Так вот ты какой, северный олень?! В смысле – пресловутая мобильная хроноустановка…
Ладно, теперь стоило выяснить насчёт этой неожиданной дуры с оружием.
Вернувшись назад, я подошёл к её лежащему у баррикады в весьма неудобной позе телу.
Плохое освещение усугубляло отрицательные моменты происходящего. В общем, у моих ног корчилась довольно субтильная девка в плотно облегающем комбезе, примерно таком же, как у «клиента». Только вот никакой самоварный дым от неё не шёл – то ли стенка смягчила поражающий эффект, то ли ещё чего, хотя от неизвестной идиотки ощутимо попахивало чем-то неприятно-знакомым…
Была ли она способна разговаривать – большой вопрос. На всякий случай я поднял обронённый ей угловатый «Маузер» с приставленной к рукоятке кобурой и отложил его подальше, как говорится, от греха. Бабы они такие бабы, им только дай заряженный ствол в руки – проблем не оберёшься…
Кстати, интересно, куда они дели третьего члена своей группы, о котором Блондинка говорила как об «убитом»? Где-нибудь прикопали тушку или тупо съели? Да мало ли, теперь это не моя проблема…
«Клиент» за моей спиной глухо стонал и ворочался. Кажется, пытался ползти или же вылезти из своей тлеющей оболочки, на манер сезонно меняющей кожу змеи. Но получалось это у него плоховато. Ладно, пока лежи как есть, тебе уже недолго осталось…
А пока то да сё, я решил подробнее обследовать то, что увидел, входя сюда, а именно – стоявшие на полу рядом с деревянными ящичками здешнего «оружейного склада» добротную брезентовую сумку и старомодный кожаный саквояж. При ближайшем рассмотрении сумка сразу же поставила в меня в тупик, поскольку оказалось, что это никакая не сумка, а британский армейский ранец из их стандартной экипировки образца 1937 года, или, как они его ещё называют, 1937 Pattern Web Equipment Big Pack. Спрашивается: что делает здесь армейская снаряга, которая появится лишь через тридцать три года? Чувствовалось, что эти говнюки готовились. Вот только – к чему конкретно?
Спрятав лжебраунинг в карман штанов, я присел на корточки и открыл ранец, оказавшийся довольно тяжёлым. Сверху лежали плотным кирпичом бумажные ассигнации. Там было несколько пачек долларов. Обычные заокеанские грины – пятидолларовики с семитской козлобородой физиономией «истребителя зомби» Абраши Линкольна и двадцатидолларовые, на которых был изображён какой-то гладковыбритый мужик с выпученными глазами и стоявшей торчком светлой шевелюрой, подписанный Jackson (ну да, был у них когда-то в САСШ такой выбившийся в президенты мерзавец, по приказам которого неслабо поубивали индейцев, мексиканцев и ещё много кого). Вот только бумажки эти были образца не ранее 1950 года! А ещё тут были пачки синевато-жёлтых бумажек с розово-оранжевым оформлением, гербом, портретом какого-то бородатого дяденьки и надписями «Twenty Pound 1945» – английские двадцатифунтовки, и опять-таки на период после Второй мировой. По моим подсчётам, здесь было около восьмидесяти тысяч долларов и тысяч сорок фунтов. Для 1940-1950-х сумма просто сумасшедшая…
Ну а под «мёртвыми енотами» лежало и кое-что посерьёзнее – золотые монеты разной чеканки и достоинства (подробно рассматривать их я не стал), а также ювелирка в виде колец-браслетов-брошей-цепочек и прочего. Золотишка тут точно было килограмма на полтора. Тут же нашлось и три характерных плотных мешочка из замши. Внутрь я не заглянул, но там наверняка были алмазы и брюлики или какие другие «камушки».
Н-да, теперь кое-что насчёт намерений этой парочки прояснилось. Похоже, они таки куда-то в середину XX века всерьёз намылились. И появился я тут ну очень кстати, ведь ещё немного – и они бы ушли, выбрав себе год, примерно соответствующий найденным деньгам. Великие комбинаторы засратые, ведь знают, что на том конце их не встретят гостеприимные румынские пограничники, которые первым делом отпиздят и отберут все бранзулетки…
А что тогда во второй единице «ручной клади»? Я нагнулся и открыл этот странный кожаный саквояж с массивными медными застёжками. В нашем времени подобная более чем столетней давности солидная вещь сама по себе вполне потянула бы на «артефакт» и стоила бы хороших денег.
Ну и что мы имеем внутри? После открывания выяснилось, что саквояж был плотно набит (правда, стоит признать, всё-таки не доверху) тускло-жёлтыми кругляшами. Судя по цвету материала и весу – золотыми. Зацепив наугад несколько штук, я увидел, что это сплошь специфические китайские монеты, круглые, с квадратной дырочкой по центру и какими-то расположенными крестом вокруг дырочки иероглифами. Азия-с…
На всякий случай я сгрёб таких желтяков, сколько вместилось в пригоршню, и сунул добытое в левый боковой карман своего кителя. Так сказать, в коллекцию. Дела делами, а вот про «зарплату» тоже забывать не стоит – одного «спасибо» и острых ощущений будет недостаточно…
Стало быть, здесь тоже золото (а судя по весу саквояжа, здесь его было кило на три, никак не меньше), только уже добытое где-то здесь, «ближе к телу». Видимо, тот самый псевдошпионский «приработок». Ну да, из-за трёх кило золота я бы на месте японской разведки тоже пошёл на любую гнусность. Ведь «клиент» их, судя по всему, успел неслабо подраздеть в обмен на свою информацию.
