«Значит, меня тоже превратили в нечто подобное», – Матвей опустил глаза, чтобы рассмотреть себя, но не увидел ни коротких кривых ног, ни зеленой шерсти, ни круглого живота. Ведьма сохранила ему человеческий облик, поменяв только одежду: вместо джинсов и толстовки, которые уже очень давно требовали стирки, на Климове были просторные серые штаны и длинная рубаха из хлопка, а вместо кроссовок – нечто вроде сандалий.
– Что касается тебя, то я поменяла лишь цвет волос, сделав твою изрядно отросшую шевелюру и бороду рыжими. И украсила лицо веснушками, чтобы оно не казалось слишком уж мрачным и напряженным, – сказала улыбающаяся ведьма. – Ну а теперь о деле. В пяти часах ходьбы находится Нильброкс, довольно большой город, в котором и живет нужный мне маг, способный превратить заготовки, – она кивнула на мешок, висящий на плече Матвея, – в полноценное и уникальное оружие. Нам несказанно повезло: в Нильброксе полным ходом идет строительство крупнейшего музея магии, а потому присутствие арьеджалов вполне закономерно. Сейчас там десятки представителей этого народа.
– Но ведь с нами ненастоящие арьеджалы, – возразил Матвей.
– Верно. Однако это не играет роли. Как ты видишь, все они похожи друг на друга как две капли воды и, уверяю, от настоящих совершенно не отличаются. Что до магии арьеджалов… Она не понадобится. Я уже говорила, что Нильброкс – крупный город. Там есть на что посмотреть, и для местных жителей наши остроухие помощники будут выглядеть группой арьеджалов, заработавших выходной и отправившихся изучать достопримечательности. Я выступлю в роли сопровождающего мага-переводчика, без которого арьеджалы, говорящие на очень сложном языке, не смогли бы общаться с представителями других видов. Ну а ты будешь кем-то вроде прораба.
Матвей задумчиво покивал, а ведьма, объявив, что пора в путь, забрала у него мешок и подошла к реке. Поставив мешок возле самой кромки воды, она достала маленькую, будто игрушечную лодку.
– Согласись, пять часов пешим ходом – это долго и утомительно, – ведьма с довольной улыбкой обернулась к Климову. – Однако магия поможет нам преодолеть путь до Нильброкса гораздо быстрее и с большим комфортом.
С этими словами она опустила лодку в воду, несильно оттолкнула ее от берега. Та закачалась, а ведьма вытянула руки, словно хотела при помощи чар притянуть ее обратно. Но вместо того, чтобы возвратиться, лодочка стала увеличиваться и буквально за полминуты достигла размеров настоящей лодки, в которой было достаточно места и для ведьмы, и для Матвея, и для Драконоловов.
– Магия пространства – одно из самых увлекательных направлений чародейского искусства, – сказала ведьма. Глаза ее сверкнули красными огнями, а эльфы-арьеджалы один за другим стали забираться в лодку.
Вскоре Климов с ведьмой тоже оказались внутри и поплыли – видимо, опять при помощи магии: лодка выбралась на середину русла, сама развернулась, после чего плавно заскользила вдоль стены камышей, за которой высились ивы и березы. Подсолнуховое поле черно-желто-зеленой равниной проплывало мимо. На другом берегу начинался лес, приветствующий лодку шелестом листвы и радостными трелями пернатых обитателей.
Все это было настолько не похоже на обстановку, которая окружала Матвея в последние месяцы, что у него закружилась голова и перехватило дыхание. Только сейчас он понял, насколько отвык быть свободным, и позволил себе хоть на время забыть, что находится в чужом мире, где ведьма скоро начнет новое сложное и наверняка опасное дело. Климов с жадностью вслушивался в плеск воды и щебетание птиц, мечтал в буквальном смысле захлебнуться прохладной свежестью воздуха и ловил оголодавшим взглядом каждую деталь окружающего пейзажа.
– Мне радостно, что тебе удалось немного насладиться здешними красотами и простором, – спустя примерно полчаса заговорила ведьма. Подсолнуховое поле за это время сменилось чередой деревенек, после которых Матвей увидел вдалеке город, окруженный высокой каменной стеной с небольшими коробами бойниц. – И оттого мне вдвойне грустнее сообщать, что эта часть пути подходит к завершению. Сейчас нам предстоит проникнуть в Нильброкс, и сделать это необходимо тайно, для чего придется пройти через одно малоприятное место.
Едва она договорила, как лодка замедлилась. Впереди, метрах в пятнадцати, Матвей увидел кое-что странное: вода словно вздымалась, образуя едва видимый гладкий купол.
– Хорошо, что ты умеешь плавать, – сказала ведьма, поднимаясь. – На дне под нами находится каменный колодец. Он соединяется с подземным ходом, который идет прямо до Нильброкса. Так мы попадем в город, минуя стражу и инквизиторов, несущих службу у городских ворот.
Закончив, она подошла к борту лодки, а в следующее мгновение нырнула в воду, словно профессиональный пловец. Все произошло настолько неожиданно, что в первые пять-шесть секунд Матвей растерянно моргал, глядя на круги, расходящиеся по реке. А эльфы-арьеджалы повставали с мест и вслед за ведьмой, один за другим, стали покидать лодку. Та раскачивалась все ощутимее.
