— Здравствуйте, господин Аквин! — знакомый маг сдержанно кивнул, моргнув на значок. — Добро пожаловать в Северинг, господа!
А затем Вилль увидел его. За тринадцать лет Ридайн обзавёлся бородкой колышком и уверенностью во взгляде.
— Я — капитан стражи Винтерфелл, а это — Леська, оборотниха наша, — Вилль хмыкнул собственной неуклюжей шутке, сдержав рык, но маги не удивились. Естественно, господин Аквин рассказал им о придурковатом эльфе и его недотёпах-сослуживцах после того, как доломал Индикатор, лишив его возможности улавливать колдовство. Именно тогда, год назад, Улесс и заключил Магию в Колодец.
— Мы прибыли по приглашению господина Грайта и хотим его видеть, — ответил один, в забавном каракулевом берете с крапчатым пером. Таких «баранов» было четверо — мастера какой-то разновидности колдовской дряни.
— Добро пожаловать! Геварн, Сатьян, распорядитесь разместить лошадей по конюшням и покормить хорошенько, — правильно, на объевшихся лошадях особо не наскачешься. — А вас прошу в гости к господину Грайту.
— Мы хотим переговорить и с господином жрецом тоже, — кивнул Аквин.
— Темар, найди господина Улесса. Праздник же! — смутившись, капитан виновато развёл руками. — Леська, накроете с девочками стол, да поживее. И вино с тряпочками не забудь!
Алесса, окрылённая дружеским шлепком пониже талии, порскнула куда-то в сторону, намереваясь за ближайшим углом сообразить, чего же хочет Вилль.
Тот, с бородкой клинышком, как-то слишком пристально его разглядывал, недобро. Неужели узнал? Быть не может…
— Господин капитан, вы бы не могли обрисовать проблему чуть подробнее, нежели в письме? — на удивление вежливо поинтересовалась средних лет магичка, как бы невзначай поправив тугие локоны, струящиеся из-под серебристой шапки. Аватар кивнул ей персонально и, отвернувшись, брезгливо сморщил нос. Волчегубка треклятая!
Вилль начал объяснять, чередуя якобы профессиональные, скупые фразы с местными жаргонными словечками. Его считают мальчишкой, и превосходно! От такого не следует ожидать подвоха. Правда, магам явно неприятен остроухий капитан стражи. Он почуял это спиной, и резко сменил тему на тёплые кровати, праздничный ужин и храмовое вино. Послышался одобрительный гул. Сработало!
Мимоходом глянув в сторону, мысленно сравнил ситуацию с праздничной ракетой. Её надо установить под точным углом и отмерить фитиль так, чтобы салют взорвался, но не осыпал искрами остальных, да и самому неплохо бы успеть отбежать.
Аэшур решительно шёл навстречу, но остановился, поклонился, как подобает низкородному. Значит, южане где-то поблизости.
Из переулка вперевалочку выбрался Соррен, пристраиваясь сбоку «стада». Аквин приветственно кивнул и ему, а Ридайн и вовсе долго тряс руку к удивлению стражника.
Вилль сглотнул.
— А скажите, Винтерфелл, как вам удалось убить демона? Каково это — побывать в его лапах? — словно пробуя почву, заинтересованно раздалось за спиной. Собака!
— Неприятно, но при должном везении терпимо. Особенно, когда поблизости хороший лекарь.
— Avatte d'Shaattar… Господа, нас вязать хотят!
Проклятье, ему так хотелось этого избежать! Оставалось надеяться, что два десятка своих рядом и сумеют сориентироваться, разогнав оставшийся народ подальше с пути магов.
Вилль даже шага не замедлил, оставаясь впереди, но руки положил на пояс. Голос Ридайна изменился сильнее внешности: теперь в нём так и сквозила насмешка и уверенность в собственном «я». Этот человек ребёнка убьёт без сомнений.
— Живучий, щенок…
Аватар резко обернулся, выхватив сабли молниеносным движением, ещё не ставшим навыком, но которое помнила кровь. Мимо уха свистнул метательный кинжал и застрял между рёбер «барана», ухватившего за куртку Соррена.
В грудь Вилля уже летел огнешар, остальные маги только переглядывались, потом «баран» стал оседать. Соррен — следом за ним.
Домовой выкатился прямо из воздуха, повисая на руке мага.
Росчерком стали Вилль отбросил шар в снег, но несколько капель попали на куртку, прожигая кожу и мышцы. Из образовавшейся прорехи посыпалась зола — всё, что осталось от кулона.
— Хозя… — жалобный вопль замолк, и кот испарился. Браслет упал под ноги магов.
Вилль развернулся с распущенными крыльями за спиной, саблями в ножнах и единственной мыслью в голове. Он будет думать о Симке позже, когда всё закончится. Сейчас цель — Храм.
Алесса не сразу поняла, о каких тряпочках толковал эльф. Когда сообразила, остановилась, со смехом хлопнув себя по лбу. Ну, конечно, ненавистное снотворное! Он решил попросту усыпить магов и повязать тёпленькими.
Девушка прибавила ходу, пробежав мимо «Оркан-бара», увёртываясь от ничего не подозревающих гуляк. Восторг праздника и ужин в караулке, салют и лёгкая до игривости поимка мага — всё смешалась, будто изнутри наполняя девушку воздухом и подбрасывая всё выше. От себя и внутреннего зверя Алесса не ожидала подобной невозмутимости и хладнокровия. Только почему это смутило Вилля? Даже обидно. Гипноз, вопреки уверениям жреца, на неё не подействовал, а оцепенение спало, когда парень очнулся. Объяснения и не понадобились — это проделки колечка аватар, но бывшему хозяину она не скажет. Там, в Храме, она выжидала удобного момента для броска. Хотелось, притворившись послушной куклой, заполучить сабли и пустить колдуну кровь. Жаль, не вышло. Зато теперь она отщедрит «тряпочек» по полной. Знай наших!