Ну а что-нибудь ещё там есть?
Я пошарил в саквояже. И действительно, поверх золотых монет обнаружилось нечто продолговатое, заботливо замотанное в несколько слоёв опрятной шёлковой тряпицы. Особо большой кусок золота или камушек?
Я развернул шёлк. Твою ж дивизию…
Что тут сказать? Если в двух словах – нечто непонятное. Как у нас говорят, от слова «совсем». Точно не золотое, и для определения, зачем оно нужно, было явно недостаточно беглого осмотра и ощупывания. Погодите-погодите, а не тот ли это самый пресловутый «артефакт из монастыря»? Очень похоже, а иначе – зачем его держат в этаком почёте, вместе с золотишком?
Я повертел неизвестный предмет в руках. Чёрт его знает, но походило это на… М-м-м… Хоть убейте, не знаю, как сказать… Н-да, как-то даже в голову ничего подходящего не шло для сравнения…
Короче говоря, формой пресловутая тибетскомонастырская «прелесть» (если это была действительно она) напоминала то ли древнее каменное рубило, то ли чебурек или очень большой вареник.
Поперёк ладони предмет помещался, но был широким настолько, что пальцы при этом было не сжать. И было очевидно, что «это» не выстругано, выточено или высечено из чего-то, а скорее уж отлито.
На ощупь вещь казалась металлической, но при этом тёплой и странно лёгкой, будто из пенопласта. А вот обе стороны внешней поверхности неизвестной хреновины больше напоминали камень – тёмно-серая матовая поверхность, покрытая бесконечной чередой каких-то непонятных узоров. Мириады замысловатых кривых, чёрточек и точек. Хотя это вполне могли быть и не узоры, а нечто вроде рельефа на скорлупе очень хитрого грецкого ореха – вдруг эта штука имела вполне себе биологическое происхождение, поскольку выросла на дереве или грядке?
А ещё на «чуде» имелось несколько углублений и дырок разного диаметра и формы. Вот это как раз говорило против того, что «артефакт» был чем-то вроде ореха или овоща. Тем более что две дыры были сквозными. И, если судить по всем разнокалиберным углублениям и дыркам, эту вещь, похоже, предполагалось куда-то вставлять (вопрос – кому и в какое место?), поскольку дырки и углубления были маловаты для пальцев, да и размечены вроде бы абсолютно хаотично, явно не под человеческую пятерню. Держать такое в руках оказалось крайне неудобно.
Выходит – деталь? Но деталь чего?
Судя по тем локальным драмам и трагедиям, которые разыгрались здесь, в том числе и из-за этой фиговины, она наверняка была деталью чего-то критически важного. Важного? И вот тут в мою голову прямо-таки толпой полезли чёрные бойцовые тараканы в виде нанесённых упаднической массовой культурой стереотипов и штампов.
Какой-нибудь блок памяти или управления с межпланетного корабля обитателей погибшего Фаэтона, Чужих или каких-нибудь Странников? И кстати – чем не версия? А с другой стороны – что это ещё может быть? Случайный обломок? Некий окаменевший остаток бортпайка (ну да, хотел бы я посмотреть на того, кто будет жрать подобное!) или, к примеру, перевязочного пакета? Не думаю, ведь что попало в храме не заныкают. Хотя, конечно, многое зависит от самого храма и психического состояния его настоятелей, поскольку у каждого Дахау свои «ноу-хау»…
Однако самая большая проблема в том, что строить какие-то догадки и версии здесь было абсолютно не на чем. Категорически не хватало и информации, и фантазии…
Вот и выходит, что из-за этого, прости господи, обмылка уже случилось столько смертей и шуму…
В общем, тщательно завернув неизвестный предмет обратно в тряпочку, я уложил его обратно в саквояж.
Потом вернулся к «бабоведьме» и, вынув лжебраунинг, присел на колено над девкой, которую всё так же корчило (в 1990-е сказали бы проще – плющило и колбасило), причём совершенно не по-детски. Подбородок её бледной физиономии с заметной чернотой вокруг глаз (благодаря неважному освещению выглядела она контрастно, словно актриса немого кино, этакая недоделанная Вера Холодная примерно из этих самых лет, куда меня занесло), а также ворот и грудь покрытого замысловатыми швами и прочим странным «рельефом» комбинезона, были густо изгвазданы свежей, жидкой блевотиной – вот чем таким знакомо-кабацким от неё воняло…
Ладно, терпели и не такое, лишь бы совсем не вырубилась…
Ну и если она и есть та самая предварительно обозначенная в моём задании пресловутая «заложница», то какого, спрашивается, хера она тихарилась в засаде, собираясь по команде отстреливать всё, что движется? Тут сразу возникало подозрение, что либо Блондинка в своей милой манере рассказала мне далеко не всё (что неприятно, но предсказуемо), либо многоуважаемые работодатели действительно не вполне в курсе всех аспектов бурной внеслужебной деятельности своего сошедшего с резьбы сотрудника…
Я присмотрелся, пытаясь хоть что-то понять про эту бабёнку. Н-да, разбежался, много тут поймёшь…