– Я… – растерялась Миу, что бывало с ней крайне редко, – подождите… какая война? Ничего не понимаю. У меня с вашими всегда были хорошие отношения и…
– Теперь это не важно, – перебил ее белобрысый. – Запомните: ровно час на сборы. Потом мы уходим, – и, показав глазами на Миу, приказал тому «дикому», что молча ждал справа от него. – Будь с ней. Если сбежит, головой ответишь, – и, повернувшись, быстрым шагом направился к лестнице на первый этаж, махнув рукой второму сопровождающему, чтобы тот следовал за ним.
Миу не надо было выходить на улицу, чтобы сообразить, что произошло – ей все прекрасно было видно и слышно из распахнутого окна спальни. С десяток вооруженных диких вовсю распоряжались во дворе ее усадьбы и на подъездной дороге.
– Минируйте все! – услышала она приказ все того же белобрысого. – Они наверняка сунутся на эту ферму. Им нужно где-то устроить штаб, а это – самое удобное место.
Кроме «диких», Миу увидела во дворе и несколько своих бывших рабов-мужчин. У кое-кого из них за спиной болтались самые настоящие винтовки, и с первого взгляда было ясно, на чьей они стороне теперь.
Моторная лодка, подумала Миу, это единственная возможность. Пешком мне от них не уйти. Догонят. Значит… Да, конечно. Туалет и ванная. Там окно выходит на реку, и роща близко. Только бы на заднем дворе никого не оказалось…
И она направилась в ванную.
Ее соглядатай шагнул следом.
– Ты что же, – как можно естественнее постаралась удивиться Миу, – и в туалет за мной пойдешь?
– Куда ты, туда и я, сладенькая, – ухмыльнулся «дикий», и масленистый блеск его глаз о многом сказал Миу. – Таков приказ командира, и я не собираюсь его нарушать.
– Уверен? – подмигнула Миу. – Ладно, тогда пошли.
Как только они зашли в ванную, и «дикий» прикрыл за собой дверь, Миу обернулась и одним движением сбросила с себя халат.
Глаза «дикого» расширились – наверняка ему редко приходилось в своей молодой жизни видеть женскую грудь такой откровенной и соблазнительной красоты. Да еще так неожиданно и близко.
– Иди ко мне, сладенький, – промурлыкала Миу и сделала полшага вперед.
«Дикий» забросил автомат за спину, облизывая губы, шагнул навстречу… и в следующий момент застонал и согнулся от чудовищной боли в паху – это Миу со всей своей немалой силой и яростью врезала ему туда коленом.
Не дожидаясь, пока ее похотливый страж заорет в полный голос, Миу схватила с полки полулитровый четырехгранный, почти еще полный флакон очень хороших духов и со всего размаха опустила его на затылок «дикого».
Флакон разлетелся на осколки, и один из них глубоко пропорол Миу ладонь.
«Дикий» коротко хрюкнул и рухнул лицом вниз.
Духи пополам с кровью залили пол и заполнили ванную комнату густым ароматом.
Аптечка находилась тут же, – остановить кровь и перебинтовать руку Миу удалось довольно быстро.
Еще две с половиной минуты у нее ушло на то, чтобы одеться (белье, штаны, рубаха, кроссовки) и сунуть в задний карман пачку наличных, всегда на всякий случай хранящихся у нее в прикроватной тумбочке ( вот он и настал – этот случай, кто бы мог подумать…). Она бы, наверное, справилась и быстрее, но мешала, перемотанная бинтами правая рука. После этого Миу вернулась в ванную, сняла, с невовремя возжелавшего сексуальных утех «дикого», автомат, повесила его за спину и осторожно выглянула в окно.
Задний двор был пуст.
Еще не известно, хорошо это или плохо, подумала Миу. Может, они там уже все заминировали, и я через пять секунд взлечу к небесам. Прямо в объятия Великой Матери, будем надеяться. Эх, ладно. Отступать уже все равно поздно.
Она вылезла в окно, повисла на подоконнике, используя, практически, только левую руку и, чуть оттолкнувшись от стены, полетела вниз – точно на клумбу с цветами.
Клумба оказалась незаминированной.
Миу привстала, огляделась, без помех миновала двор и уже в роще, скрывшись за деревьями и кустами, со всех ног кинулась к реке.
Лодка была на месте, и маленький навесной мотор на корме завелся с пол-оборота. Миу дала полный газ, вырулила на середину руки и, моля Великую Матерь о помощи, впервые обернулась. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как на берег из рощи выскакивают «дикие».
Автоматные очереди разорвали утреннюю речную тишину.
Вокруг лодки заплясали безобидные на вид фонтанчики, а возле головы пару раз свистнуло – да так, что Миу даже ощутила щекой легкий смертельный ветерок от пули.
Но ей повезло.
Сразу в нее не попали, по берегу догнать идущую под мотором – пусть и слабосильным – лодку не было никакой возможности, а речной поворот вскоре укрыл Миу от выстрелов.
Она знала, что до города топлива ей не хватит. Поэтому оставалось одно – доплыть до того места, где река ближе всего подходила к трассе, бросить лодку и попытаться остановить какую-нибудь машину. Отчего-то ей казалось, что дальше ее фермы «дикие» не сунутся, а Службу FF надо было предупредить о случившемся обязательно.