Сердце ёкнуло чуть раньше, чем люди задрали головы и, как по команде, открыли рты и уткнули пальцы в небо. Алесса обернулась.
Над Площадью, в расчерченном сгустками пламени воздухе, летел белый волк.
Глава 20
Аватар без труда увернулся от огнешаров, к изумлению всего честного народа оборотившись щёлкнувшим клыками волком, и взмыл в небо. От несдержанного воя, тихого и пронзительного, что трогает не слух, но душу, сердце захолонуло у тех, кто был на Весенней улице, и даже маги выстрелили не сразу, потеряв драгоценную секунду. Теперь всё зависело от преимущества полёта над пешим ходом. Кто опередил, тот победил.
У дверей Храма исправно несли дозор Аким и Темар. Остальные, как велено, глаза не мозолили, но были поблизости. На волка мигом нацелились два болта и два обалделых взгляда.
— Ключ! — рявкнул волк.
— Вилль?! — кадык невозмутимого Акима судорожно дёрнулся.
— Быстрее! Зовите остальных, внутрь никого не пускать, стрелять во всех с амулетами! В берберианцев тоже!
— С-сынок?! Твою мать! — высказался и Темар. Стражники следили за каждым движением волка, который, уцепив ключ двумя когтями и оттопырив мизинец, ловко открыл и снял замок. Изнутри послышался лязг.
А теперь — всем удачи!
Жрец обнаружился не у дверей, где его оставили, а посередине прохода меж двумя рядами лавок. Он пришёл в себя и, похоже, как-то сумел притупить боль даже в столь недееспособном состоянии. Теофан освобождался от ковра, раскатав для Вилля красную дорожку.
Вздыбив шерсть вдоль всего хребта, аватар медленно шёл. Шипы крыльев с ехидным скрежетом полосовали ковёр. Реакция жреца несколько обескуражила Вилля: как в ишицу он сумел разглядеть не только демона, но и чуждую Миру форму жизни, так и в аватаре видел Смерть и красивого зверя.
— Здрравствуй, колдунишшка… Поворожим?
Шкирка или ноги? Память не замедлила с ответом: «Я тащил тебя по ступеням волоком и немного помял». Разум выбрал первое, но можно и порычать над ухом колдунишки, обдавая затылок тёплым дыханием хищника. Аватар стряхнул жреца у постамента и, приподнявшись на задние лапы, по примеру Алессы ткнул в иллиатаровы очи когтистой «козой». Каменный Бог таращился всё так же благосклонно, не подумав сдвинутся. Вилль нажал посильнее — и ничего. Он вытащил кляп.
— Думал, он с тычка открывается? — слабо усмехнулся маг, отвлёкшись от созерцания полуразвёрнутого крыла. Волк щёлкнул у его лица клыками, и улыбка потухла.
— Дёррнешься — не сможешь рразмножаться, оссобь…
Договаривал он уже в привычном обличье, оставив волчий взгляд и торчащие из кривой усмешки клыки. Жрец устрашился вполне естественно, мигом покрывшись новым слоем пота. Вилль закрепил результат, прищёлкнув у того перед носом пальцами с набором изогнутых по-кошачьи когтей. Ими же распорол верёвку, приподняв жреца за грудки и оставив у того на рясе четыре борозды, не подёрнутые бахромой.
— Ну?
Жрец забормотал, подгоняемый сжавшими шею пальцами милого мальчика Вилля. Повёл рукой перед лицом статуи, и постамент скользнул вправо. Вилль резко развернул его лицом к себе.
— Подними руки и молча спускайся.
— Спиной?!
— Да. Если мне что-то не понравится, я столкну тебя вниз.
Теофан осторожничал напрасно, пытаясь упереться в стену локтями, и осторожно нащупывая ступени. Стальные пальцы нелюдя держали его за ворот крепче страховочного каната.
— Сколько продержится Храм? — аватар пошутил. Разжал пальцы и сцепил вновь, но этого оказалось достаточно, чтобы жрец заикал.
— Я… Я н-наложил на стены, дверь и окна з-заклятье наподобие того, чем ук-крепляют верёвки. Специально не п-пользовался строительным, чтобы враг не сразу д-догадался.
— А пол ты укрепил? А купол? — аватар оценил выражение жрецовой рожи. — Придурок.
Выложенный серым мрамором пол невежливо поздоровался с коленями Теофана. Аватар опустился рядом, чутко слушая тишину. Время ещё есть.
— Зови её!
Сопя обижено, как ребёнок, у которого злой папка отнимает любимую рогатку, жрец выкрикнул несколько странных слов. Язык чародеев казался отражением эльфийского в кривом зеркале. Мутном и с трещинами. «Будто собаку кличет», — злобно думал аватар, но не мешал.
Магия приблизилась, заполнив Колодец до краёв, играя голубыми всполохами на лицах склонившихся.
— Чего теперь изволите, господин… — начал паясничать жрец, но завопил, падая на бок.
Вилль заорал с ним в голос, обхватив голову руками — у него в голове будто взорвалась шутиха. Скрежет, треск, грохот — всё слилось воедино, вдобавок, с потолка посыпалась пыль. На месте выхода теперь красовалась груда увесистых обломков. Вилль постучал ладонью по уху, затем по другому.