— Вон оно как получается… Симка, я же не знала!
Вот и ответ на вопрос, отчего парень возится с малышнёй. За себя было стыдно до горечи, и всё же этот молчун сам виноват. Сам! Девушка, нервно сглотнув, затеребила пуховую шаль и, глянув мимоходом в сторону Площади, на которой Вилль торжественно обязался её охранять, произнесла:
— Аэшур родился после войны, и вряд ли видел живых аватар и Тай-Кхаэ'лисс, тем более. Главный враг Вилля — слухи. Должность капитана стражи не только престижна, но и опасна. Он не боится холода и способен завалить с одного удара зверя, который от обычного эльфа оставил бы мокрое место. Через полторы недели после смертельного ранения он поправился. Симка, когда Вилль успокоится, передай, чтобы вёл себя незаметнее при магах.
— Ссскажи ему сама.
— Если он придёт, скажу.
— Он не придёт, — домовой понуро опустил усатую голову.
— Жаль.
Хотелось укрыться за пивоварней на поленнице, и спросить Симеона, что думает дух о Созидателях? Но Вилль чувствовал, что, если позвать кота сейчас, тот просто разорвётся между ним и хозяйкой. Хозяйкой вещи. Пресветлая, за что?! Впрочем, какое Богине дело до последнего из рода аватар, не способного даже оставить наследников?
Теперь он понимал, что означали все эти взгляды искоса, разговоры о лохматости и причитания о шраме, якобы уродующем его плечо. Да что шрам? Он теперь похож на паутинку Великой Кружевницы, такой же путанный, как и его обладатель. Заблудившийся… Стоп! Нельзя себя жалеть! Недостойно ни капитана городской стражи, ни, тем паче, аватара. Вот деревенский парень Вилль может излить напряжение на толстенную сосну, чьи разлапистые ветви некогда спасли от шатуна Лушку и Алессу.
Эльф-оборотень удовлетворённо посмотрел на разбитые костяшки, отмечая, что резкая боль отвлекает от ненужных размышлений. Подумает обо всём завтра. Мгновенье спустя усмешка сменилась удивлённо поднятыми бровями — от кончиков пальцев вверх по кисти полз серебристый мягкий свет, и костяшки прямо на глазах стали зарастать молодой кожицей, ещё совсем тонкой, треснувшей, когда аватар сжал кулак.
— Пресветлая! — выдохнул Вилль. Уже?! Теперь, когда появилась Избранница, он стал совершеннолетним волком, регенерация которого будет ускоряться с каждым днём. И теперь он мог бы завести детей и воспитать поколение, гордящееся своими родителями. Мог бы… А можно ещё раз ударить по сосне и бить до тех пор, пока не сломает руку. Капитан пожалел неповинное дерево. Сел у корней, тяжело привалившись к стволу, покрытому ледяной ночной коростой. На поленнице напротив него дремали влюблённые вороны, и аватар резко и зло хохотнул. А катись всё в Бездну! Он уедет из города, как только всё закончится. В Равенну, к морю. Туда, где не будут пялиться на эльфа, как на диковинку. И где он найдёт себе настоящую половинку. Выберет сам, и выберут его. Когда он станет чем-то большим, нежели престижный выкормыш правителя Северинга.
Глухой конский цокот Вилль заслышал издали, и на душе слегка посветлело. Эльф узнал кобылу и наездницу. Он выскочил наперерез Калинке, но лошадь не испугалась в отличие от хозяйки.
— Нита, у нас по городу галопом не скачут. Давай арестую, а? — шутливо предложил парень, но тут же нахмурился — знакомое румяное лицо выцвело, ровно моль, а в глазах плескалось безумие. — Что случилось, Нита? Радда?
— Вилль… Радда пропала! — судорожно хватая его за воротник и склонившись к самому лицу, зашелестела птичница. — Они с Зосием ещё засветло за ворота поехали. И пропали! Как хорошо, что тебя нашла, Вилль, солнышко…
— Я поиск организую… Ах, нет…
Эльф больше не спрашивал — он понял всё. Кивнул и запрыгнул в седло.
Заметив капитана, Темар и решивший выслужиться Геварн образцово вытянулись по струнке. Дядька, увидев за спиной Вилля второго всадника и кашлянув несколько удивлённо, отрапортовал, что да, Зосий с Раддой выехали около четырёх часов назад. Девочка хвасталась, мол, отправились за волчьей шубкой.
— Хорошо, — кивнул эльф и перебросил им ключ. — Мы с Ренитой к ним. А пропадём — через два часа соберёте группу для поиска.
За воротами Вилль осадил лошадь, резко и требовательно обернулся к женщине.
— Радда — маг?
Ренита молчала, не веря своим ушам.
— Нита, Радда — маг?
— Вилль… Виллюшка, это не она! Клянусь! — залепетала птичница, повышая голос. — Она не убивала! Никого не убивала! Только лечила и…
— Я знаю, Нита, не бойся. Держись крепче.
От Радды можно было не ждать подлости, но любитель трусливой охоты Зосий наверняка придумал какую-то каверзу. Зря он выбрал лес. Стая давно голодает. Эльф искривил губы, и, если бы Ренита видела его лицо, то изумилась вспыхнувшим по-волчьи глазам. Вот он, подарок Судьбы! Настоящий враг, который проявил себя так кстати. Они ехали по утрамбованной дороге в сторону, противоположную городскому кладбищу. Эльф не ошибся с выбором направления — Ворона он заметил издалека, чёрный жеребец явно чувствовал себя неуютно поблизости с лесом. Он нервно переступал с ноги за ногу, тщетно пытаясь оборвать наверняка зачарованную верёвку, прядал ушами, и из его рта целыми струями вылетал молочный пар.