«Не останавливаться, что бы ни случилось. До самых гор». Именно такой приказ получила командир головного танка основной колонны от самой Поллы Нези. Поэтому, когда впереди на трассу выскочила крепкотелая блондинка с автоматом за спиной и отчаянно замахала руками (правая ладонь забинтована, и на бинтах явственно расплылось кровавое пятно), командир, прижав ларингофон к шее, сказала: «Не останавливайся и не тормози. Если не уберется с дороги, – объезжай. Сунется под гусеницы – дави на хрен».
Миу успела выбежать на трассу как раз перед головной машиной и замахала руками, требуя остановиться. То, что колонна не остановится, она поняла, когда до переднего танка оставалось не более десяти метров.
Великая Матерь, он даже не замедлил ход!
И только сестра-гражданка в шлемофоне, высовывающаяся из верхнего люка, заранее повелительно махнула рукой – в сторону, мол, дура, иначе задавим.
Пришлось отскочить сначала на обочину, а затем и вовсе перебраться через кювет – находиться в полутора метрах от проходящих с оглушительным ревом по трассе боевых машин не было никакой возможности.
Миу стояла по колено в траве, бессильно наблюдая за прущей мимо нее грозной силой, когда неподалеку опустился бронекар с эмблемой Службы FF – распластанная в прыжке над девизом «Femina forever» белая пантера.
Дверца машины отъехала в сторону, и сидящая внутри оперативница жестом позвала Миу к себе.
Внутри бронекара Миу обнаружила еще четырех сотрудниц в знакомых боевых комбинезонах и относительную тишину.
– Кто вы? – спросили у нее. – Почему вы вооружены и зачем останавливали колонну?
Миу потрясла головой, чтобы избавиться от еще звучавшего в ушах грохота колонны, и коротко рассказала о том, что с ней произошло рано утром.
Ее попросили показать ферму на карте местности, которая уже была выведена на бортовой дисплей.
Миу показала.
– Значит, они сказали, что минируют ферму?
– Да, – подтвердила Миу. – Я слышала собственными ушами.
– Внимание! – старшая группы поднесла к губам микрофон. – Это четвертая F. У меня сверхсрочное сообщение для начальницы штаба и командующей. Повторяю…
Разведка и авангард всегда идут первыми. На то они разведка и авангард. Эту, расположенную ближе всего к горам, ферму с большой двухэтажной усадьбой командующая Вооруженными Силами Полла Нези присмотрела для возможного размещения своего штаба еще на стадии разработки войсковой операции. И теперь три боевые машины разведки и один бронекар Службы FF свернули на подъездную дорогу, чтобы подготовить место и хозяйку фермы к появлению здесь в ближайшие часы большого количества военных. А вслед за ними пронеслись на малой высоте два армейских гравикоптера, набитых под завязку техниками и офицерами связи.
– Входят, – белобрысый оторвался на секунду от бинокля и лихо развернул пятнистую кепку на голове козырьком назад. – Входят, суки! – повторил он радостно. – Приготовиться, братья. Сейчас мы им покажем салют пополам с фейерверком, м-мать их так.
Он снова припал к биноклю и поднял правую руку.
– Ну, смелее… Еще чуть-чуть… еще немного… … Давай!!
Рука повелительно и резко упала вниз.
Взрывник, лежащий за соседним деревом, оскалил зубы в волчьей ухмылке и нажал главную кнопку на портативном пульте.
Даже отсюда, за десяток километров до фермы, был виден взметнувшийся над ней столб пламени и дыма.
– …твоего отца! – старшая оперативной группы Службы FF отшвырнула микрофон. – Не успели, – и, повернувшись к Миу, сказала. – Можешь попрощаться со своей фермой, сестра.
– Вообще-то, она у меня застрахована, – Миу с трудом отвела глаза от столба дыма на горизонте и посмотрела на оперативницу. – Вы лучше скажите, кто-то… погиб?
– Да, – помедлив, ответила старшая. – Практически, все, кто туда сунулся. Вот и первые потери. И потери эти, увы, с нашей стороны. Ты извини, но мы не можем подбросить тебя до города.
– Ничего, – сказала Миу. – Тут неподалеку, с другой стороны дороги есть небольшой городок, а у меня есть деньги. Доберусь туда и найму машину.
– Тогда прощай. И спасибо за то, что хотела помочь.
– Мне жаль, что не вышло.
– Нам тоже.
– Прощайте. И удачи вам, – Миу выпрыгнула из бронекара и отошла в сторону.
Командир задвинула дверцу, махнула на прощание, и бронекар с места взмыл в низкое серое небо.
Миу посмотрела ему вслед, поправила ремень автомата и зашагала на юг. Она собиралась еще до вечера попасть в город и найти Джу Баст.
Это была единственная дорога, которая довольно глубоко уходила в Северные горы. Когда-то она пересекала их полностью, выходила на равнину по другую сторону хребта и там сливалась с той самой автострадой, по остаткам которой шли Бес Тьюби и его группа.
Но за сто пятьдесят лет ту часть дороги, которая непосредственно проходила сквозь горы, ни разу не ремонтировали, и поэтому относительно проходимым оставался участок длиной не более пятидесяти километров, идущий через предгорья, а все остальное было давно разрушено дождями, снегом и камнепадами и погребено под оползнями.