– Вот что, – твердо сказал Матвей, поняв, как назовет новообретенного виртуального товарища. Сцена битвы перед мысленным взором сменилась образом Алены с книгой Фенимора Купера. – Отныне ты будешь зваться Ункасом.
– Благодарю тебя, господин, – в голосе тролля заметно прибавилось торжественности. – Ты выбрал мне прекрасное имя.
Климов кивнул и повернулся к пылающей пирамиде из автомобилей. Голова босса догорела и исчезла, а темнеющая дыра в асфальте, судя по всему, была единственной дорогой дальше, поскольку выезд с парковки оказался завален обломками потолка, не выдержавшего взрыва.
– Могу ли я спросить, куда лежит дальнейший путь моего господина? – с очередным полупоклоном спросил Ункас.
– К Южному аэровокзалу, – ответил Матвей. – Мне нужно встретиться с одним эльфом-дельцом, по имени Эрри, и, если повезет, немного поработать на него.
– Путь неблизкий, – заметил тролль, с задумчивым видом потирая едва выступающий подбородок. – И полный опасностей.
Климов согласно кивнул. Потоптать игровые просторы «Новадэйз Фэнтези» и впрямь предстояло основательно. Армальт, город, в котором Матвей оказался, по площади был сравним с тремя Токио. Учитывая, что сейчас Климов был на северо-западной окраине…
– Уверен, дела моего господина не терпят отлагательств и тратить драгоценные часы в дороге и ненужных сражениях – непозволительная роскошь, – заговорил Ункас. – Поэтому я помогу тебе. Эти полные нечистот и кишащие свирепыми тварями подземные ходы, – он кивнул в сторону пролома, ведущего в канализацию, – могут вывести нас за пределы города – прямо к поселению дружественного мне племени Озерных Троллей. Сейчас у них беда: неведомое чудовище решило сделать один из водоемов своим домом и теперь отравляет воду. Многие, особенно дети, страдают от неизвестной хвори.
– Предлагаешь мне разделаться с чудовищем? – спросил Матвей.
Тролль тут же просиял:
– Проницательность моего господина не знает границ! Если ты одолеешь это гадкое создание, что принесло Озерным Троллям столько бед, то станешь лучшим другом их племени. У Зулзуга, вождя, есть летательный аппарат, который доставит нас к Воздушному кварталу, откуда до Южного аэровокзала не больше часа пути.
Тут же перед глазами Климова высветилось сообщение о скрытом квесте «Помощь Озерным Троллям», и тот с довольным видом принял его.
– Похоже, мне очень повезло с помощником, – сказал он Ункасу, и тот запыхтел с самым счастливым видом. – А теперь давай отправляться. Похоже, у твоих озерных друзей и впрямь серьезная беда, так что медлить нельзя.
– Совершенно верно, господин, – тролль несколько раз кивнул, а затем устремился к дыре в асфальте, из которой совсем недавно торчала здоровенная башка его родителя.
Квест второй: Третий лишний - 4
Путь по канализационным тоннелям оказался долог, но его нельзя было назвать щедрым на неприятности. Да, шлепать по карнизу вдоль потока мутной и зловонной воды – удовольствие сомнительное, однако игры иной раз преподносят куда более мерзкие испытания.
Локация была обиталищем Крысолаков – полуметровых грызунов с человекоподобными телами, и Зубастых Ящериц – крупных буро-зеленых рептилий. Время от времени попадались Колючие Скелеты – костяки погибших здесь людей, гномов, эльфов и других разумных существ, обросшие длинными острыми шипами до такой степени, что напоминали прямоходящих дикобразов.
По большей части Матвей справлялся с тварями сам, лишь в сражениях со Скелетами прибегая к помощи Ункаса. Тролль был слабоват, а возможность прокачать его отсутствовала. Учитывая, что впереди ждали куда более сильные враги, Матвей понимал, что долго зеленый коротышка не протянет. Тем не менее, он исправно отхиливал Ункаса, если тому случалось попасть под оплеухи мобов.
Тоннели, как водится, образовывали настоящий лабиринт, и чем больше Матвей сворачивал вслед за троллем, тем яснее понимал, что без такого провожатого намучился бы здесь основательно. Ункас же был в своей стихии и уверенно топал впереди, пропускал ненужные ответвления и безошибочно определял те, которые приближали его и Климова к выходу.
У самого выхода пришлось попотеть, поскольку охранялся он боссом – Ракочеловеком. Двухметровая гуманоидная фигура, защищенная хитиновой броней и снабженная внушительными клешнями, вынырнула из бурой воды и завизжала так, что здоровье Матвея просело на пятнадцать процентов, а полоса жизни Ункаса так и вовсе сократилась почти на треть.
«Воплями подамажить, значит, любим, – заключил Матвей, встретившись взглядом с большими и темными сферами глаз, что чуть шевелились на бледном скуластом лице. – Спасибо, что заранее предупредил, учтем».
У него оставалось еще семь болтов с пистонами, и первые два, попав в цель, укоротили шкалу здоровья Ракочеловека на семнадцать процентов. Вдобавок, взрывы оглушили обитателя канализации, и Климов, в два прыжка оказавшись рядом, немного пошинковал безобразную морду саблями и отнял у монстра еще двадцать процентов жизни.