Поняв, что вскоре останется один, посреди реки и в совершенно чужом мире, Климов тоже встал и, протиснувшись между парой Драконоловов, замер, глядя на воду. Плавать он действительно умел – и любил. Однако никогда прежде так не волновался перед нырком.
Холодная ли вода? Далеко ли до колодца? Хватит ли дыхания? Матвей не знал ответа ни на один вопрос. Немного успокаивало лишь то, что вода была очень чистой – Климов видел, как чуть покачиваются водоросли и блестят серебристыми боками рыбки.
«Ладно, – решил он спустя пару секунд раздумий. – Чем быстрее – тем лучше».
С этой мыслью он и прыгнул из лодки.
От холода захватило дух, Климов забарахтался и едва не растерял запас воздуха. Лишь усилием воли заставил себя успокоиться и огляделся.
Колодец находился прямо под ним, метрах в трех-четырех. Эльфы-арьеджалы по одному исчезали в круглом черном зеве, рядом с которым плавали мелкие существа, похожие на чертей, но покрытые зеленой чешуей и с жабрами.
«Жуть, – Матвей нахмурился и, чувствуя, что в груди начинает давить, вынырнул за новой порцией воздуха. После чего опять погрузился под воду и без лишних раздумий, как можно скорее устремился к колодцу.
Едва он достиг цели, как холодные объятия воды исчезли. Климов полетел в черноту, но почти тут же врезался во что-то мягкое, скользкое и словно состоящее из крупных волокон.
– А вот и наш опоздавший, – произнесла невидимая во мраке ведьма, и в тот же миг невдалеке появилась светящаяся голубым сфера размером с футбольный мяч.
Тьма рассеялась, и Матвей смог оглядеться. Он лежал на куче водорослей, а ведьма, окруженная двумя десятками зеленых пучеглазых коротышек с хвостами, с изучающей улыбкой смотрела на него, стоя в начале сложенного из камня тоннеля с узким арочным сводом. Круглый источник света завис над ее вытянутой рукой.
Климов встал, отряхнулся и, поеживаясь от холодной воды, что пропитала одежду, подошел к ведьме.
– Использовать «открывающих пространство» вблизи Нильброкса и тем более в нем самом – большой риск, поскольку инквизиторы научились определять появление порталов. Сами они перемещаются сквозь пространство другими способами, – ведьма развернулась и направилась вглубь тоннеля. Матвей и Драконоловы пошли следом. – Как и те обладатели дара, к которым у представителей закона нет претензий. Вот и получается, что у ведьм и колдунов «вне закона», – она покачала головой, усмехнулась, – не так много возможностей попасть в город. Тоннель, по которому мы сейчас идем, существует уже полтора столетия, и он является одним из немногих мест, не известных инквизиторам. Не будь его, нам пришлось бы гораздо труднее, а все предприятие стало бы в разы опаснее.
Климов нахмурился, но промолчал. Ведьма постоянно твердила, что у нее множество врагов, а инквизиторы – одни из главных. И не так давно Матвей лично убедился, что те, кто призван следить за порядком среди обладателей магического дара, очень опасны. Методы же их работы так и вовсе были далеки от безобидных. Климов не раз и не два вспоминал жуткое рукотворное существо, служившее сердцем инквизиторской тюрьмы, и был уверен, что всю оставшуюся жизнь при слове «источник» будет вспоминать нагромождение живой плоти посреди похожего на анатомический театр помещения, откуда он едва унес ноги.
«Без Брульгрома я бы там погиб», – Матвей помрачнел, вспоминая толстое существо, лицо которого было покрыто усоподобными отростками. Тогда, в инквизиторской тюрьме, они действовали сообща, преследовали одну цель: спастись. Часто после такого становятся друзьями навек…
– Не угнетай самого себя, – сказала ведьма, чуть замедлившись. – Если тебе интересно, даггаунцам незнакомо понятие дружбы. Это довольно жадные и эгоистичные сущности, которые никогда не упустят возможности отыграться на слабом. Угнетение тех, кто не может дать отпор, предательства, удары в спину – вот суть Брульгрома и его сородичей.
«Я ведь тоже стрелял ему в спину, – мысленно ответил Матвей, вспоминая, куда угодил арбалетный болт – под левую лопатку даггаунского колдуна. – Пусть и не знал этого до последнего момента».
– Не сравнивай себя с ним, между вами нет абсолютно ничего общего, – в голосе ведьмы чувствовались строгие нотки. – Да, ты посодействовал тому, чтобы Брульгрома не стало. Однако это был приказ, ослушаться которого ты попросту не мог. Точно так же на любой войне: командир приказывает, солдаты выполняют. Причем, заметь, изо дня в день. К тому же, ты лишь разрушил магическую защиту. А всю грязную работу сделали цифровые монстры, которым никогда не обрести силу в реальном мире, поскольку они не обладают необходимым потенциалом.
– Как будто от этого легче, – процедил Матвей. Узкий каменный тоннель дышал сыростью. Сфера над ведьминой ладонью была единственным источником света, но его хватало, чтобы видеть все на полтора десятка метров вперед. Магия бесшумно касалась стен, на которых беспрестанно шипели мелкие твари, представляющие собой нечто среднее между рептилией и насекомым типа богомола, и пола, усыпанного мелкими костями. – Вы не слышали, как он умирал…