись сразу к Келлану, и попыталась вернуть его, но Великого Вельможу было не сдвинуть с места. Тау не видел лица Танди, но знал: они что-то говорили друг другу. Он увидел, как Келлан ответил что-то Одаренной, но Тау не расслышал слов из-за неистового ветра, а потом стало слишком поздно. Время для отступление истекло. Явились демоны.
– Умама! – крикнул Азима, когда первый демон бросился к нему.
Тау оттолкнул его, выведя из-под атаки демона, и вонзил мечи в спину твари, повалив ее на землю. Существо зарычало и попыталось встать, но следующий демон, похожий на многоножку, встал на дыбы, намереваясь обезглавить Тау.