«Хорошо идем», – отметил он, спустя секунд пять, когда вынужден был уворачиваться от раскрытых и норовящих ухватить клешней.
После шести-семи выпадов босс замер и глубоко вдохнул.
– Назад! Быстро! – скомандовал Матвей Ункасу, понимая, что будет дальше.
Вдвоем с троллем они спешно отступили, и вторая звуковая атака монстра не возымела эффекта.
Поочередно используя то арбалет, то сабли, Климов одолел босса. Троллю ввязываться в схватку он не позволял. Разумеется, пять жизней – это неплохо, но даже кошки с девятью не рискуют понапрасну, а Ракочеловек был для Ункаса очень серьезным противником.
С него дропнулось пять серебряных монет, одна золотая, хитиновые пластины, усы, кольцо, дававшее пятипроцентный резист к звуковым атакам, и ржавый ключ. Также Матвей получил еще один уровень и на месте распределил очки, вложившись в силу, ловкость и защиту.
– Мой господин в очередной раз доказал, что ему нет равных в бою, – с традиционным поклоном произнес Ункас, желая засвидетельствовать победу Матвея. – Впереди нас ждет еще немало опасностей, но я уверен, что все они будут по плечу моему господину.
– Спасибо, – с добродушной усмешкой ответил Климов. Торжественная преданность тролля-непися не могла не забавлять. – Только можно одну просьбу?..
– Все, что угодно моему господину.
– Вот как раз об этом, – Матвей приблизился к троллю, присел, положил ему на плечо руку. – Хватит меня господином называть. В этом мире я Серый, и это имя мне больше по душе.
– Как будет угодно… Серый, – Ункас внимательно посмотрел на Климова, явно надеясь на одобрение, и тот не стал разочаровывать это создание, пусть оно и было всего лишь визуализированным набором нулей и единиц.
«А так ли на самом деле? – задался он вопросом, вспоминая Джи-Крипа, Эрнеста, химеру, при помощи которой ведьма поймала доисторическую акулу-исполина. – Что если и Ункас может обрести жизнь в реальном мире?»
Только сейчас Матвей осознал, что никогда больше не сможет относиться ко всему, что существует на игровых просторах, как к чему-то неодушевленному. Любая деталь виртуального пейзажа, любое существо могли, как выражалась ведьма, обладать потенциалом благодаря разработчикам, вложившим в их создание душу, и от этого знания в душе возникало очень странное чувство – смесь радости, тоски и страха.
«Игры – все равно что ящик Пандоры, – думал Климов, сквозь трубу выбираясь под долгожданное, по-прежнему усыпанное звездами небо. Труба выходила на берег неширокой, поросшей камышом реки, и мутная, дурно пахнущая канализационная вода смешивалась с речной. – Здесь наверняка можно найти и лекарство от какого-нибудь тяжелейшего заболевания, вроде рака, болезни Альцгеймера или СПИДа, и оружие, способное устроить апокалипсис».
«Жуткая лотерея, не правда ли? – пришло сообщение от ведьмы. Почему-то Матвей этому вовсе не удивился. – Твой ход мыслей абсолютно верен. Дай топор умелому дровосеку – и проживешь в тепле всю зиму. А если инструмент окажется в руках психопата, не избежать трагедии».
«И кто же вы? – мысленно отозвался Климов, сжимая кулаки. – Умелый дровосек или психопат?»
«Не думаю, что есть смысл отвечать сейчас, поскольку это будет голословием. К тому же, твое неверие – все равно что кривое зеркало, в котором ты видишь все не так, как есть на самом деле. Но я надеюсь, что, как только осуществлю задуманное, ты прозреешь».
Дочитав сообщение, Матвей лишь горько усмехнулся: очень удобный способ уйти от ответа – обвинить в чем-либо того, кто задал вопрос…
Затем он повернулся к Ункасу.
– Ну что, друг, веди дальше.
Тролль легко поклонился и первым двинулся вдоль берега.
– Неподалеку должна быть переправа, – сообщил он, оборачиваясь.
Матвей кивнул и, пойдя за Ункасом, стал осматриваться.
Канализационные тоннели увели его довольно далеко от окруженного небоскребами плато – их вершины были едва видны за кронами дубов, образовывавших густой лес, что брал начало в сотне метров от пригорка, из которого и выходила канализационная труба. Все пространство между пригорком и опушкой леса представляло собой жуткого вида свалку: обгоревшие остовы автомобилей, куски стен с торчащей арматурой, обломки мебели, бутылки, тряпки… В небе кружили десятки здоровенных серых ворон, а среди мусора копошились тощие бледные фигуры, передвигающиеся на четырех конечностях. Приглядевшись, Климов обнаружил, что у тварей, вполне справедливо, но банально прозванных Мусорщиками, не было глаз, а носы представляли собой беспрестанно шевелящиеся хоботки.
«Ориентируются по запаху, – понял он. – Ищут съестное».
Смотреть на них было неприятно, и Матвей повернул голову, изучая противоположный берег. За камышами тянулся небольшой луг, на котором застыли волкоподобные фигуры мобов. Затем начинался поросший редкими раскидистыми деревьями холм. На вершине Климов заметил четверых игроков, расправлявшихся с боссом – здоровенной ярко-красной змеей с перепончатыми крыльями и растрепанной человеческой головой. Мысленно пожелал ребятам удачи и ускорился, догоняя Ункаса.