Зосий и не пытался прятаться — даже не запорошил следы еловой веткой. Ренита пошла бок о бок с капитаном, подхватив увесистую дубину то ли для устрашения, то ли ради собственного успокоения, и Вилль отметил, что по сравнению с коротышкой Алессой она высокая и наверняка сильная.
— Постой, я сейчас! — аватар легонько коснулся плеча Рениты и выступил вперёд. Женщина, не говоря ни слова, согласно кивнула и отошла ему за спину, а Вилль лодочкой прижал ладони к губам. Пусть Тиэлле порезвится.
От внезапного удара по затылку потемнело в глазах. Вилль, пошатнувшись, обернулся, и два последующих точных удара в висок и под колени сбили его наземь. Почти теряя сознание от боли и растерянности, аватар вскинул руку, и чуть ниже локтя что-то отчётливо хрустнуло. Руку прострелило от кончиков пальцев до плеча. Удары посыпались хаотично, куда придётся, а острый обломок дубины пропорол лоб и висок. Лицо вспыхнуло огнём, и темнота стала багроветь.
— Мама, не надо! — отчаянный крик, прозвучавший глухо, как сквозь шапку, был последним, что услышал аватар. Ещё он успел сжать кулон.
«Ядрёна во…» Следующий удар прекратил всё.
Спустя некоторое время после отъезда Арвиэля и Рениты, к воротам подошла невысокая сгорбленная фигура, закутанная в плащ поверх шубы. Выцветшие от слёз глаза её обладательницы лучились радушием и желанием угодить.
— Замёрзли, поди, а, господа защитники? А я вам горяченького принесла…
Глава 13
«Хозя-аин?..»
— Что, очухался? — глумливый вопрос был сопровождён чувствительным тычком под рёбра. — Так легко не сдохнешь.
Его перевернули на спину и принялись растирать горящие щёки чем-то холодным и царапающимся. Эльф, увёртываясь, мотнул головой, но добился лишь того, что твёрдое колено безжалостно упёрлось ему в грудь, лишив возможности шевельнуться. Оставалось терпеть и направить мысли и чувства в иное русло. Необходимо трезво оценить обстановку и просчитать наиболее быстрый и безболезненный способ обезвреживания врага. Пожалуй, он справится сам, а, если не выйдет, призовёт на помощь стаю Тиэлле.
Регенерация внутренних повреждений идёт полным ходом, и сломанная левая рука почти срослась. Потихоньку склеиваются волокна рёбер, по крайней мере, кость вышла из правого лёгкого, и дыра затянулась. Мышцы и кожа исцелятся в последнюю очередь, значит, пока он не светится. Свечение — признак неумело использованного Дара, когда часть силы аватара выступает через кровь, но можно попробовать с этим бороться… Нет, нужно пробовать! В конце концов, совершеннолетие — это даже не первый полёт, когда срабатывает главным образом, инстинкт выживания. Ядрёна ворона, а что делать, если тебя спихнули в Перелив со скалы в сто пятьдесят саженей высотой?! С наступлением совершеннолетия аватар получает полный контроль над возможностями собственного тела. По крайней мере, так ему говорил отец.
Руки стянуты в запястьях и локтях, причём так, что лопатки едва ли не соприкасаются, а верёвка точно зачарована. Тем самым зельем из учебника. Значит, её можно только перерезать. Ага, кинжал в сапоге, руки прижаты к земле, а на нём самом расселся щучий потрох Зосий. О Тай-Кхаэ'лисс и думать нечего — не вытащить. Ничего, переждёт.
«Симка, все целы?»
«Да, хозяин, но кулон у Зосия!»
Это не страшно. Если кулон снял не хозяин, то связь сохраняется.
«Знаю, Симка, не бойся. Я скоро восстановлюсь и отберу. Нита под приворотом?»
«Да, хозяин. Здесь ещё капкан на медведя!»
Бедная Нита… Никогда он не расскажет ей правды, и Радду попросит молчать. Во всём виноват Зосий! Стоп! Зачем ему понадобился капкан?
— Что, ушастый, полегчало? — с напускным сочувствием осведомился охотник, убирая колено с его груди.
Щёки здорово саднило, но в голове прояснилось окончательно. Выглядит он наверняка хуже, чем чувствует себя на самом деле, а больно — не смертельно. Если выбрать момент удачно, то можно ударить Зосия одной ногой в плечо, а другой — по касательной в челюсть, и попросту свернуть шею. Как говаривала Алесса…
— Дядя Зосий, не надо! — взвизгнула девочка.
«Хозяин!!!»
Хрусть!
— Сшшммм… — Вилль сумел удержать крик, но губу прокусил почти насквозь. Открыл глаза, мимоходом отметив, что видит неплохо, а значит, переносица не сломана. Это хорошо, а вот усаженный шипами двухпудовый медвежий капкан на правой ноге, примотанный к сосне толстенной цепью, — хуже некуда.
— Как тебе подарок? — осклабился мужик. Кулон теперь висел у него на шее, а в руке он сжимал нож для разделки туш.
— Р-размерчик… не мой, — посетовал аватар, за что и получил пинка под рёбра.
— Дядя Зосий! — заплакал тоненький голосок.
Вилль с трудом повернул голову, и Радда прикрыла рот ладошкой. Все трое стояли шагах в двадцати. Симка, уверенный в хозяйской силе, набычил чёрную голову, и Вилль мысленно похвалил кота за выдержку. Ренита держала руку на плече трясущейся от страха дочери, и за расправой над приятелем наблюдала с полным равнодушием. Зато взгляд, предназначенный охотнику, полыхал неистовым жаром любви и покорности. Так вот ты какое, приворотное зелье…